Предназначенная - Полина Чупахина

— Позвольте помочь, арем, — Геран стуком в дверь не утрудился. Или я не слышала просто? Задумалась, пытаясь представить, понравилось бы Лёшке это платье? Он предпочитал, чтобы я не носила вызывающих вещей.

— Нет, — рыжий демон пугал и смущал. К присутствию рядом высоких, поджарых, мускулистых мужчин я не стремилась. — А вы можете надевать рубашку, когда заходите? — я не могла настаивать на его полном одевании, но в моей комнате же я хозяйка? Или нет?

— Как прикажете, — скрежетнул зубами демон, а я невольно отступила. Зачем? Вот оторвёт мне голову и вся эта грызущая изнутри боль пройдёт наконец.

— Спасибо, ирнэ Геран, — я всё ещё не понимала какую помощь он предложил, пока не оказалась как кукла развёрнута спиной к опасному мужчине. За плечо когтистой рукой. И к боли душевной добавилась вспышка физической.

— Хозяин велел, — пояснил он сквозь стиснутые от злости зубы. Однако они с Марахби точно пара, вот рыжий и бесится, ревнует.

— Оторвать мне руку? — вырывалось помимо воли, когда пальцы этого наглеца погрузились в мои волосы, сплетая их в косу, закалывая шпильками.

— Накидку не забудьте, снаружи осень, — чёрный коготь ткнул в шерстяной плащ с капюшоном. — Чулки в коробке, ботинки в соседней, — и демон ушёл, будто его сюда звал кто. Я не дурочка, чтобы выходить на улицу босиком.

Внизу было тихо, Марахби сидел на диванчике, ожидая меня, а малышка Мейрив устроилась у ног отца, что-то тихо ему рассказывая. Он остановил дочь, шепнул ей на ухо слова, от которых на белом личике расцвела улыбка и поднялся, жестом приглашая за собой.

Шли по тихой улочке, молча, что меня полностью устраивало, не хотелось нотаций от врача.

— Присядь, Тайсэ, — мы как-то совершенно для меня незаметно добрались до реки, пересекавшей город. Возле лёгкого, ажурного моста, теснились деревья с широкими листьями и раскидистыми ветвями, в тени которых притаились резные лавочки. Я послушно села, не спеша начинать беседу. Зачем-то он меня сюда привёл, пусть сам объяснит.

Молчание затягивалось, Марахби продолжал стоять передо мной, вызывая некоторый дискомфорт. Захотелось заёрзать и спрятаться от пронзительного взгляда.

— Арлин Шо, зачем мы здесь? — я не хотела знать ответ, но кого это волнует.

— Скажи, ты хочешь умереть? Я исцелил тело, потратив много времени и сил, но чем дольше наблюдаю, тем больше склоняюсь к мысли, что стоило позволить твоей душе покинуть земную оболочку и раствориться в пустоте.

Из его уст моё желание выглядело ужасным, уродливым, отталкивающим. И я вздрогнула, понимая, что он прав. День за днём я балансировала на грани между равнодушием и отчаянным желанием оборвать собственные страдания. Так, словно Лёшка забрал часть меня. Но ведь неправда! Не может такого быть.

— Я не хочу чувствовать боль. Но мне больно, Марахби. Я просыпаюсь и засыпаю с памятью о потере, которая терзает сердце. И совсем нет желания открывать глаза, шевелиться, дышать.

— Что-то такое я и заподозрил. Бедный маленький человечек. Вы плохо переносите трагедии собственной жизни, но вот что я тебе скажу: нельзя быть наполовину живым. Возьми этот порошок и прими окончательное решение. Я не стану убеждать тебя поступить так, как хочется мне, не буду спекулировать твоей уязвимостью.

В мою ладонь опустилась резная коробочка из камня, не больше спичечной. Вот так, Тайка, получи яд от того, кого посчитала другом. С другой стороны, разве дать мне возможность закончить собственные терзания не милосердно с его стороны?

— Спасибо, Марахби. Это будет больно? — идея самоубийства не казалась мне ужасной.

— Нет, ты уснёшь и будешь видеть сны. Пока душа не покинет пределов физической оболочки. Я оставлю тебя здесь. До дома полчаса, любой подскажет мой адрес, если ты пожелаешь вернуться.

Он постоял ещё, внимательно заглядывая в глаза, но я только кивнула, устремляясь мыслями к покою вечному, облегчению, которое обязательно придёт. И даже не слышала, как ушёл полудемон.

Закатное солнце обагряло небо, ветер трепал края накидки, пытаясь пробраться к обнаженной коже. Широко и ровно шумела вода, накатывая на что-то под мостом, отчего время от времени слышался тяжёлый всплеск. В кронах деревьев надсадно кричали какие-то мелкие птички, что-то между собой не поделившие. А я смотрела на свою смерть, зажатую в ладонях и неожиданно не хотела уходить. Сомнение точило изнутри, что моё решение окажется правильным. Ведь по сути я уже умерла. Там, ночью, после столкновения с машиной, вылетевшей на пустынной дороге. Немногим позже Лёшки скончалась от переломов и обширных внутренних травм. Так сказал Марахби, уточнив, что в этом мире магия творит чудеса. Мне правда не интересно как оказалась обыкновенная землянка в королевстве Лоринтар? Да ещё и с даром, пускай неясного назначения и уровня. Мой муж мёртв и это больно. Его брат наверняка на свободе, молится о моей кончине. Раз не удалось добраться до единственного свидетеля своего омерзительного преступления. И элистер Горо говорил, что сильным магам подвластно пространство между мирами. Разве я имею право умирать? Пальцы сжались в кулак, острые уголки ядовитого дара Марахби впились в кожу, и эта боль отрезвила. Пусть умерла Таисия Черниговская, но арем Тайсэ продолжит жить, чтобы найти путь домой и отомстить убийце.

— Что, передумала умирать? — меньше всего я ждала увидеть здесь Герана. Мне его нездоровая ревность начинает казаться раздражающей.

— Ирнэ Геран, прогуливаетесь? — никогда раньше не чувствовала за собой столь лютой нелюбви к кому-то без веского основания.

— Решил помочь господину скрыть следы преступления.

Рыжий приземлился скамейку, и уставился нечеловеческими глазами мне в лицо. Постаралась не скрипеть зубами, но должно быть досада проступила, потому что демон прямо засиял от счастья. А потом я в полной мере осознала сказанное и не удержалась от нового вопроса:

— В каком смысле «следы преступления»? Разве Марахби сделал что-то противозаконное? — а сама сжала крепче коробочку с ядом.

— Разумеется, он отдал в руки необученного мага порошок из ядовитых желёз пустынного скалозуба. Между прочим, за подобное можно лишиться медицинской лицензии и загреметь на невольничий рынок, если нет достаточно могущественных покровителей. Желательно из инквизиторов. Не веришь? Женщины, вы всегда сомневаетесь в правде и доверчиво ведётесь на красивые сказки.

— А если предположить, что я сама себе обеспечила билет в один конец? — ну а что, могло же так быть, что попаданка сошла с ума и отравилась? Смех рыжего раба продемонстрировал всю несостоятельность моей идеи.

— Магичка без навыков, документов и денег? Инквизиторы потому