О красивом белье и не только - Дженнифер Эшли

– Я ухожу. – Ник решительно повернулся.

Я быстро накинула на себя блузку и стала ее застегивать.

– Нет, подожди, сейчас мы с этим разберемся.

В отличие от меня Ник еще не успел раздеться, поэтому ему не нужно было в спешном порядке застегивать пуговицы и молнии.

– Кто это, если не секрет? – подозрительно спросил он.

– Мой брат, который должен сейчас находиться в моей квартире. Не знаю, что ему вдруг здесь понадобилось.

Лицо Ника мгновенно смягчилось.

– Похоже, ему катер нужнее, чем нам, – сказал он. – Я лучше все-таки пойду.

Ник был безупречно вежлив и тактичен: он подошел ко мне, взял мое лицо в ладони и поцеловал.

– Ты классная, Бренда, – проговорил он. – Позвонишь мне?

Классная? Я?

– Разумеется, позвоню, обязательно.

На его лице снова появилась та самая улыбка, от которой мое сердце сразу же начинало таять, затем он повернулся и вышел из каюты.

Я продолжала трясущимися пальцами застегивать блузку, и когда наконец добралась до верхней пуговицы, то обнаружила, что пропустила одну петлю. Впрочем, теперь это уже не имело значения.

Выскочив на палубу, я увидела Дэвида – он сидел на скамье около руля и молча наблюдал за тем, как я, промчавшись по палубе, спускаюсь по лестнице на пирс и ковыляю на высоких каблуках за Ником.

– Эй, Ник!

Ник уже почти дошел до ворот. Услышав, что я зову его, он оглянулся и остановился, ожидая, когда я доберусь до него.

Мне хотелось пожелать ему спокойной ночи, поблагодарить, сказать на прощание что-нибудь милое и ничего не значащее, но вместо этого я просто встала на цыпочки и поцеловала его, а когда он приложил большой палец к уголку моего рта и ответил на поцелуй, я снова ощутила восхитительную мягкость его губ.

– Спасибо, Бренда.

Спасибо? Но за что?

Он снова заглянул мне в глаза, потом повернулся, открыл ворота и через минуту уже поднимался по ступенькам к своему красному кабриолету.

Только когда машина скрылась из виду, я вдруг поняла, что не спросила у Ника ни адреса, ни номера телефона. Вероятно, он сообщил мне все это еще тогда, два месяца назад на вечеринке, и теперь думает, что мне это известно. Ведь он-то помнил, как меня зовут… Выходит, снова я поступила ужасно, ужасно непрактично…

Когда я снова вернулась на яхту, мой брат сидел в каюте на койке, но не на той, на которой мы несколько минут назад лежали с Ником. Дэвид выглядел мрачновато, угадать его настроение было не трудно.

Я села напротив и с угрюмым видом стала его разглядывать.

– Кажется, я испортил тебе свидание. – Дэвид поддал ногой свою сумку. – Но… о таких вещах надо предупреждать заранее.

– Все в порядке. – Я не хотела объяснять, что у меня с Ником было вовсе никакое не свидание, что мы встретились специально для того, чтобы заняться сексом, «прочем, какое теперь это имеет значение? – Ты-то что здесь делаешь?

– Да вот, пришел сюда поспать: у твоей соседки по квартире вечеринка.

Ну теперь все понятно. Кларисса – большая любительница устраивать дикие сборища, типа того, что она организовала на Новый год. У нее имеются друзья из всех слоев общества, и время от времени она приглашает их к себе в гости «выпить бокал вина».

– Ты не сможешь жить в нашей квартире, я тебя предупреждала. – Мне не удалось удержаться от вздоха. – Тебе все-таки придется снять комнату.

– На какие шиши? У меня нет ни цента.

– Сними деньги с кредитной карточки. Некоторое время Дэвид, не моргая, смотрел на меня.

– Бренда, у меня нет никаких кредитных карточек. Я потерял все, слышишь, все! У меня забрали дом, я лишился всей своей жизни.

Он замолчал. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим плеском воды. Равномерное «свиш, свиш» усиливало ощущение отверженности и отчаяния, которое внезапно охватило нас с Дэвидом.