Моё сердце в тебе бьётся - Даша Коэн

А я от таких радостных перспектив даже дыхание затаила. Не может быть! Съедет! И школу поменяет…О, Господи, Боже, спасибо тебе, спасибо!

И я тут же от этой новости преобразилась. И подбородок чудным образом дрожать перестал. И жизнь вдруг засияла яркими красками только от мысли, что я Соболевского больше никогда-никогда не увижу. И то был бы рай на земле.

Рай!

Уже перед сном я лежала в своей постели и мечтательно смотрела в потолок, представляя, как изменится моя жизнь, когда из нее наконец-то исчезнет мерзопакостный сосед. И в школе у меня обязательно появятся друзья. Может быть не сразу, но появятся. Потому что лидер мнений уйдет, а с ним и надобность издеваться надо мной.

Я в это свято верила.

А потому, на следующий день я впервые шла в школу как на праздник. И плевать, что небо хмурится, а под ногами неприятно хлюпают лужи. Вот вообще по барабану! И даже тот факт, что пока я отмывала грязную обувь в корыте у школьного крыльца, у меня кто-то умудрился умыкнуть пакет со сменкой, не смог испортить мое приподнятое настроение. Ведь на такой случай у меня в портфеле всегда лежали запасные парусинки.

Да, да, такую плоскую шутку со мной проворачивали уже не в первый раз.

Разделась, переобулась, потом нашла в мусорке возле раздевалки тот самый пакет со своей сменкой и, улыбаясь, двинула в сторону библиотеки, куда собиралась сдать пару книг перед началом занятий и получить новые.

Но не дошла.

В закутке, за кадками с высокими растениями я вдруг услышала чей-то судорожный всхлип, а потом и долгое протяжное завывание. Ревела девушка, однозначно! И я тут же, не задумываясь, ринулась к ней на помощь. Зашла за небольшой выступ в стене, где стояла крохотная лавка и замерла.

Курочкина.

Вот те раз! Сидит, рыдает, по щекам расползлись уродливые потеки туши, а губы почти до крови искусаны.

- Алла? - сделала я шаг ближе, и девчонка тут же вскинула на меня покрасневшие, опухшие от слез глаза, - Случилось что? Я могу тебе помочь?

И замерла в ожидании ее ответа. Все обиды на эту самодовольную, наглую и заносчивую девчонку в моей голове померкли. Она плакала, а значит ее кто-то обидел. А если так, то нужно человеку помочь.

Только вот зря к ней со своими утешениями сунулась.

- Да, Доска, можешь. А ну пошла отсюда. Пошла!

И я тут же развернулась, уходя прочь и получая в спину жестокие выкрики.

- Гребаная дура! Помочь она решила. Себе помоги, убогая!

Дальше слушать я не стала, зажала уши ладонями и понеслась в библиотеку. А после точно так же неслась на первый урок, почти заплетаясь в собственных худеньких ножках.

А в классе уже творилось невообразимое. Все перешептывались и почему-то смотрели на меня.

Боже, да что опять-то?

Пришлось напрягаться и подслушивать, о чем толковали за моей спиной две самые завзятые сплетницы класса – Рита Буева и Марина Головченко.

- Он же с ней даже не встретился, прикинь!

- Да ты что? Нифига!

- Ага, просто смс-ку написал, мол, все, прошла любовь, завял помидор, - и девочка прыснула сама же от своей шутки.

- Капец, кинул саму Курочкину! Как думаешь, из-за чего?

- Да вот кто его знает. Но кто-то говорит, что это из-за вчерашнего видео, что Алка слила в чат. Но пока информация не проверенная. Курочка молчит, а от Соболя никогда ничего не узнаешь.

- Это да, проще утопленника разговорить. Но насчет видоса я сомневаюсь. Реально смешно получилось.

- Тише ты, вдруг уши греет, - шикнула Рита.

- Да куда ей что понять. Убогая Килька.

- Эх, жаль…А такая сильная любовь была…

- Ага…

- Зато можно занять освободившееся место!

- Встань в очередь!

Вот это новости с полей. Соболевский бросил Курочкину!

Только вот почему – непонятно…