Фильм для любимого - Хелен Бьянчин

— Не волнуйтесь, я все сделаю, пока Ариана познакомит вас с деталями следующей части интервью, — заверил Тони.

Ариане очень хотелось спросить про Кристину хорошо ли она спала, или пришлось покормить ее еще раз, — но она сдержалась. Разве ее это касается?

Проследовав за Маноло через холл, она оказалась в просторной комнате, похожей на библиотеку: несколько шкафов, высотой до потолка, были заполнены книгами. У окна — большой письменный стол с обычными для рабочего кабинета предметами: компьютером, принтером, сканером, факсом. Вокруг стола стояло несколько стульев, обитых темной кожей. Комната была хорошо освещена.

— В начале интервью, я думаю, вам лучше сидеть за столом. После нескольких вопросов можете встать и подойти к книжному шкафу. А закончить лучше снова сидя на стуле.

Еще пара часов, и все закончится. Тогда они быстро соберутся и навсегда распрощаются с этим дворцом. Еще одна работа будет сделана. Правда, потом предстоит все отредактировать и показать снимки интерьера особняка и высокого современного здания в центре города, в котором расположена корпорация мистера дель Гардо.

Им было строго-настрого запрещено снимать внешний вид дома и его окрестности. Не могли они также запечатлеть его машину и шикарную яхту, приобретенную в известном яхт-клубе.

— Сегодня, в последней части интервью, я хотела бы сосредоточиться на благотворительной деятельности вашей корпорации.

Ариана смогла многое узнать об этой сфере.

Проведя свое исследование, она поняла, что милосердие мистера дель Гардо — не дань моде, а качество души. Всем было известно, что его корпорация содержит несколько приютов для бездомных детей, где они могли наесться досыта, выспаться и пообщаться с педагогами, многие из которых выросли так же, как и они, на улице и знали не понаслышке, что такое жить в подворотнях, где прав тот, чей кулак тверже.

— Ваша корпорация отчисляет большие средства на благотворительность. Не могли бы вы назвать примерную цифру?

— Нет, — твердо ответил Маноло.

— Речь идет о миллионах, не так ли? — не отступалась Ариана.

— Вы уже слышали мой ответ.

— Вы лично принимаете активное участие в этой сфере деятельности вашей корпорации?

— Стараюсь по мере сил, — последовал краткий ответ.

— Вы это делаете, потому что на себе испытали все тяжести нищенского и сиротского существования, не так ли?

— Вы угадали, — насмешливо ответил Маноло.

Ариану смущали его самоуверенная манера держаться и упрямое нежелание вдаваться в подробности, рассказывая правду о своей жизни. Но она тоже была упрямая.

— Вы считаете, что, создавая такие приюты, можно значительно улучшить жизнь обездоленных детей?

— Я считаю (как и большинство людей), что проблемой детей-сирот, как и другими социальными проблемами, должно заниматься прежде всего государство, разрабатывая специальные социальные программы, но и каждый человек на своем месте может и должен помочь социально незащищенным слоям населения: кто-то — финансами, кто-то — едой, одеждой, кто-то — просто добрым словом.

— Вы считаете, что люди должны больше думать о других?

— А вы так не считаете?

— Думаю, теоретически с вами согласится подавляющая часть нашего общества, но вот практически… Как вы думаете, что же мешает другим и не помешало вам выполнить библейскую истину «Люби ближнего своего» на практике?

— Как вы правильно заметили, люди много думают о себе и мало о других. Но наше общее счастье не может быть достигнуто без взаимной поддержки, без сочувствия ближнему.

— Вы думаете, что у сверхбогатых людей, вроде вас, и брошенных детей, борющихся за выживание в нищих кварталах, может быть общее счастье?

— Может быть, если богатые будут помогать бедным, ведь все мы живем на одной планете. Кроме того, вы забываете, что я сам когда-то был тем самым одиноким подростком и в полном смысле слова боролся за выживание. Я знаю, о чем думают и мечтают эти дети.

— О том, чтобы разбогатеть?

— О том, чтобы иметь крышу над головой и не голодать. Но самое главное — все они мечтают о человеке, который бы им посочувствовал и помог советом в этом жестоком мире.

— Почему же вы сами не работаете с подростками? Ведь вы их хорошо понимаете.

— Я работаю с ними косвенным путем. Наша корпорация помогает таким детям адаптироваться в мире.

— По-видимому, вы многих спасаете от голодной смерти. Это хорошее дело.

— Как я уже сказал, я стараюсь по мере сил помочь им. Но не забывайте, что в нашей корпорации работают сотни человек. Все они тем или иным образом имеют отношение к этим приютам. По-настоящему помочь кому-то можно только сообща.

— Значит, один в поле не воин?

— Почему же? Воин. Но чтобы хоть отчасти облегчить положение обездоленных детей в нашей стране, нужна целая армия таких воинов, повторяю, во главе с государством.

— Ваша точка зрения ясна. Дай Бог вам удачи в этом благородном деле.

Задав еще несколько вопросов о достижениях и планах на будущее в этой области, Ариана закончила интервью. Было уже больше часа дня, и ей не терпелось вернуться домой.

Привлекательность этого мужчины действовала на нее магнетически. Она старалась это игнорировать, но безуспешно. Несмотря на внешнюю жесткость характера, интервью обнаружило в нем человека глубокого и сочувствующего. В Маноло было также обаяние, которое притягивало к нему взоры и сердца женщин. В нем они видели не только сексуального красавца, но и человека, за которым можно чувствовать себя как за каменной стеной.

— Я хочу просмотреть то, что получилось, — произнес Маноло, вставая.

— Тони покажет вам.

За это время она успеет просмотреть сообщения и спустить вниз чемодан.

— Ариана…

Она остановилась в дверном проеме прямо напротив Маноло и всем существом ощутила, какой он высокий и статный мужчина. Запах свежей рубашки, смешанный с дорогим одеколоном и запахом его тела, заставил ее сердце биться быстрее.

— Я хочу с вами поговорить.

Только не это! Сейчас он скажет, что недоволен некоторыми вопросами, и потребует вырезать пару кусков, на что она не согласится, и они поругаются.

— Здесь? — Она не хотела, чтобы Тони слышал, как ее отчитывают. Но оператор собрал аппаратуру с быстротой мастера и, многозначительно посмотрев на нее, вышел из кабинета.

— А что, вам здесь не нравится?

Ей послышалась ирония в вопросе.

— Вы чем-то недовольны? — спросила она, вспомнив, что нападение — лучшая защита.

— Нет. Просто у меня есть к вам просьба.