Художник - Елена Викторовна Батуева

Помимо того, что Саид хорошо знал музыку и поэзию, он был еще и знатоком восточной кухни и успел научить Лелю готовить многие блюда – нежную долму из виноградных листьев, густой хаш из баранины, пряное ласси с медом.

Приготовление ужина стало для нее особым ритуалом, она посвящала этому все время, пока Саида не было дома, и уже привыкла не скучать без него. После вкусного ужина он становился опять прежним – ласковым, влюбленным Саидом, и в его страстных объятиях Леля до утра забывала обо всех грустных мыслях.

Но однажды вечером он пришел необыкновенно возбужденный, одетый в какую-то странную камуфляжную одежду, с большим рюкзаком за плечами. Леля недоуменно посмотрела на него, пытаясь понять, для чего он так нелепо нарядился.

Саид отказался от ужина, посадил Лелю к себе на колени, обнял ее и сказал:

– Малышка, я должен тебя покинуть!

– Почему? – с болью в голосе спросила Леля, – что произошло?

– Ты живешь своей маленькой жизнью, не зная, что в мире происходят страшные вещи, – серьезно заговорил Саид, – нашей стране угрожает опасность со стороны исламистов, и каждый, кто считает себя настоящим мужчиной, должен взять в руки оружие и встать на защиту наших границ! – пафосно сказал Саид, – Я записался добровольцем и уезжаю воевать в далекую страну, захваченную террористами, чтобы освободить ее народ и обезопасить наши границы от дерзкого нападения религиозных фанатиков. Ты должна меня понять и простить!

Леля слушала его как во сне. Хлесткие слова Саида, его непривычно жесткий тон не укладывались в ее голове. Казалось, мозг окутала какая-то ватная прослойка, об которую, как об толстую стену, разбивались все его аргументы и доводы. Леля смотрела на него непонимающим взглядом.

– Ты уезжаешь? На войну? А я? Как же я? Что я теперь буду делать?

– Ты останешься здесь, тебя никто не выгонит, ты поступишь в институт, как мы с тобой планировали, будешь учиться и ждать меня, – Саид четко разложил по полочкам будущее Лели.

– Ты клялся мне в вечной любви, называл меня своей жизнью, а теперь так бессовестно оставляешь одну! – хлестко бросила Леля.

– Да я люблю тебя и сейчас, но пойми, в жизни мужчины есть вещи гораздо более важные, чем любовь: это долг перед Отечеством, это обязанность защитить свою страну, свой народ, тебя, наконец, от внешнего врага! И я, как настоящий мужчина, должен исполнить этот долг!

Леля ничего не поняла из его слов ни об опасности, угрожающей ей и стране, ни о каком-то мифическом долге перед Отечеством. Ее волновала сейчас только ее дальнейшая судьба.

– Но как я буду здесь жить одна? И когда ты вернешься, как долго мне придется ждать?

– Я и сам не знаю, малышка, – вздохнул Саид, – может, и никогда не вернусь: война есть война, гарантий на ней никто не дает. Прости меня.

Он осторожно снял с колен Лелю, поставил ее на пол, обнял и нежно поцеловал:

– Я всегда буду помнить о тебе, малышка, а ты всегда останешься принцессой, даже когда пройдет много-много лет, ты будешь взрослой тетей, твоя душа будет прежней.

Он изрек эту философскую фразу, надел на плечи свой рюкзак, положил на полочку ключи от комнаты и ушел, тихо закрыв за собой дверь.

Глава 6

Дети цветов.

Леля хотела бежать за Саидом, попытаться его остановить, но потом поняла, что вряд ли она сможет что-то изменить – слишком твердым и однозначным было его решение. Она рухнула на постель и долго рыдала, лишь под утро забылась в легком сне.

Проснувшись и вспомнив все, что произошло накануне, Леля хотела было снова зарыдать, но потом решила, что это ничего не решит, и проглотила свои слезы.

Вместо того чтобы снова заплакать, Леля пошла на кухню, сделала себе чашку крепкого чая и стала думать, что ей теперь делать. Ждать Саида было бессмысленно – ведь он намекнул, что вернется нескоро, а может и вовсе не вернется. Оставаться в комнате, где каждая вещь напоминала присутствие ее исчезнувшего возлюбленного, было выше ее сил. Леля решила вернуться обратно в свой Город и продолжить поиски Художника.

Она помыла чашку, оглядела комнату. Взгляд ее упал на пачку купюр, торчащих из-под стопки книжек, которые они вместе с Саидом выбирали для подготовки к экзаменам в театральный институт. Все-таки он до конца остался джентльменом – по крайней мере, позаботился о том, как Леля будет существовать без него.

Леля подумала, что деньги ей пригодятся, чтобы добраться до Города, поэтому сунула купюры в карман, надела свои туфельки, бросила последний взгляд в зеркало. Слезы уже высохли, ее личико приобрело решительное выражение. Она улыбнулась сама себе, на минуту задержалась у двери, раздумывая, брать ли с собой ключ от комнаты, который оставил ей Саид. Потом решила, что сжигать мосты надо окончательно и бесповоротно, вышла из комнаты и захлопнула дверь. Пути к возвращению были отрезаны.

Леля решила отправиться на железнодорожный вокзал и вернуться домой тем же путем, каким она попала в Москву. Она купила в киоске карту Москвы, и, выбрав самый короткий маршрут, зашагала в сторону вокзала. Ехать в метро ей не хотелось, ведь именно там она познакомилась с Саидом, а воспоминания о нем ранили ее в самое сердце.

Леля шла по Москве, но теперь она уже не казалась ей такой загадочной и праздничной, как в день ее приезда. Это был город разочарований и разбитых надежд.

Новое разочарование ждало ее и на вокзале – на сегодняшний день все билеты в ее Город были проданы. Ближайший поезд, на который были свободные места, уходил только утром, и Леле предстояло провести остаток дня и ночь на вокзале.

Потолкавшись среди разношерстной вокзальной публики, Леля решила еще немного погулять по городу. Через некоторое время она вышла на красивый бульвар с большим памятником в центре, вокруг которого стояли скамейки. Внимание Лели привлекла группа молодых людей в странных одеждах: на всех были потрепанные дырявые джинсы, длинные свитера. Почти у всех на шее и на запястьях болтались разноцветные бусы. Молодые люди столпились вокруг длинноволосого парня, который сидел на парапете у памятника, играл на гитаре и пел. Леля подошла поближе, чтобы послушать его. До нее донеслись странные слова:

– Застопишь колхиду в городе Нарва

Не доезжая до Кохлан-Ярве

Смотри на карту, смотри на карту -

Ты едешь в Тарту

А-а-а-а