Опасные игры - Карина Хэлли

Двадцать минут спустя я припарковалась напротив невообразимого двухэтажного дома. Кэмден Маккуин сидел рядом. Поездка вышла короткой, он всю дорогу то рассказывал, что изменилось с тех пор, как я покинула город, то восхищался машиной.

– Сколько ты заплатила, если не секрет? – спросил он, когда колёса, скрипнув по песку, остановились. Я улыбнулась, выключила зажигание.

– Не знаю. Я её одолжила.

Открывая дверь, он подозрительно на меня посмотрел.

– Одолжила, как учительские методички с ответами перед контрольной?

Я смерила его таким же подозрительным взглядом. Откуда Кэмден столько знал о моих выходках? Конечно, мои родители были в бегах, и все в Палм-Вэлли знали, что они мошенники. Люди показывали на меня пальцами и шептались, и я не сомневалась – или о моей травме (в большинстве случаев), или о том, замешана ли я в родительские аферы. Нет, в тот период не была. Так, порой обманывала учителей. Никогда не попадалась, потому что при виде меня они отводили глаза. Думаю, они меня жалели – и у них было на это право.

– Я всегда их возвращала, – ответила я и выбралась из машины. Стало жарче. В такие дни я особенно жалела, что не могу надеть шорты.

Он смотрел на меня, прикрыв глаза рукой. Я и забыла, как он любил таращиться на людей. Сейчас, конечно, было уже не так страшно – я ведь больше не думала, что он вот-вот сделает мне какую-нибудь гадость – но всё-таки не по себе.

Я переключила всё внимание на дом: обшитый досками, ярко-жёлтый с тёмно-синей отделкой. У входа в самом деле висели постеры Дракулы и Болотной Твари в полный рост, а ещё деревянная вывеска с надписью «Игры amp; Иглы». Сад был самый обыкновенный, из тех, что предпочитают ленивые люди: камни, кусты и кактусы. Куда проще и дешевле, чем газон.

– Нравится? – спросил Кэмден, поймав мой взгляд. – Дом построен в пятидесятые. Думаю, это была авиабаза, но потом город разросся, и её перенесли в другое место. Тут даже бомбоубежище есть.

– Серьёзно?

Он кивнул.

– Ага. Одри придёт с минуты на минуту.

Я поняла, что речь о клиентке. Прошла вслед за Кэмденом по тропинке, стараясь наступать только на камни, как будто земля была лавой. Вид мне открывался отличный – оказалось, что у Кэмдена шикарная задница. Вот уж не думала, что я это скажу.

Он открыл дверь, повернул табличку «Открыто». Внутри дом оказался ещё специфичнее. Я будто оказалась в музее Элвиса Пресли, которым заправлял Джон Уотерс^[8]. Стены убийственного зелёного цвета, оранжевый замшевый диван, розовый чайный столик, обитый крокодиловой кожей. Присмотревшись, я увидела гидрокостюм образца тридцатых годов рядом с «Уличным гонщиком» из папье-маше. Несколько блестящих гитар стояли у плоского телевизора, по которому шёл фильм «Кто подставил кролика Роджера» с азиатскими субтитрами.

Но при всей визуальной диарее этой безумной атрибутики я не могла не учесть её стоимость. Он не шутил, когда сказал, что катается как сыр в масле. Каким бы уродливым и странным ни был этот интерьер, затрат он требовал приличных.

– Хочешь пива? – спросил он и открыл стоявший позади рабочего кресла маленький холодильник, изнутри весь блестяще-зелёный от «Хайнекена».

– Да, спасибо, – может, это была не лучшая идея, поскольку мой желудок по-прежнему урчал и к тому же я нервничала, но отказаться от пива было выше моих сил.