Санта, подари мне маму - Элис Карма

чуть лучше, чем Артём. Хотя, как и в его случае, чувствуется отсутствие постоянной практики. Во все спорные моменты на помощь приходит Инга. Они с Лиззи первое время держатся рядом. От такого количества орущих и бегающих туда-обратно людей Лиззи пугается и на какое-то время притихает, прильнув к подолу пальто Инги. На попытки членов съёмочной команды познакомиться отвечает тем, что прячет лицо. Инга, будто мать-гусыня прикрывает её, в то же время, пытаясь, выполнять свои прямые обязанности. Благодаря ей мне удаётся без проблем взаимодействовать с остальными на площадке, от ассистентов до каскадёров и дублёров. Кто-то из них тоже пытается говорить по-английски, но поняв, что можно положиться на переводчика, выдыхает с облегчением.

Сам съёмочный процесс мало чем отличается от съёмок, к примеру в Европе. Удивляет только, что тут в Петербурге можно вот так арендовать часть улицы или площади прямо посреди бела дня, поставить павильоны для аппаратуры и трейлеры для актёров. Нам удаётся быстро отснять мои персональные и наши совместные сцены с Ольгой. Мне безумно нравится этот вайб запретных отношений в сюжете, когда между личным счастьем и долгом, нашим героям приходится выбирать долг, потому что того требует их призвание. Благодаря тому, что мы с Ольгой хорошо понимаем и чувствуем друг друга, я даже могу отправить Ингу и Лиззи на какое-то время в трейлер греться и пить кофе. Я вижу насколько Инга взволнована, даже можно сказать напугана.

После этих сцен начинается экшен: сцена с погоней, в которой я участвую только на крупном плане, а также сцена с дракой. Тем не менее я остаюсь рядом с режиссёром, чтобы следить за процессом и быть в контексте происходящего. Отправляю ассистентку за Ингой в трейлер.

Во время одного из диалогов я замечаю, что что-то происходит. Даже Артём обращает на это внимание и оборачивается назад.

— Лиза! Лиза... — кричит незнакомый женский голос. А после я слышу разрезающий округу детский рёв. Я ещё не вижу, что произошло, но уже знаю, что плачет Лиззи. Меня бросает в дрожь. Я прошу прощения у съёмочной группы и режиссёра и бегу в сторону трейлеров. Вижу Лиззи в объятиях Инги. Дочь плачет болезненно, сжимая ладошки в кулачки. Вокруг носится какая-то девушка с аптечкой. Я смотрю на комбинезон Лиззи и понимаю, что она упала. Скорее всего споткнулась о какой-то кабель. Подбегаю к ней, распихиваю всех и обнимаю. Лиззи при виде меня начинает плакать ещё громче.

— Что такое, моя милая? — я прижимаю её к себе и покачиваю слегка. — Кто тебя обидел? Где болит?

Лиззи сначала просто воет, но после третьего или четвёртого моего однообразного вопроса она наконец показывает мне свои грязные ушибленные ладони. Я вижу небольшую ссадину на одной руке. И вроде бы понимаю, что это ничего, и дома она и не такие царапины получает, когда играет на улице. Но в моменте я прихожу в бешенство. Оборачиваюсь на стоящую позади с виноватым видом Ингу.

— Как это могло случиться? Я ведь просил вас присматривать за ней! Как можно было не справиться с такой элементарной задачей?! — кричу я. Переводчица бледнеет ещё больше, на глазах появляются слёзы.

— Мне очень жаль, — отвечает она и опускает взгляд.

Она выглядит такой несчастной и подавленной в этот момент, что мне самому становится стыдно. Ведь если подумать, срываясь на Инге, я злюсь вовсе не на неё, а на самого себя. Ведь это я протянул до последнего и не смог решить проблему с няней. Переложил ответственность за своего ребёнка на чужого человека и сделал вид, что всё так и должно быть. Хотя, если задуматься, то с какой вообще стати она должна была присматривать за моей дочерью? Она мой переводчик, а не личная обслуга. Но понимаю я всё уже после того, как грубые слова были сказаны. Лиззи, наблюдая за диалогом, успокаивается и перестаёт плакать. Возникает короткая неловкая пауза, которую прерывают подоспевший парамедик и Ольга.

— Я позвала доктора, — говорит актриса услужливо.

— Спасибо, — киваю я, всё ещё глядя на Ингу. Не знаю, как теперь вести себя с ней.

Парамедик, дежурящий на площадке, видимо, для оказания помощи каскадёрам, разочарованно глядит на ладошки Лиззи. Потом вздыхает и смывает грязь, обрабатывает антисептиком и клеит пластыри. Что-то говорит по-русски, обращаясь к Ольге, та кивает.

— Он рекомендует сделать... инъекцию, — произносит она неуверенно. Пытается подобрать более подходящее слово, чтобы я понял.

— Доктор имеет в виду прививку от столбняка, если вы не делали раньше, — дрожащим голосом поясняет Инга.

Ольга бросает на неё сердитый взгляд, и та умолкает. Я осознаю, что не помню, какие именно прививки мы ставили Лиззи. Их было много и в разное время, как рекомендовал наш педиатр, но для того, чтобы узнать конкретно, мне нужно позвонить ему.

Остаётся одна сцена и Ольга вызывается посидеть с Лизой, пока мы с Ингой будем на площадке. Я просто принимаю её предложение, осознавая, что чем раньше я закончу, тем раньше смогу вернуться в отель и выяснить всю необходимую информацию о прививках. Общение с Ингой при этом становится крайне напряженным. Её голос становится холодным металлическим, будто искусственно воссозданный нейросетью. Должно быть такова её защитная реакция. Я знаю, что нужно что-то сделать, чтобы поставить точку в это инциденте, но упрямо отказываюсь что-либо предпринимать.

Глава 9. «Звезда мирового уровня»

Инга Я смотрю на Ричарда на съёмочной площадке и не могу отвести глаз. Я не знаю, что это за магия. Может, всё дело в гриме, а может, в атмосфере, но он кажется абсолютно нереальным, брутальным и очаровывающим. Ему невероятно идёт образ влюблённого шпиона. И когда я вижу его в кадре с актрисой Ольгой Макаровой, то чувствую напряжение между ними.

Ольга красива. В ней есть что-то восточное. И не только карие глаза с поволокой ресниц и длинные тёмно-каштановые волосы, у неё особый шарм. Даже будучи женщиной, я ощущаю это. Могу представить, какое впечатление она производит на мужчин. Прежде я не обращала внимания на неё, как на актрису. Я в целом мало интересуюсь отечественной киноиндустрией, особенно современной. Из сплетен в медиа я бегло слышала, что она является дочерью одного из богатейших бизнесменов России, владельца холдингов и нефтяных вышек. Но даже если это правда, то Ольга — это отличный пример того, как использовать имеющиеся ресурсы эффективно. У неё за плечами явно не одни курсы актёрского