Я не знаю тебя! - Василиса Васильева

доволен. Мужчина всю встречу на меня очень странно смотрел. Взгляд серо-голубых глаз прожигал насквозь, как рентген. И разговаривал он со мной очень высокомерно, интонации были такие знакомые, но я никак не мог вспомнить, где мог слышать их ранее.

Инвестор хотел знать всё о моей личной жизни, хотя… скорее всего, ему уже нарыли всю подноготную и предоставили отчёт

— Ну что я Вам хочу сказать? — вывел меня из задумчивости мужчина. — В принципе, Ваше предложение меня устраивает, но я хочу познакомиться с Вашей семьёй, это возможно?

Мужчина лет пятидесяти с редкой сединой в волосах, сером костюме от Армани смотрел на меня и ждал ответа. Я понимал, что, скажи, что у меня нет семьи, он не подпишет со мной контракт.

— Конечно, Андрей Иванович, только у меня дочь болеет…

— Вот и славно! — хлопнул он меня по плечу и улыбнулся. — Как поправится, я с женой жду Вашего приглашения, надеюсь, Вы не откажете старику? — посмотрел в упор на меня мужчина, и прищур его глаз показался отчего-то знакомым. Я отогнал наваждение и пожал протянутую руку. — Скорейшего выздоровления малышке и моё почтение Вашей жене, — ухмыльнулся он и вышел, оставив меня в растрёпанных чувствах.

Маргарита

Зачем я предложила Витале свою помощь?! Сработала привычка после боя всем своим помогать.

Виталий Олегович ушел, не попрощавшись, хотя он уже прощался с утра.

Зазвонил телефон, и на дисплее высветился незнакомый номер.

Немного подумав, нажала на зелёную кнопочку.

— Слушаю! — ответила я.

— Здравствуй! — проговорил знакомый голос.

— Как ты меня нашёл? — устало спросила я. — Впрочем, что я спрашиваю, ты в своём репертуаре…

— Не надо разговаривать так со мной! — строго проговорили в трубку.

— А как я должна с тобой разговаривать? Достал, честное слово!

Сбросила вызов и закрыла лицо руками. Только не реветь!

С Камиллой в течение дня строго выполняли все рекомендации, и даже пришедший врач отметил, что девочка идёт на поправку.

Виталий Олегович вернулся домой после одиннадцати вечера, я слышала, как он ходил, как ронял что-то и даже матерился!

— Виталий Олегович зол? — смотря на меня своими глазами цвета горького шоколада, спросила Ками.

— Почему ты так думаешь?

— Он ругается! — шёпотом сказала малышка.

— Милаш! — так же шёпотом стала отвечать я. — Можно, я буду называть тебя Милаша? — девочка кивнула, и несколько слезинок скатилось по её щеке. — Ну что ты? Папа тебя любит, но у взрослых бывают такие переживания, которые они не держат в себе и говорят иногда такие нехорошие слова.

— Так он не про меня? — как запуганный зверёк, спросила девчушка.

— Нет, конечно! Ты что такое удумала? — прижала я малышку к себе.

— Просто когда Рождер ругался… — она посмотрела на меня затравленно. — Меня мама прятала и говорила, если высунусь, то убьёт! — всхлипывала Камилла.

— Тебя били? — вскрикнула я.

— Нет! — быстро выпалила она.

— Я не буду тебя расспрашивать, сама расскажешь, когда захочешь.

Малышка только кивнула и вытерла слёзы.

— Хочешь торт? — внезапно спросила я.

— Торт? — удивилась она.

— Ага, — подмигнула я девочке. — Медовый! Меня мама учила, называется как виноград — дамские пальчики! Давай наперегонки, я сегодня в холодильнике видела все нужные ингредиенты.

Малышка только кивнула и начала подпрыгивать на месте.

— Торт! Хочу торт! — кричала она.

— Тогда ш-ш-шш-шшш-! — приложила я палец к губам. — Как спецназ — тихо крадёмся на кухню, — подмигнула я ребёнку и, обернув простынь поверх футболки, двинулась в сторону кухни.

Глава 5

Крались в сторону кухни по стеночке. Мила тихонько хихикала, было видно, что ребёнку нравится наше приключение. Заглянула в приоткрытую дверь спальни и увидела раздевающегося босса, которой был очень зол. Но нам он не испортит настроение!

Обернувшись к ребёнку, приложила указательный палец к губам, предлагая притаиться. Девочка широко улыбнулась и прикрыла рот ладошками.

Повернулась спиной к двери и махнула рукой, показывая направление. Малышка не заставила себя ждать и очень быстро, почти бесшумно, вприпрыжку побежала в царство еды, а я последовала за ней.

— С чего начнём? — стараясь забраться на стул, спросила Камилла.

— Э, не! Так дело не пойдёт! — снимая её с табурета, сказала я. — Ты мне активно помогаешь, и тогда у нас будет самый вкусный торт в мире! Согласна?

— Ещё как! — захлопала она в ладоши. — Что мне делать?

— Сейчас всё расскажу, — потрепала я по макушке ребёнка. — Значит, так! Для начала нам нужно сделать паровую баню. Бери вон в том шкафу две кастрюльки, только нужно такие, чтобы они по размеру входили одна в другую, — смеясь, пояснила я уже копошащейся в шкафчике малышке.

— Вот так? — прикусив немного кончик языка, показала мне свою находку Ками.

— Ты здорово справляешься! — похвалила я её. — А теперь давай их мне и набери в стакан воды, нужно вылить в большую кастрюлю.

Мила старательно выполняла все мои указания, отмеряла ингредиенты и внимательно слушала. Бегала по кухне и практически не мешала.

— Ой! — вздохнула я, когда уже мука была насыпана на стол, и тесто остывало для дальнейших манипуляций. — А скалки-то у нас нет, — озадаченно проговорила я.

— Что такое скалка? — почесала малышка носик, на котором тут же остался мучной отпечаток пальца, которым девочка выводила узоры на столе.

— Вот, — порывшись в интернете, я показал картинку.

— Может быть, это подойдёт? — спрыгнув со стула, Милаша подошла к шкафчику и вытащила бутылку вина.

— Точно! Как я сама не догадалась? Ты такая молодец!

Она опустила взгляд и смущённо произнесла:

— Я у Вас учусь.

— Так! Давай мы сдерем с неё этикетку, — крутя в руках найденное орудие труда, сказала я.

Подошла к раковине и открыла горячую воду, чтобы удобнее было уже намоченную этикетку снимать. К моему удивлению, она отошла быстро, и я положила кусок бумаги на раковину, решив, что позже приклею обратно. А вот название я не посмотрела, и это было зря, но в тот момент я не заострила внимание на такой мелочи.

— Давай делить тесто на части! — вывалив на стол уже порядком остывшую субстанцию, стала вспоминать, на какое количество мы раньше делили.

— Давай! — улыбалась малышка, устроившись на стуле напротив меня. — Вначале напополам и так далее? Правильно я поняла? — смотрела она на меня своими горящими глазками.

— Да, моя хорошая! — улыбнулась в ответ. — Именно так и надо.

Разделив тесто на восемь частей, принялись его раскатывать и одновременно включили духовку, чтобы быстро всё испечь, время-то не детское…

Поставив один корж в духовку, подошла к малышке и хотела вытереть ей нос и щёки, но девочка сориентировалась быстрее меня и мазнула ладошкой по моей руке, оставив на ней мучной след.