Брак по договору - Танна

После его ухода я сама не своя. Хожу по квартире, прокручивая наш разговор. Скорее даже, его монолог, потому что я была настолько обескуражена, что почти ничего не говорила. Я просто злилась. Не верила, что он реально предлагает мне это.

Немного злюсь. На него, на себя, на всю ситуацию в целом. Вообще, я могла бы быть и тверже: сказала бы так, чтоб у него никаких сомнений не осталось. А я…

Не думала, что он предложит мне это. И вообще, если уж быть честной с собой, я предполагала что он предложит мне расплатиться с ним телом, за оказанную помощь. Боже, ну и дура же я — стону, прислонившись лбом к стеклу. Я ведь даже приготовилась его послать, если он вдруг скажет мне это, а он…

Конечно, предложение выйти за него замуж тоже лишено всякого смысла. Откровенный бред. Зачем ему вообще я? К тому же — между нами огромная социальная пропасть. Это тоже немало нервирует. Наверняка вокруг него толпа женщин, которые с радостью согласятся, предложи он им это. А он сделал предложение мне. Той, кого совершенно не знает.

Да, он спас меня. И я ему за это благодарна. Но не настолько, чтоб стать женой.

Кажется, что это все бред моего разыгравшегося воображения, но на кухонном столе лежит белоснежная пластиковая визитка с его номером…

Аккуратно поднимаю ее и вчитываюсь: Филатов Виктор Андреевич.

Непроизвольно примеряю его фамилию: Филатова Виктория. А что, мне идет.

Истерический смех срывается с губ. Боже, я сошла с ума.

Не будет между нами никакого брака, никакой общей фамилии, вообще ничего не будет. Мне не нужен муж, мне нужна нормальная работа, с хорошей зарплатой. И нужно подумать, что можно для этого сделать. Бедная мама реально надрывается за копейки…

Я всхлипываю от жалости и опускаюсь на пол. Плачу, и мне становится легче. Весь этот дурацкий вечер смывается слезами.

***

Мама приходит очень уставшая. Я вижу, как она улыбается сквозь силу и бредет к столу. Я накрываю ей поздний ужин, смотрю в любимые уставшие глаза и замечаю морщинки, которых раньше не видела.

Господи, до чего же больно на нее смотреть. Прикусываю губу почти до крови чтоб не расплакаться.

— Ты поела? — спрашивает она.

— Немножко. Аппетита не было.

— Поешь со мной, а то совсем худенькая стала. Скоро ветром сносить будет — устало пытается шутить.

Я накрываю себе и сажусь рядом. Жую молча, не решаясь рассказать маме о приходе Виктора и его странном предложении. Не хочу волновать ее еще больше.

— У нас Галя заболела. Я взяла ее смены. Теперь каждый день буду приходить поздно, пока она не выздоровеет.

— Мам, не нужно было. Ты ведь сама устаешь сильно — расстраиваюсь за нее.

— Ничего. Это все равно ненадолго. А нам очень деньги нужны. Да и к лету хотела отложить немного денег тебе на одежду, ты ведь молоденькая еще совсем у меня. Вдруг на свидание пригласят — она подмигивает мне.

— Только свиданий мне не хватало для полного счастья — бормочу я, а у самой ком в горле.

— Кто знает, может встретится тебе хороший молодой человек. Влюбитесь — шутит она. Я слегка фыркаю.

— Вот есть же еще замечательные люди на свете. Виктор, например. Прекрасный мужчина. Добрый, отзывчивый. Не бросил в беде. Как же хорошо что он встретился на твоем пути.

От этой тирады давлюсь чаем. Кашляю, аж до слез.

Знала бы мама, как он хотел нас облагодетельствовать. Сразу бы сменила о нем мнение. Такие люди не помогают просто так. Они обязательно что-то потребуют взамен. И цена может оказаться несоразмерно выше.

5

Первые три дня после разговора с Виктором проходят как на иголках: мне постоянно кажется, что он позвонит и начнет требовать «заплатить долг». Я нервничаю и злюсь. Вздрагиваю, когда на телефоне раздается звонок или приходит смс. Мне все время кажется, что он снова может прийти и сказать, что передумал ждать. И вообще передумал жениться. Попросит вернуть деньги.

На учебе из-за этого я рассеяна, но мне удается сделать вид, что я сосредоточена и внимательна, хотя спроси меня преподаватель в тот момент о чем он рассказывал, или что я записала в конспект, я не вспомню. Мне везет и все проходит без эксцессов. Я даже Машке пока не стала ни о чем рассказывать.

На работе успела получить выговор, из — за того, что пару раз отнесла заказы не за те столики. Начальница, увольнением не грозила, но отчитала меня так, что я и без этого поняла, что меня могут уволить. Кое- как взяла себя в руки и отработала смену до конца.

Мама приходила в одиннадцать. Без сил падала на диван и засыпала. Она старалась закончить работу пораньше, но ничего не выходило: человек работал на пределе возможного.

Я тихо плакала и ругала себя. На четвертый день всерьез начала раздумывать над предложением Виктора. Оно уже не казалось мне таким абсурдным. А решающим днем, когда я приняла его предложение стал вызов скорой для мамы. У нее сильно скакануло давление на работе и ее увезли.

Я так сильно испугалась что могу потерять ее, что меня даже перестал страшить договорный брак.

***

В больницу меня не пустили, сказав приходить в часы приема на следующий день. Я даже толком ничего не смогла узнать. Врачи отделались общими короткими фразами. От бессилия хотелось плакать. Но я знала, кто точно может мне помочь.

Я сидела в больничном парке на лавочке и дрожащими пальцами набирала номер с визитки.

Не знаю, зачем я носила ее с собой, но тем не менее это было так.

— Что случилось, Вика? Ты приняла решение? — Виктор даже не удивился моему звонку. Мой номер телефона у него был, иначе как бы он узнал, что звоню ему я? Ведь я не давала ему свой номер.

— Я согласна — выдохнула, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Молодец. А теперь езжай домой. Такси ждет у ворот больницы — сухо ответил он.

— Что? Ты следишь за мной? — неверяще выдохнула я, осматриваясь.

— Только когда в этом есть необходимость. А теперь иди к машине. Поговорим завтра — он так спокойно об этом сказал, будто не видел ничего в этом плохого.

Я поднялась со скамейки и пошла к выходу, пытаясь увидеть того, кто за мной следит. Ну не будет же он сам этого делать?! Хотя, кто его знает. Я, например, о нем