Любимец фортуны - Кэтрин Гарбера

Он кивнул. Да, она поняла, что ему надо. И это его смутило. Ему нравилось играть роль рубахи-парня, всем открытого, со всеми запанибрата, но свои истинные мысли и чувства он держал при себе. Единственной женщиной, о которой он мог сказать, что хорошо ее знает, была его мать. А она, как все утверждают, эксцентрична.

Но Астрид не такова. Она спокойная, даже тихая иногда.

Поди пойми ее.

— Как долго вы работали с группой «Мо Роллинс» и Даниелем Мартином? — спросил он. Мо Роллинс был легендарным продюсером, который, расставшись с «Сони Би-Эм-Джи», создал свою собственную марку, а Даниель — одним из его любимых и успешных протеже.

— Только восемнадцать месяцев. Но еще до этого я более трех лет была в числе исполнительных секретарей Мо.

— И вам это нравилось? — спросил он.

Почему она бросила эту работу, а потом нанялась к нему? Ее прежняя должность была идеальной для всякого, кто хотел работать в музыкальной индустрии. Генри сказал себе, что задает вопросы не потому, что его интересует эта женщина, а потому, что она — член его команды, и, если он хочет, чтобы эта команда победила, он должен знать все о каждом своем игроке.

— Очень, — ответила Астрид, ставя на стол свой бокал. Она наклонилась над столом и положила ладонь на его руку. Его руки игрока в регби всегда были покрыты ссадинами и синяками.

Ее рука была очень нежной и теплой.

— Я знаю, вы стараетесь понять, почему я оставила такую престижную работу. Было много причин. Проблемы со здоровьем... Это очень личное, и я не хочу... — Она вдруг замолчала, и на глазах у нее выступили слезы.

Генри повернул свою руку под ее рукой и осторожно сжал ее ладонь в своей. Он кое-что понимал в личных делах и интимных тайнах. Он мог прекратить расспросы — в данный момент. Но он должен был, и как можно скорее, узнать все тайны Астрид Тейлор.

— Ну так вот. Сегодня вечером вы познакомитесь со Стеф Кордо. Ваша задача частично состоит в том, чтобы ассистировать моим артистам, пока они сами не наймут себе помощников.

— Очень хорошо. Мне уже приходилось выполнять такую работу. Я могу с ней справляться.

— Я знаю, что вы справитесь, Астрид. Вы просто созданы для того, чтобы делать то, что надо сделать, — сказал он.

Она покраснела:

— Моя сестра говорит, что это особый талант.

— В самом деле? Почему?

— Ну... в детстве я всегда могла подольститься к людям. Видите ли, если вы вежливы и любезны, вам охотнее открывают двери, — добавила она со смущенной полуулыбкой.

— Это верно. — Генри вдруг заметил, что все еще держит ее руку в своей. Он погладил ее пальцы, следя за выражением ее лица.

Она вспыхнула и отдернула руку. И облизала губы — широкие, полные. Эти губы пришли в движение. Он знал — она что-то говорит ему, но в тот момент не мог бы сосредоточиться на словах даже ради спасения собственной жизни. Он мог только следить за движением ее розовых губ и спрашивать себя, что бы ощутили, коснувшись их, его губы.

— Генри?

— Да?

— Официант спрашивает, будем ли мы заказывать десерт.

— Извините. Задумался. Вы хотите что-нибудь, Астрид?

Она покачала головой.

Он попросил принести счет. Астрид извинилась и вышла в дамскую комнату.

Странно, что старик связался с ними именно теперь. Генри решил, работа в «Эвересте» будет забавным соревнованием. Он давно перестал считать Малькольма хотя бы просто родственником. Этот человек каждый год посылал ему подарки на Рождество и день рождения, но на самом деле Генри его не знал. Он был в его жизни призраком, который появлялся и исчезал безо всякого предупреждения. Но теперь он чувствовал, что ему необходимо больше узнать о старике. Малькольм держал в своих руках ключ к успеху, который, в силу его завещания, мог достаться команде Генри.

Его мобильный телефон зазвонил, и он посмотрел на дисплей. Он не любил отвечать на телефонные звонки, находясь в обществе другого человека.

Алонсо, один из его агентов, сообщал, что есть группа, с которой Генри стоит познакомиться. Группа будет выступать сегодня вечером в клубе рядом с тем местом, где он сейчас находится. Генри взял это сообщение на заметку: как правило, он не пропускал полезные сведения мимо ушей. Возможно, именно поэтому он в свое время так легко переквалифицировался из игрока в регби в антрепренера.

Он поднял голову, увидел, что Астрид идет к нему через зал, и стал наблюдать за ней. Она двигалась так, как двигаются многие женщины, когда знают, что на них смотрят: слегка покачивая бедрами и двигая руками при каждом шаге.

— Вы так пристально смотрите на меня, босс.

— Вы очень привлекательная девушка, Астрид.

— Вы думаете? Это комплимент от души или вы хотите польстить мне, а потом сделать неприличное предложение?

Он покачал головой, встал, положил руку ей на плечо и повернул ее к выходу из ресторана. Он знал, что ей не нужна его рука, что она и так знает дорогу, но ему хотелось к ней прикоснуться. В ней было нечто почти неотразимое.

— Это был комплимент от души. Если я попрошу вас о чем-то, что не доставит вам удовольствия, я не стану приукрашивать эту просьбу шоколадной глазурью.

Она обернулась к нему. Он остановился. Теперь они стояли лицом к лицу, очень близко друг к другу.

— Обещаете?

— Обещаю, — ответил он. Больше он ничего не успел сказать, потому что его вдруг ослепила вспышка. Он резко повернулся к фотографу, но тот уже убежал.

Они встретили Роджера Мак-Милана, приятеля Генри, в первом же клубе. Клуб, как и следовало ожидать, был переполнен, но их немедленно провели к отгороженным от общего зала плюшевыми шнурами столикам для ВИП-персон.

Роджер обменялся с ними рукопожатием и что-то сказал ей, но она не услышала, что именно: слишком громко играла музыка. Она кивнула и собиралась извиниться, но Генри схватил ее за руку и повел к дальнему столику. Там было спокойнее, и Роджер опять назвал себя ей.

— Астрид Тейлор, — представилась она.

— Это моя секретарша. Ты будешь звонить ей каждый день в десять утра и сообщать обо всех новых группах, какие будут тебе попадаться.

— Понял. Сегодня тут ничего особенного не происходит. Но у диджея есть для нас сведения о новой интересной группе. Он подойдет к нам в первый же перерыв.

— Звучит заманчиво, — кивнул Генри.

— Я хочу прогуляться, посмотреть, нет ли тут кого-нибудь из артистов, с кем вам стоило бы встретиться, — сказал Роджер и вышел из-за стола.

Астрид успела понять: Генри не собирался облегчать себе жизнь, он с головой ушел в работу. Но, в отличие от Даниеля, он умел не только работать сам, но и организовывать работу других.

— Почему вы так на меня смотрите? — спросил он.