Невыносимый опекун - Бекки Чейз

Район вопреки ожиданиям оказался приличным, как и студия со стильной мебелью.

— Привет, я Кейша, — пухленькая афроамериканка с дредами встретила меня у двери.

— Ло, — я ответно изобразила радость, решив, что проще отзываться на часть настоящего имени, чем выдумывать какую-нибудь «Клеопатру».

— Ты без опыта? — уточнила Кейша, делая какие-то пометки в планшете, и жестом предложила присесть.

— Никогда не работала, — призналась я, плюхаясь в ближайшее кресло. — Но наслышана.

— Новеньким мы предлагаем два варианта. Первый — общаться с потенциальным клиентом бесплатно и приглашать в приват, за который он будет платить поминутно. И второй — показывать шоу для большего охвата с чаевыми ото всех желающих. При желании можно сочетать. Студия забирает пятьдесят процентов, остальное твое.

— Мне подойдет, — закивала я, мысленно подсчитывая количество дней, в течение которых удастся заработать нужную тысячу.

— Извращенцев и халявщиков можно блокировать сразу. Как привлекать клиентов, решаешь сама. Хочешь — танцуй стриптиз, убирайся без одежды, занимайся спортом или ласкай себя, — Кейша повела плечом, перечисляя варианты. — Запрещено лишь показывать кровь, даже искусственную, и применять вместо секс-игрушек посторонние предметы.

— Я хочу быть в маске.

— Без проблем, подберем что-нибудь, — ее широкую улыбку можно было печатать на буклете стоматологического центра. — Когда начнешь?

— Да хоть сейчас.

— Отлично, у нас как раз есть свободная комната. Можешь работать в ней, как только решим вопрос с документами.

Оказавшись в нежно-зеленом будуаре, я взбила волосы и примерила маску с вуалью. Она почти целиком скрывала лицо, сводя на нет риск скандала с прессой.

Расстегнув блузку, я приняла вызывающую позу и взглянула на свое отражение в зеркале. Стройная, пластичная, и без комплексов. Как раз то, что нужно для вебкама.

— Утрись, дядя Блейк, — усмехнулась я.

И, сделав селфи, отправила его на знакомый номер с сообщением:

«Тысяча в месяц? Ха! А как тебе тысяча за ночь?»

За одну трансляцию столько не получить, но я не могла не поддеть Блейка. Ответ прилетел мгновенно.

«Ты что творишь?»

«Работаю, как ты и хотел».

Хихикнув, я отключила звук и отложила смартфон. Пусть видит, что я не читаю, и бесится.

Сорок минут в сети заметно развеяли мой энтузиазм, но я упрямо держалась, продолжая надеяться на щедрые чаевые. Пока никто не согласился на приват, и мне оставалось лишь томно смотреть в камеру и по-кошачьи изгибать спину.

Я ждала, а чат заполнялся сообщениями от извращенцев:

«Покажи сиськи».

«Сними трусики».

«Вставь себе палец в задницу».

Игнорируя самых наглых, я отчаянно заигрывала с перспективными клиентами, и к концу второго часа разжилась первыми заработанными четырьмя баксами.

Вот зараза! Даже в самом паршивом «Тако Белл»[4] платили больше. Если продолжать в том же темпе, нужную сумму не заработать и к Рождеству!

В досаде прервав трансляцию, я потянулась за сигаретами.

— Как дела? — в комнату заглянула Кейша.

— В целом нормально, — вздохнула я. — Жаль, денег маловато.

Следом за ней в дверь протиснулся худощавый парень, косивший под Снуп Догга — широкая золотая цепь на шее смахивала на веревку, а от пестрого принта на футболке рябило в глазах. Меня напряг его взгляд — оценивающе-сальный — но он вел себя безобидно и даже изобразил сочувствие:

— Так бывает, когда начинаешь. Зато с постоянными клиентами заработок стабильный.

— Понимаю, — через силу улыбнулась я. — Просто обидно потратить весь день на озабоченных и ничего с этого не иметь.

— Если хочешь больше денег, есть вариант, — он многозначительно поиграл бровями и снова уставился мне в вырез бюстгальтера.

Я не стала прикрываться, чтобы не прослыть ханжой — мои соски и без того сегодня лицезрели сотни извращенцев.

— И какой же?

Я ожидала услышать слово «эскорт» и мысленно посмеяться над предложением, но прозвучало иное.

— Мы с парнями снимаем фильм, — «Снуп Догг» кивнул в сторону соседней комнаты. — И нам не хватает девушек для массовки.

— Порно? — нервно усмехнулась я.

Прекрасно, вашу мать! А я еще наивно полагала, что ниже пасть невозможно.

— В главных ролях задействованы профессионалы. От тебя потребуется всего лишь помаячить на заднем плане.

— Спасибо, конечно, но я пас, — я потянулась за блузкой.

Вебкам мне не по зубам. Следовало принять факт как данность и возвращаться на Манхэттен — к новым издевкам Блейка.

— Как знаешь, но если что — деньги сразу. И маску можно не снимать.

Последний аргумент оказался решающим. После всего, на что я сегодня пошла, терять было нечего. Публичный позор мне не грозил, а раз никто не узнает, почему бы не рискнуть, если за это заплатят.

За стенкой на специальном подиуме стояла профессиональная камера. На диване напротив с комфортом устроилась пышная блондинка в кружевном белье, а рядом возвышались трое голых амбалов. От размера их членов у меня тревожно засосало под ложечкой — такими пожарными гидрантами можно было убить!

— Мик, ты справа. Чед, ты первый с Лаки, — командовал «Снуп Догг», расставляя всех по местам. — А ты, — он повернулся ко мне. — Присаживайся на подлокотник. Для вида к тебе подойдет Зейн.

— Нет! — отшатнулась я.

И чем я только думала, когда соглашалась? Они же… пустят меня по кругу, не моргнув!

— Брось ломаться, — хмыкнул кто-то из парней. — Просто сымитируем.

— Даже имитировать не буду! — в панике я продолжала пятиться назад.

— Тебя никто не заставляет, — «Снуп Догг» примирительно развел руками.

Амбалы продолжали хохотать и скалить зубы, а блондинка театрально закатила глаза.

— Отпустите меня! — от страха я почти визжала.

Никто не делал попытки приблизиться, но меня колотило в ознобе. Зачем я вообще сюда сунулась?

— Я спрашиваю: где она? — рявкнул из коридора знакомый голос.

В панике сердце ухнуло вниз. Нет! Только не он!

Через мгновение хлипкая дверь с грохотом распахнулась — Блейк высадил ее с одного удара. Следом на пороге возник его охранник с пистолетом в руках.

— Пожалуйста, не стреляйте! — верещала Кейша.

Опешившие амбалы во главе со «Снуп Доггом» с распахнутыми ртами следили, как Блейк медленно подходит ко мне.

Под его прожигающим взглядом я рефлекторно прикрылась ладонями.

— Это… не