Опьяненный любовью - Салли Маккензи

Джо боялась лишиться поддержки, прочтя в газете, что старый герцог Грейнджер и его семья скончались от инфлюэнцы.

– Нет. – Джо потерла переносицу. – В этом году деньги еще не поступили.

Пен почувствовала, как у нее засосало под ложечкой. Если новый граф Грейнджер откажет им в помощи… Однако паниковать пока рано.

– Прошло всего две недели? – спросила она.

– Две недели, – опустив плечи, вздохнула Джо. – Но деньги всегда приходили вовремя.

Каро чуть не взвыла. Вид у нее был такой, будто она готова столкнуть человека в большой котел кипящего сусла.

– Герцог не может нам отказать.

– Может, – сказала Джо. – Ты же знаешь, в доме мы живем незаконно.

К сожалению, это было правдой. Поместьем Падлдон некогда владел муж Джо, Фредди, лорд Хэвенридж. Но, как и все свое имущество, он проиграл его в карты, а потом трусливо пустил себе пулю в лоб. Когда выигравший герцог Грейнджер наутро явился простить Фредди долг, он увидел его вдову Джо и понял, что ничего уже невозможно поправить.

Герцог разрешил Джо остаться в имении и более десяти лет оказывал ей помощь.

– Старый герцог наверняка должен был упомянуть вас, вернее, нас в завещании, – сказала Пен.

– Не знаю. – Джо снова вздохнула и погладила трущегося у ног спаниеля. – У него не было передо мной обязательств. Полагаю, он чувствовал вину за Фредди…

Услышав свою кличку, пес завилял хвостом.

Джо глянула на него.

– Перед моим мужем, глупыш, не перед тобой.

Фредди завилял хвостом еще проворнее, положил лапы на колени Джо и лизнул ее в лицо.

– Не подлизывайтесь, сэр, – смеясь, сказала Джо и обратилась к Пен и Каро: – Полагаю, эти деньги служили не столько помощью мне, сколько успокоением совести старого герцога. Он мог не оставить формальных распоряжений, – вновь, как частенько в последнее время, посетовала она. – Если судить по газетам, новый герцог пользуется уважением. Он бывший адвокат, вдовец с малолетним сыном. Я уповаю на его сострадание. Получаемая нами сумма невелика. По сравнению с доставшимся ему огромным богатством просто мелочь, но для нас жизненно важная мелочь.

– Возможно, в этом и проблема, – сказала Пен. – Порой скупее всех именно те, кто неожиданно разбогател.

– Да, – согласилась Джо и закусила губу. – Новый герцог может потребовать от нас освободить дом… Что нам тогда делать?

– Надо написать ему. – Каро всегда предпочитала действовать напрямую. – Я уже говорила об этом, как только мы узнали о новом герцоге. – К сожалению, и Каро была несколько заносчива.

– Может, это просто упущение или недоразумение, которое он исправит, как только все выяснит, – сказала Пен.

– А если герцог и правда решит прекратить поддержку, – добавила Каро, – письмо даст нам возможность привести аргументы в свою пользу. Ты говорила, он был адвокатом. Он оценит хорошо изложенную суть дела. В любом случае лучше выяснить, как обстоят дела, чем тратить время на догадки и волнения. Чем скорее мы все узнаем, тем увереннее сможем строить планы.

Джо кивнула.

– Ты права. Но было бы хорошо, если бы я могла показать, что мы не просто висим у него на шее. Поместье Падлдон я у герцога купить не могу, но могу предложить план нашей финансовой независимости – уменьшения и, наконец, прекращения его благотворительной помощи, а возможно, даже выплаты ему аренды, если он позволит нам здесь остаться.

– И это еще одна причина, по которой я хочу продавать «Вдовье пиво» в Лондоне. – Каро кивнула и приосанилась, помахав перед носом Джо указательным пальцем. – Я докажу и герцогу, и кому угодно, что у нас прибыльный бизнес, – усмехнулась она. – Кто знает? Кое-кому из его друзей пиво может прийтись по вкусу, тогда они за нас вступятся. И герцог может даже увеличить свою поддержку. – Каро вновь погрузилась в честолюбивые грезы.

Хорошо, конечно, что у Каро великие замыслы. Может, когда-нибудь ей удастся их осуществить. Пока плохой урожай двух последних лет не дал возможности воплотить их в жизнь, однако замыслы Каро служили им ориентиром.

– И этот маленький дом Грейнджеру не нужен, – сказала Пен. – Теперь у него наверняка много больших поместий.

– Да, – уже решительнее произнесла Джо. – Я ему напишу… – Она замялась. – Скоро… – Опустила глаза в гроссбух. – Я просмотрела бухгалтерские книги и нашла, где еще можно сэкономить, но… – Покачала головой. – Если бы нам удалось увеличить производство пива, было бы отлично. – Джо подняла глаза и усмехнулась: – Этого не потребовалось бы, если бы мы смогли заработать на чем-нибудь другом.

Верно. Правда, обитательницы приюта пытались вязать шали, печь пироги, но либо работницы не горели энтузиазмом, либо их выпечке, к примеру, жители деревни предпочитали домашнюю. Лишь когда Каро начала варить пиво в старой пивоварне, дело пошло веселее.

– Пока урожай не убран, мы ничего сказать не можем, – вновь предостерегла Пен. – Да, сейчас все хорошо, но все может измениться.

– Напиши ему без промедления, – сказала Каро. – Лучше заранее уверить его в хорошем урожае. Что бы ни случилось потом, его деньги уже будут у нас в кошельках. – Она пожала плечами. – Не такие это большие деньги. Герцог же не явится в Литтл-Падлдон их отбирать.

Безусловно, Каро была самой смелой и деловой из них троих.

– Это верно. – Джо захлопнула гроссбух и встала, ее примеру последовали Фредди, Пен и Каро. – Не скажу, что полностью разделяю твой подход, Каро, но я согласна: мы не можем ждать, пока хмель будет убран. Сегодня вечером напишу герцогу. – Она глубоко вздохнула: – Надеюсь, мне удастся его убедить.

– Не сомневаюсь, что удастся, – сказала Пен. – Разве джентльмен выбросит на улицу женщин и детей?

– Да. – Джо смахнула со стола невидимую пылинку. – Судя по газетным статьям, человек он добрый, умный и принципиальный.

На лице Каро появилось циничное выражение.

– Будем надеяться. То, что он новичок среди аристократов, внушает мне робкие надежды, тем не менее… – Каро скривилась. – Тем не менее верить дворянину – последнее дело. – Каро смерила Пен сочувственным взглядом. – Ну, Пен это известно не понаслышке.

У Пен сердце подпрыгнуло, а в ушах зазвенело.

– Что ты имеешь в виду?!

Джо нахмурилась и легонько коснулась руки Пен.

– По дороге из церкви Розамунда рассказала всем и каждому, что настоящий отец Гарриет – прежний граф Дэрроу…

Пен уже открыла рот, чтобы возразить, но замерла. Ей сейчас надо, чтобы все узнали правду? Пен посмотрела на часы на каминной полке: пора идти, если она хочет перехватить Годфри. А перехватить его ей необходимо именно сегодня. Время уходит…

Каро покачала головой.

– Не знаю, почему я не сообразила сразу, заметив в волосах Гарриет седую прядь. Это фамильное отличие, – нахмурилась она. – Хотя… прядь появилась неожиданно. И я поверила в твою историю с лихорадкой. Странно, я посчитала, что лихорадка может вызывать такое, а ты всем нам рассказывала о своем муже-фермере… – Каро мрачно покосилась на Пен. – Я всегда считала тебя недотрогой. Мне до сих пор трудно поверить, что ты была любовницей графа.