Искушение поцелуем - Трейси Энн Уоррен

— Всего лишь половина девятого. Уверена, даже вы не ложитесь спать столь рано.

Вообще-то Кейд ложился спать очень поздно. А все из-за проблем со сном. Заснуть ему удавалось, лишь находясь в крайней степени изнеможения. Спиртное тоже помогало. Выпив достаточно много, Кейд засыпал довольно крепко и без терзающих душу тяжелых сновидений.

Он смотрел в горящие надеждой глаза Мег и в какое-то мгновение хотел уже принять ее предложение, но потом безжалостно прогнал эту мысль. Он и так провел в ее обществе слишком много времени.

— Прошу прощения, но есть кое-какие дела, требующие моего внимания.

Мег положила руку на спинку стула.

— Какие такие дела? Если вы собираетесь проверить счета, то я могла бы помочь. Я хорошо считаю и красиво пишу пером.

Счета! Дерзкая упрямица.

— Нет. Я не собираюсь просматривать счета.

— Значит, вы занимаетесь научной работой? — предположила Мег, и ее ясные голубые глаза вспыхнули озорством. — Тогда понятно, почему вы сидите взаперти, обложившись книгами. Вы занимаетесь научными изысканиями?

Губы лорда Кейда дрогнули, угрожая расплыться в улыбке.

— Нет, научной работой я тоже не занимаюсь.

— Тогда о чем речь, милорд? Неужели теперь, когда вы решились наконец нарушить свое уединение, вы собираетесь снова закрыться в кабинете?

Именно это Кейд и собирался сделать. Следовало догадаться, что если он даст этой девушке один палец, она откусит всю руку.

— Нет, я просто не могу позволить вам этого, — продолжала упорствовать Мег. — И потом, кому навредит одна партия в шахматы? Даже если у вас много дел, вы наверняка сможете уделить игре пару лишних минут.

— За игрой в шахматы минуты зачастую превращаются в часы.

— Я уверена, сегодня вечером подобного не произойдет. Если только вы не боитесь проиграть.

На этот раз губы лорда Кейда все же растянулись в самоуверенной улыбке.

— Не обижайтесь, мисс Эмберли, но вы имеете дело с весьма искушенным игроком.

— Так к чему колебания? Уделите мне час времени, и если я проиграю, обещаю, что не нарушу более вашего уединения до самого своего отъезда.

Предложение Мег внезапно показалось Кейду невероятно соблазнительным. Однако прежде чем он успел дать ответ, девушка подняла вверх палец:

— Но если я выиграю, вы дадите обещание, что станете чуть более гостеприимным хозяином.

— Что означает?..

— Ну, для начала, ваше присутствие в столовой за обедом и ужином. Завтрак, так и быть, можете пропустить, чтобы поспать чуть дольше.

— Какое великодушие! — произнес лорд Кейд, кладя ладонь на столешницу. — Я полагаю, это не все.

— Конечно. В качестве гостеприимного хозяина вы будете меня развлекать. Много я не прошу. Партии в карты или шарады достаточно.

— Против карт я не возражаю, но вот до игры в шарады не слишком охоч. То же касается игры в рифмы.

На красивом лице девушки заиграла улыбка.

— Согласна. Никаких шарад и рифм. Так что, милорд, пари?

Лорд Кейд замялся, не в силах противостоять напору девушки.

— Пожалуй. Но, должен сказать, Я и понятия не имел, что вы так жаждете моего общества.

Улыбка на лице плутовки стала еще шире.

— Раз уж выбирать не из кого, научишься ценить общество любого человека. Даже такого, как вы, милорд.

С губ Кейда сорвался смех. Дерзкое замечание Мег нисколько не задело его, а, наоборот, развеселило. Ему показалось, будто в ее взгляде мелькнуло облегчение, как если бы она сказала лишнее и теперь опасалась реакции своего собеседника.

Мег протянула Кейду руку:

— Итак, милорд?

Кейд развеселился еще больше, памятуя о том, что леди не пожимают рук. Тем более джентльменам. Мгновение поколебавшись, он пожал протянутую ему руку.

Рука девушки оказалась столь нежной, хрупкой и беззащитной, что его кожу тотчас же закололо мириадами иголочек, а по телу разлилось приятное тепло. Ладошка Мег была настолько меньше его собственной, что Кейд с легкостью мог бы переломать ей кости, сожми он пальцы чуть крепче. Но, зная о собственной силе, Кейд действовал нежно и осторожно.

Посмотрев на девушку, он вдруг заметил горящее в ее глазах восхищение. Сам того не осознавая, он подошел чуть ближе и погладил кончиками пальцев нежную шелковистую кожу ее ладони. Мег вздрогнула, но не отстранилась. Более того — она даже подалась вперед, едва не коснувшись подолом платья ног Кейда. Ее губы слегка приоткрылись — розовые, пухлые, созданные специально для поцелуев. Кейд чуть наклонился и теперь пожирал глазами эти похожие на спелую клубнику губы, раздумывая над тем, так же ли они хороши на вкус.

Мег вновь еле заметно вздрогнула, и ее глаза подернулись поволокой.

Однако в тот же самый момент Кейд тряхнул головой, словно пытаясь прогнать наваждение. Да что с ним такое, черт возьми? Неужели он собирался поцеловать эту девушку? И не только поцеловать!

Кровь возбужденно пульсировала в его жилах; заставив плоть восстать и дрогнуть под тканью панталон. Господи, да как он может? Маргарет Эмберли — гостья в его доме и, стало быть, находится под его защитой и покровительством. Поцеловав ее, он переступит черту, подорвет ее доверие и станет не лучше тех самых негодяев, от которых он ее только что предостерегал. Кроме того, в памяти еще свежа клятва, данная другой женщине. Той, что безвременно угасла, но не была предана забвению.

Кейд резко отдернул руку от Мег, словно та вдруг превратилась в прокаженную. Развернувшись на каблуках, он решительно двинулся к двери.

— Милорд, — позвала Мег. — Вы… вы так и не дали мне ответа.

Ответа? Какого ответа? Но потом Кейд вспомнил: она просила поиграть с ней в шахматы. Он мысленно выругался. Неужели она до сих пор не оставила намерения сыграть в эту проклятую игру? Конечно, не оставила. Мег ведь не могла прочитать его похотливых мыслей.

Первой мыслью Кейда было отказать Мег, сказав, что он не станет играть с ней ни в шахматы, ни во что другое. Но потом вспомнил о ее предложении. Что там она пообещала? Если проиграет, то не станет больше нарушать его уединения до самого своего отъезда, Кейду пришлось признать, что ему очень нравится эта идея. К тому же он чувствовал, что Мег — человек слова и данного обещания не нарушит.

Он медленно повернулся.

— Я принимаю условия пари. Прошу вас, проходите. — Махнув рукой, Кейд пропустил Маргарет впереди себя.

Выиграть у нее — все равно что отнять конфету у ребенка. Но через полчаса он вырвет у Маргарет победу и, запершись от нее в своем кабинете, избежит наконец столь нежелательных соблазнов.

— Шах и мат, милорд, — тихо произнесла Маргарет примерно через полтора часа после начала игры.