Поймать призрака - Дэй Леклер

Вокруг стола сидели четыре фигуры. Их руки с растопыренными пальцами, соприкасаясь мизинцами, образовывали широкий круг. Судя по отсвету свечи на ярко-фиолетовых волосах, Нана была среди участниц. Но чем же это занимается ее бабушка?

– Фран-цис-ка! – произнес низкий женский голос. Рейчел взглянула в сторону, откуда донесся голос, и улыбнулась. И голос, и огромный, раскачивающийся из стороны в сторону тюрбан на голове могли принадлежать только Мадам Зуфало. – Ответь нам, Фран-цис-ка. Я приказываю. Мы ждем твоего знака из загробного мира.

Будто услышав команду, стол задрожал. Ножки напротив Мадам приподнялись. Затем стол начал пританцовывать.

– Боже мой! – воскликнула Нана.

– Духи сегодня активны, – возбужденно сказала помощница Наны, Энн. – У нас может получиться настоящий контакт.

– Отец небесный! – продребезжала третья, в которой Рейчел узнала компаньонку Мадам, Глэдис.

– Тишина! Вы спугнете духов. – Мадам Зуфало склонила голову и застонала, но вынуждена была подхватить сползающий тюрбан. Кольцо рук разомкнулось, стол со стуком опустился на пол, снова став твердым, неподвижным, неодушевленным предметом мебели. – Фуй, – раздраженно отреагировала Мадам.

Нана огорчилась.

– Если так будет продолжаться, мы никогда не наладим контакт с Франциской.

– Попробуем еще раз, – провозгласила Мадам. Она надвинула тюрбан поглубже, засучила рукава кафтана и положила руки на стол. – Мизинцы! Соединить мизинцы. И горе тому, кто разорвет круг.

– Но, Мадам, – нерешительно заметила Глэдис, – это вы разорвали круг.

– Не отвлекайте меня своими глупостями. Мы заняты серьезным делом. Замрите все! Я ощущаю присутствие. – Стол снова начал раскачиваться. – Фран-цис-ка, приди к нам.

– Она отвечает? Она там? – возбужденным шепотом спросила Нана.

– Мне кажется… Кажется… Да… да… Приди ко мне. Приди, говорю я. – Дыхание Мадам участилось, тюрбан начал раскачиваться в такт движению стола. – Это женщина. Она молода. Миловидна. Я чувствую ее рядом. Ближе. Ближе. Она здесь! Ответь мне, дорогая. Мадам Зуфало приказывает тебе!

Рейчел кашлянула. Очень не хотелось мешать, но ей нужно было поговорить с Наной.

– Послушайте.

– Я вызвала ее! – возопила Мадам. – Фран-цис-ка. Мы твои друзья. Мы хотим говорить с тобой. Ответь нам!

Рейчел прикусила губу. Как неловко получилось.

– Нет-нет. Вы не поняли. Я не Франциска.

– Черт, – пробормотала Мадам Зуфало. – Это, наверное, дух-проводник.

Остальные трое простонали в один голос:

– Нет, нет. Это хорошо. Дух-проводник – это почти так же хорошо, – звенели восторженные возгласы.

– Думаю, что должна вам сказать… – еще раз попыталась Рейчел.

Мадам Зуфало перебила ее:

– Тихо, милочки. Дух-проводник говорит! Эх-хм. О, великий дух-проводник. Мы ищем Франциску Аристу. Ты можешь обратиться к ней? Нам нужно сообщить ей лично нечто важное.

– К сожалению, я… – слова потонули в общем стоне.

– Дух-проводник, – резко произнесла Мадам Зуфало. – У нас жизненно важное дело к Франциске. Ее прапраправнучатая племянница должна сообщить ей нечто. Поможешь ты нам или нет?

– Я бы с удовольствием, – торопясь объяснить, Рейчел подошла ближе, – но я не могу.

– Я вижу ее, – пискнула Глэдис. – Она здесь, в комнате, с нами. О, небо!

Расшитый серебром тюрбан засверкал в неверном свете.

– Я сделала это. Я в самом деле это сделала. Я подчинила духа, – бормотала медиум. Потом добавила громче: – Ну конечно, я это сделала. Я же Мадам Зуфало, в конце концов.

– Я, кажется, упаду в обморок, – слабым голосом сообщила Глэдис.

– Не сметь! – отрезала Мадам. – Это миг моего триумфа, и я требую всем находиться в вертикальном положении.

– Мне очень неприятно разочаровывать вас, но это я, Рейчел. – Она прошла через комнату, бросила на стол газету, и женщины застонали. Рейчел опустилась на колени возле бабушкиного инвалидного кресла и крепко обняла Нану. – Что здесь происходит?

– Спиритический сеанс, конечно, – ответила та. – Мадам Зуфало предложила провести, потому что близится осеннее равноденствие. – Она доверительно понизила голос: – В это время духи наиболее доступны. Сейчас и в следующем месяце, в канун Дня всех святых.

Мадам соизволила пояснить:

– Твоя бабушка надеялась узнать, как сработало твое медальонное желание. Я согласилась помочь вызывать Франциску. Это самое малое, что я могу сделать, учитывая мои новые силы.

– Я так вам благодарна, – поторопилась вставить Нана. Потом поцокала языком. – Ах, Рейчел, ты так старалась с этими желаниями. Я знаю, какой несчастной ты себя чувствовала, когда ничего не произошло. Вот я и подумала, что, если чуть-чуть поболтать с Франциской, глядишь, поможет.

Мадам Зуфало исторгла долгий сердитый вздох.

– Кончено. Духи покинули нас, милочки. Энн, зажги еще свечей. – Она поднесла руку к виску и со стоном закрыла глаза. – Я совершенно опустошена. Глэдис, скорее. Мое тонизирующее. Я чувствую, что уже пора.

Стулья заскребли по деревянному полу, и через мгновение ожили огоньки полдюжины свечей, бросив на стены огромные бесформенные тени. Глэдис стояла возле стула Мадам с чайной ложкой и серебряной фляжкой.

– Одну ложку или две?

Один глаз открылся.

– Я должна беречь себя. Дай три.

– Извините, я вам помешала, – сказала Рейчел, обращаясь ко всем. – Я очень ценю то, что вы пытались сделать. Нам действительно нужна помощь, любая.

– Однако мне пора, – сказала Энн. – У меня занятия рано утром, так что я закругляюсь.

– Так мило, что ты участвовала в сеансе, – любезно обратилась к ней Нана. – Спасибо за помощь. Жду тебя завтра.

– Боюсь, у меня плохие новости, – сказала Рейчел, когда Энн вышла. Она показала на газету. – Вы еще не читали? Профессор Зак Кингстон намерен попытаться разоблачить бабушку Франциску.

Мадам Зуфало побледнела.

– Зак Кингстон? Тот самый Зак Кингстон? – пробормотала она, затем вырвала у Глэдис фляжку, поднесла ко рту и сделала изрядный глоток. Явственный запах бренди пробился сквозь ароматический дым. – Пора идти, – сказала она, вздохнув. – Бьюла, это было великолепно. Мы обязательно должны повторить это когда-нибудь в далеком будущем.

Она поднялась на неверные ноги и прошаркала вон из комнаты. Шитье на ее пурпурном тюрбане сверкало, как дорога, полная предупреждающих сигналов. Глэдис потащилась за ней. Минуту спустя донесся сдавленный крик Мадам.

– Сникзифов тарантул, наверно, – пробормотала Нана. – По дороге сюда Мадам тоже на него наступила.