Коварство и любовь - Бертрис Смолл

Пока расставлялись шатры, двор развлекался охотой. Цветущие луга и леса, через которые проезжала королевская процессия, были опустошены. Дичь, однако, позволяла прокормить и придворных, и слуг. Объедки отдавали нищим, которые следовали по пятам за королем в надежде на подаяние или хотя бы исцеление. Как известно, прикосновение королевской руки чудесным образом излечивало многие болезни.

Данстейбл. Ампхилл. Графтон. Реджис. Кавалькада продвигалась вперед в точном соответствии с намеченным маршрутом и в установленном темпе. Графу и графине Марч надлежало встретиться с его величеством и его супругой в Линкольне девятого августа.

Получив королевский приказ, Нисса пришла в ярость.

– Я не могу оставить малышей! – кричала она. – Я едва оправилась от родов! Ох, как я ненавижу Кэт! Никогда ей не прощу. Вы должны туда поехать сказать им, что я не могу бросить детей. Король поймет и отправит вас назад домой. Сделайте это для меня!

– Дорогая, королева настаивает на вашем присутствии, – напомнил он. – Ваша матушка приезжает из Риверс-Эдж, вместе с Энни и Джейн, и будет нянчить Эдмунда и Сабрину. У нас две кормилицы, и близнецам ничто не угрожает. Они даже не заметят, что нас нет.

– Но я не хочу ехать ко двору! – возмущенно воскликнула Нисса.

– У нас нет выбора, – терпеливо втолковывал Вариан. По правде говоря, его самого придворная жизнь также нисколько не прельщала.

– У меня пропадет молоко! Я взяла двух кормилиц лишь на тот случай, если заболею и не смогу кормить сама. Сьюзен мне очень помогает, но у Элис есть еще и свой собственный малыш.

– Его давно уже пора отнимать от груди, – сказал граф.

– Ага, значит, вы хотите ехать, Вариан! – набросилась она на мужа.

– Нет. Но я знаю, что мы ничего не сможем поделать, если Кэт вбила себе в голову, что мы должны приехать, и надавила на короля. Итак, мы туда поедем и будем надоедать им рассказами о том, какие у нас чудесные близнецы да как замечательно жить в деревне. Очень скоро мы им наскучим до чертиков. Нас выгонят и никогда больше не позовут обратно. Подозреваю, что на Мартынов день мы будем уже дома.

– Молю Бога, чтобы так оно и случилось, – сказала Нисса. – Я обожаю нянчиться с малышами. Но мы уедем из Уинтерхейвена, и я их больше не увижу!

Итак, нужно было собираться в дорогу. Тилли очень радовалась, хотя хлопот у нее было по горло. Нужно было приготовить для хозяйки несколько костюмов для охоты, для верховой езды и платьев для изысканных вечерних увеселений. И все наряды предстояло как-то хранить и держать выглаженными. Это ведь не то что жить в Гринвиче или в покоях Хэмптон-Корта! Они брали с собой удобную карету и грузовую подводу для одежды, и еще одну для небольшого шатра, постельного белья и кухонной утвари. Нужны были упряжные лошади и лошади им на смену, лорду и леди де Уинтер требовались также скакуны для охоты и верховой езды – не меньше трех перемен для него и для нее. Тилли выделили помощницу по имени Пэйшенс. В дорогу собирались также Уильям, младший повар из Уинтерхейвена, и конюх Боб. Им предстояло делить жилище с Тоби. Да, нелегкая это задача – сопровождать королевский выезд!

Мать Ниссы приехала всего за пару дней до их отъезда.

– Твой отец ворчит, что мне не стоит надолго отлучаться из дому в это хлопотное время года, – заявила она. – И я согласна с ним, дитя мое! Нужно варить мыло, запасаться соленьями, коптить окорока, сушить яблоки и груши, варить эль, готовить сидр! Если я буду сидеть в Уинтерхейвене, кто в Риверс-Эдж возьмется следить за всем этим вместо меня? И твоим сестричкам будет нелегко менять дом и привычки. Я хочу перевезти Эдмунда, Сабрину и их кормилиц к нам домой, в Риверс-Эдж. Там им будет хорошо, и они еще слишком малы, чтобы заметить перемену места. Погода стоит отличная, и времени на переезд уйдет всего ничего.

– Вы позволите, милорд? – обратилась к мужу Нисса. – Мама совершенно права. Ей тяжело будет разрываться на два дома, но она прекрасно может все устроить в Риверс-Эдж. Зимой она поделится с нами припасами, раз уж мне приходится уезжать, бросая хозяйство на произвол судьбы!

– Полагаю, молодая миссис Браунинг не станет сидеть сложа руки, – сказала дочери Блейз. – Тебе повезло с ней. Я переночую у вас и дам ей подробные указания. А у Сьюзен и Элис будет время, чтобы собрать в дорогу моих внуков, да и самим собраться. Джейн, Энни и Генрих ждут не дождутся, когда приедут погостить их племянник и племянница!

– Да, мадам, вы все держите под контролем, – сказал теще Вариан де Уинтер. – Думаю, вы это отлично придумали.

– Значит, решено, – ответила польщенная графиня Лэнгфорд.

На следующий день, когда мать собралась увозить детей, Ниссе пришлось собрать волю в кулак, чтобы не устроить сцену. В этот день близнецам исполнилось пять месяцев, и они, как казалось обожающей их матери, с каждым днем становились все краше. У обоих уже отросли волосы – блестящие и иссиня-черные, как у их отца. Эдмунд унаследовал фиалковые глаза Ниссы, а глаза Сабрины уже начинали приобретать темно-зеленый цвет, как отцовские. По характеру дети были совершенно разные, но исключительным упрямством отличались оба.

Нисса едва сдерживала слезы, целуя малышей на прощание. Блейз видела, как ей нелегко!

– Теперь ты понимаешь, – заметила мать, – каково было мне, когда после смерти твоего отца мне пришлось расстаться с тобой, чтобы ехать ко двору.

– Да, – шмыгнула носом Нисса. – Ох, мама, береги их! Мы вернемся, как только сможем. Если у королевы Кэтрин появится собственный ребенок, она, несомненно, поймет, как я страдаю!

Вариан предпочел умолчать о том, что королевы не нянчат своих детей, они рожают наследников престола – этим их роль и ограничивается. Как правило, детей короля воспитывали доверенные придворные и слуги. Вариан приобнял жену: она уже плакала в открытую, глядя вслед карете графини Лэнгфордской. Что сказать Ниссе, чтобы ее утешить? Она будет плакать и печалиться день или два, пока не возьмет свое природная живость характера.

Два дня спустя, когда их карета выехала из Уинтерхейвена, Нисса спросила мужа:

– Как вы полагаете – король разрешит нам вернуться домой поскорее?

– Мы не очень важные птицы. Он зовет нас лишь потому, что так захотелось королеве. А мы попытаемся убедить Кэт отправить нас домой, но сначала придется провести с ней какое-то время – пока ей не надоест. Потом, если она будет упорствовать, я поговорю с дедом. Он ее образумит. – Его глаза весело блеснули при виде того, как негодующе вскинулась Нисса. Конечно, ей ненавистна сама мысль просить о помощи герцога Томаса. И Вариан невольно усмехнулся.

– Я найду способ убедить королеву разрешить нам покинуть королевский двор, – заявила Нисса. – А этого человека я никогда и ни о чем просить не буду.

– Милая, но разве вы не счастливы со мной? – спросил он. – Может быть, нам стоит поблагодарить моего деда за наше счастье?

– Вы сами говорили, что вашему деду было плевать, что со мной будет, лишь бы опорочить меня в глазах короля! Слава богу, что вы согласились, иначе он подложил бы меня хоть конюху, лишь бы удался его план! Тогда я бы погибла окончательно! – с яростью воскликнула Нисса. Ни к кому на свете не питала она такой злобы, как к герцогу.