Дай волю чувствам - Тереза Бехари

Аарон заявил:

– Я не вернусь внутрь, пока ты не скажешь, что с тобой происходит.

Роза вымокла насквозь, ей было холодно, она была несчастна. И да, ей было больно. Она не хотела, чтобы все так вышло. Но какой у нее оставался выбор? Она ушла от Аарона ради их общего блага. Почему же он не может просто оставить ее в одиночестве?

Роза повернулась к нему и тихо сказала:

– Давай вернемся в дом.

Она прошла мимо мужа, но, войдя в комнату, поняла, что зальет весь пол потоками воды, льющимися с ее платья. Исходя из соображений практичности, Роза расстегнула пояс, распустила завязки, и платье осело на пол. Роза, не оглядываясь, перешагнула через него, включила свет и направилась в ванную за полотенцами.

Когда она передала одно из них мужу, лицо Аарона было непроницаемым. Но напряженное молчание, воцарившееся в комнате, напомнило обоим супругам о том, что случилось бы прежде, до их разрыва, если бы Роза предстала перед Аароном, как сейчас, в утягивающем белье. Оно походило на узкое открытое платье, доходящее до середины бедра, и плотно облегало ее пышные формы.

Роза поспешно стряхнула ладонями воду со своего тела, подняла с пола мокрое платье и поспешила скрыться в ванной.

Войдя туда, она выжала платье, повесила его на дверь и вошла в душ. Роза мылась торопливо, помня о том, что дверь в ванную до конца не закрыта из-за висящего на ней платья. Закончив, она завернулась в полотенце, вышла из ванной и наткнулась на Аарона.

Его руки потянулись, чтобы поддержать ее, а Роза инстинктивно уперлась ладонями в грудь Аарона, чтобы не упасть, и с удивлением обнаружила, что он обнажен – лишь на бедрах повязано полотенце.

Роза моргнула и шагнула назад. Мысли ее заметались, всплыли воспоминания о тех временах, когда в такой ситуации она прыгнула бы в объятия мужа, обвила бы ногами его талию и поцеловала в губы, а затем их поцелуй непременно перешел бы во что-то большее.

Дыхание Розы участилось. Она невольно отметила, что тело Аарона совсем не изменилось. Мышцы остались такими же мощными, плечи – такими же широкими, торс – таким же рельефным. Розе нравилось, что муж такой высокий и сильный, что он легко может подхватить ее на руки и…

– Извини.

Глубокий голос Аарона прервал воспоминания Розы. Она кивнула, прошла мимо и облегченно вздохнула, ощутив, что напряжение внутри спало.

Роза торопливо просмотрела одежду, оставленную для нее Лианой. В этих облегающих платьях ей было бы неудобно, поэтому она решила надеть нижнее белье, а сверху – одну из рубашек, оставленных для Аарона. Роза уже застегивала рубашку, когда он вышел из ванной. На нем по-прежнему не было ничего, кроме полотенца. Ее сердце забилось быстрее. Пытаясь заставить себя отвлечься и успокоиться, Роза произнесла:

– Я собираюсь сварить кофе. Надеюсь, Лиана оставила нам его. Ты будешь?

Аарон кивнул, и она поспешила ретироваться на кухню.

Готовя кофе, Роза размышляла над тем, почему вышла под дождь. Наверное, потому, что внезапно ощутила приступ клаустрофобии. Ей показалось невозможным находиться в одной комнате с мужем, и она сбежала на балкон. Тогда это казалось ей совершенно логичным, но теперь Роза так не считала.

Она принимала слишком много подобных спонтанных решений в своей жизни, чтобы проверить себя, разобраться в своих чувствах. Это была своеобразная форма контроля – единственная, доступная ей. Несмотря на то, что некоторые из таких порывов приводили к неприятным последствиям, все же это были ее решения, и, принимая их, Роза на краткое время ощущала себя свободной.