Мы сгорим вместе. Сводные. - Маргарита Аланина

Перевод её слов на человеческий – мне нужен человек похлеще Демьяна. И не такой как Клим. Его явно разозлило мое поведение в тот день и он всю неделю отпускал скабрезные шуточки в мой адрес при встречах.

- И где будем искать? Ночью с фонариками и лопатами как в мультике?

- В ночном клубе, - лицо подруги пугающе озаряется. – Давай сегодня махнем на пару часиков, я деньги, отложенные на день рождения, вскрою. Посидим немного, может, повезет. Как раз мама придет с суток, отсыпаться будет, я Гошку уложу часам к десяти.

Таня не шутит, а я задумываюсь.

Хотела бы я иметь парня? Наверное, да. Только не с целью защиты, а просто ради веселья, трепетных проявлений заботы и нежности. Парни, клубы и всё к ним прилагающееся прошли мимо меня. Не было повода, желания, компании и смысла…

Сейчас можно попробовать.

Расплачиваемся и медленно бредем по направлению к дому подруги. Подставляю лицо ласковым лучам солнца и ощущаю себя счастливой.

Первые осенние дни особенные. Уже не лето, ещё не осень. Прохладные дуновения ветра играют с подолом юбки, солнце слепит и немного обжигает, вокруг смех, разговоры, мимо пролетают мыльные пузыри, которые выдувает девочка возраста Гоши.

Хочу чтобы так было всегда.

Через час Гоша получил вожделенный телефон, а мы с Холодком перетряхиваем её гардероб. Таня выбирает для клуба шорты и топ на бретельках с откровенным вырезом. Я выбираю шорты, в которых завтра пойду на пары, и черную футболку с белой надписью «#ничетакая» на груди. Заправляю её с одного края за пояс шорт.

- Что за мрак? – подруга выхватывает футболку. – Держи, - протягивает мне свой изумрудного цвета топ на широких лямках.

Примерив его, я в ужасе смотрюсь в зеркало. У меня грудь размера на полтора больше, чем у Холодовой, поэтому топ сидит в облипку. Как вторая кожа. И полоска живота ниже пупка оголена. Прикрываю её пудрового цвета пиджаком с одной пуговицей, в котором собираюсь пойти завтра на учебу. Выгляжу приличней.

- Ты сведешь всех с ума, - хлопает в ладоши Таня.

- Надеюсь, - смеюсь и собираю волосы в высокий пучок.

Таня протягивает мне телефон и идет на зов Гоши, помочь пройти уровень.

- Дочь, ты где?

- У Тани.

- Ты сообщение не читала? Я тебе ещё в обед писал. У нас через час ужин в ресторане.

Чувствую укол вины, я часов с десяти телефон в руки не брала.

- Мы с Таней прогуляться собираемся, можно я пропущу?

- Нет. Вика хочет попробовать навести мосты и у нас для вас есть новость, - в голосе папы не слышно радости. Только усталость.

Понуро опускаю голову, вполуха слушая переговоры мачехи и отца.

- Адрес я знаю, за тобой Демьян приедет через полчаса. Жди на улице. Будь готова.

Отключился.

Смотрю на бардак в комнате. Пять минут назад веселье бурлило, а сейчас кроме серости ничего нет. Дёме можно игнорировать семейные ужины, а я должна бросать всё и мчаться. Ещё ехать вместе с Покровским. Снова ведь высадит меня по пути и вставит глумливый комментарий.

Договариваемся с Таней списаться спустя час после моего отъезда.

Не переодеваюсь, решаю вырваться из ресторана сразу после новости и всё равно пойти в клуб. Надеюсь, с новостью тянуть не будут…

О самой новости стараюсь не думать. Папина интонация не сулила радости. Как бы я не старалась, страх въедается под кожу. А что если папа болен или что-то с Викой?

Хоть бы нет! Пожалуйста!

Не хочу снова жить на пороховой бочке.

Довершаю образ макияжем. Подчеркиваю свои голубые глаза насыщенными стрелками и густым слоем туши. На губы наношу персиковый блеск, который купила вчера.

Мне нравится как я выгляжу. Стильная, открытая и веселая. Восемнадцати не дашь, минимум двадцать.

Через двадцать пять минут после звонка папы подхватываю сумочку и спускаюсь вниз. Машина Покровского подъезжает к девятиэтажке минута в минуту. Коротко киваю и занимаю место рядом с водителем. В салоне витает густое облако парфюма сына Вики и барбарисок с цветами. Это запах Лики.

Бровь Покровского взмывает вверх при виде меня. А вот об этом я не подумала…

Хотя он сам выглядит будто ему всё по барабану. Выказывает пренебрежение к ужину джинсами с дырками и майкой с эмблемой какой-то спортивной команды? Ответ однозначно положительный. Братец вообще всем своим видом демонстрирует, что на его плечах лежит тяжесть половины мировых проблем.

Нервная дрожь зарождается в теле помимо воли.

-Пристегнись, мне не нужен отпечаток твоей моськи на приборке, - рявкает и приводит машину в движение.

А сам-то не пристёгнут. В разъеме стоит заглушка. Мне же лучше. В случае чего это моська сына Вики встретится с рулем.

На моих губах мелькает усмешка, когда пристегиваюсь. Сжимаю ручки сумки посильнее и устремляю взгляд в боковое стекло. Иногда только на долю секунды поворачиваюсь к Покровскому. Его профиль идеален. Потрясающие скулы, прямой нос и ровный четкий контур губ. Нижняя губа пухлее верхней. Пропорционально и…чертовски маняще.

Ток прошивает позвоночник и сразу же возникает неприятное жжение в голове. Почему он настолько притягателен внешне и безмерно безобразен внутри? Почему у меня возникают подобные мысли?

Гнетущее молчание длится вплоть до заезда на заправку.

- Сиди, - повелевает Покровский и громко хлопает дверью.

Снова обращается как с собакой…

Трясу головой, прогоняя накатывающие слезы.

Хочу обратно в иллюзорную безмятежность под крышей дома подруги. Не хочу сидеть и впитывать запах человека, который меня ненавидит, судя по всему.

Спустя пять минут колонка не загудела, Покровский не вернулся в машину. Присматриваюсь к происходящему внутри небольшого помещения, где располагаются кассы. Этот вундеркинд собрал там очередь. Божечки, а без митингов в его честь никак?

Выхожу из машины, прихватив ключи, и решительно направляюсь внутрь.

Перед тем как потянуть на себя стеклянную дверь нервно выдыхаю. Захожу и пробегаюсь взглядом по обстановке.

На стойке стоит табличка «безналичный расчет временно не работает. Приносим свои извинения». Так вот в честь чего собрание.

- Мужик, я тебе бабки на карту,