Дочь по завещанию - Аниса Таниева

Дочь в кроватке, развод через год и пустота в груди.

Тянущая такая, сильная.

– Да плевать мне на алименты, - Ратмир щурится, сжимает кружку в руках. Настолько сильно, что костяшки пальцев белеют. – Меня волнует, с кем ты мне изменила.

– Ни с кем. Измена – это акт предательства. В данном контексте – это состоять с кем-то в отношениях и иметь связь с другим человеком, - произношу легко, хотя всё внутри обрывается. Филолог во мне прорывается наружу. – Я не могу тебе изменить, так как мы не в отношениях.

– Мы женаты!

– Значит, мы обсудим всех, с кем ты изменял мне?

Наверное, это эгоистичная девичья гордость. Маленькая и уязвимая, особенно сейчас. У Ратмира были отношения после меня, я это понимаю. Умом понимаю, а сердце сжимается.

Будто кто-то очень сильно надавил, мешая кровотоку. Ещё и когтями проходится, чтобы дышать было сложно. Огнев стал моим первым мужчиной, был таким обаятельным, близким…

– Имя за имя, - предлагает невинно, а мне лишь хуже. – Если тебе от этого легче.

– Обойдусь. Ты никогда не узнаешь, кто отец Саши.

Обещаю и верю в это. Саша – моя. И на этом всё. А Ратмир будет фиктивным мужем, а после лишь рубцом в душе. Другого я ему не позволю.

– Это мы ещё посмотрим, - произносит холодным тоном, а после приближается. Касается моей ладони, заставляя отпрянуть. – Кажется, красавица, тебе нужно заново привыкать к моим касаниям.

– Кажется, Ратмир, тебе нужно подумать о собственной сохранности.

Произношу с улыбкой, чтобы не вызывать новую волну ссор. Откланяюсь от мужчины, не позволяя касаться. Хватит этого. Мы прекрасно будем смотреться рядом, без лишних касаний.

Я до конца не могу понять, во что именно ввязалась. Нервно приглаживаю край белоснежного платья, часто дышу. Слишком быстро моя жизнь меняется, я не могу так.

Мне нужно время всё обдумать, взвесить. Решить, как именно действовать и что говорить. Это ведь не просто. А Ратмир напирает в своей привычной манере. И не дает шанса затормозить.

– Нужно, - мужчина кивает, но улыбается шире. – Мы уже проходили это. Каждый раз, Арина, одно и тоже. Я говорю, ты споришь, я надавливаю, и ты соглашаешься. Давай уже упростим эту цепочку. Говорю – делаешь.

– Я тебе не цирковая зверюшка, чтобы выполнять команды! – морщусь от собственного крика. Прислушиваюсь к тишине квартиры, но Саша дальше спит. – Давай не будем переходить черту. И начнем с простого.

– С простого?

– Да. Провести пару минут, чтобы мне не захотелось тебя треснуть.

– Насилие, красавица, плохая черта.

Ратмир усмехается, но всё-таки отступает. Подтаскивает стул ближе, усаживаясь рядом. И не касается, хоть что-то понял. Уже шаг навстречу, да? Совсем не понимаю, как мне следует себя вести.

– Обсудим условия? – предлагаю, делая глоток остывающего чая. Внутри всё кипятком обливает, настолько я волнуюсь. – Ты хочешь, чтобы я снова жила с тобой?

Мы не жили вместе. Так, одни выходные. После росписи в ЗАГСе уехали загород. Провели там выходные, вернулись на квартиру. Я позволила себе лишнее.

И сразу же сбежала, когда узнала об обмане Ратмира. Но я ведь планировала. Планировала жить в его квартире, пусть и в разных комнатах.

– Это даже не обсуждается, Арин. Ты будешь жить со мной. Одна квартира, только так. У меня хватает комнат, чтобы разместить тебя с ребенком. Только…

– Только?

– Никаких розовых стен и обоев с мишками. Мы обустроим детскую, но только мебелью. Не планирую делать ремонт после развода.

Поджимаю губы. Это не должно задевать, но… Глупая я, очень. Сама не говорю Ратмиру о Саше, и сама обижаюсь на то, что он ничего не хочет переделать для дочки.

Но так будет лучше. Если Огнев узнает – он может не отпустить просто так. Я боюсь за малышку, боюсь за новые последствия. И лучше сыграть обманщицу и хранить эту тайну до конца жизни. Но быть на сто процентов уверенной, что Сашеньке ничего не угрожает.

– Есть что-то особенное? – Ратмир уже в телефоне, не отрывает взгляда от экрана. – Что-то нужно девочке? Или подойдет стандартный набор для детской?

– Эм… Саше ничего не надо. У нас всего хватает.

– Твою мебель будут везти вечность. Сейчас мои люди занимаются заказом, к вечеру всё будет. Так что, что-то нужно?

– Нет. Точнее – да. Мне нужно время. Два дня. Я не могу так быстро уехать. Здесь у меня есть друзья, плюс родные. Они приехали специально ко мне, я не могу просто их бросить. Завтра вечером они улетают, могу и я.

– У меня завтра две встречи…

– Я не прошу остаться. Приеду после, правда. Всё равно ты меня не найдешь, при желании. Завтра вечером я бы села на поезд…

– Самолетом быстрее.

– Саша маленькая, я не знаю, как она перенесет дорогу.

Это правда. Мы никогда далеко не ездили. По городу, иногда на природу, но не слишком отъезжали от Сочи. А теперь предстоит долгая дорога в столицу. И я не представляю, как это – с маленьким ребенком.

Когда я сбегала сюда, беременная и раздавленная, со мной в самолете были малыши. Две замечательные близняшки. И они так плакали, что я не смогла бы перенести это весь полет – если бы так надрывалась моя Саша.

– Ты правда считаешь, что лучше сутки в поезде чем два часа на самолете? Ты же вроде не глупая, Арин.

– Не глупая. Но для начала хочу проконсультироваться с детским педиатром. Если она разрешит, то мы завтра вечером вылетим в столицу. Договорились?

– Да. Думаю, два дня не проблема.

– Отлично. Тогда можешь спокойно уезжать и…