Ты уволен! - Ясмина Сапфир

И чтобы пользоваться силовыми щитами требовались невероятная сноровка и точность. Плазменные сгустки и лучи лазеров, попадая на периферию щита, не гасились, а проходили сквозь него беспрепятственно. Ошибся на сантиметр — получай выстрел.

Как Эльс вообще умудрялся определять — куда подставлять щит, я не понимала. Противники использовали новейшие технологии — пресловутое поле невидимости. Работали такие штуковины недолго, но в первые минуты боя практически полностью дезориентировали противника.

Обычно. Обычного противника. Среднестатистические солдаты, полицейские и прочие вояки на службе государства тщательно готовились к подобным фокусам. Но все равно чаще всего оказывались беспомощными как слепые котята. Только не вальтарх Эльс Хантро.

Вот теперь я оценила его.

Варвар не пропустил ни единого выстрела. И едва воздух вокруг него заколебался — действие генераторов невидимого поля заканчивалось — вытащил из ботинка самый простейший плазменный шокер и уложил сразу пятерых.

Убийцы «проявились» мгновенно, как фотоснимок на старой пленке, и я уже подумала, что нам повезло. Несколько допросов, парочка угроз… и мы хотя бы поймем — с кем имеем дело…

Но… Эльс исследовал горы мышц, закованные в гасящие выстрелы комбинезоны серого цвета и без опознавательных знаков — именно такие требовались для полного эффекта невидимости и отмахнулся с оттенком брезгливости. Три вальтарха и два менгена. Я вышла из каюты, потому что телохранитель не возражал, да и опасность вроде бы миновала.

Эльс посмотрел осуждающе и почти прорычал:

— Я не давал команды покинуть укрытие!

Схватил трех нападавших, закинул на плечи как мешки с картошкой и направился к выходу из звездолета. Тем же макаром вынес вальтарх и остальных. Вернулся, молча вошел в мою комнату, подтянул за руку, прислонил к стене и уперся ладонью над моей головой.

Двусмысленность позы меня не особо смущала. До какого-то момента я и не думала, что вообще-то вальтарх — мужчина и мужчина довольно-таки привлекательный.

Близость сильного тела варвара и недавние события, способные пощекотать нервы и более привычному к опасным расследованиям журналисту, взвинтили эмоции до предела.

Прежде я никогда подобного не испытывала. Даже близко, даже отчасти сравнимого.

Странно… Я прожила несколько человеческих жизней, и вроде бы достаточно повидала… Но все это выглядело жалким адреналиновым развлечением, вроде лифта-портала по сравнению с настоящим страхом погибнуть. Даже не думала, что это приведет в такой ужас, панику. Не представляла — каково это ходить по лезвию жизни, касаться мрачной бездны безвременной кончины и внезапно понимать, что еще могу выкарабкаться. Маятник эмоций почему-то не останавливался, а лишь сильнее раскачивался, хотя опасность уже миновала.

Меня бросало от дикого, животного ужаса перед неминуемым концом к невероятному, сравнимому лишь с полетом облегчению после того как вышла сухой из воды. Нервная система окончательно сошла с ума, желания рвали на части.

Я совершенно заплутала в собственных эмоциях по отношению к ситуации, расследованию и Эльсу Хантро, в первую очередь. Не могла определиться. Поблагодарить ли его, расплакаться, наорать или…

Хотелось коснуться упрямого подбородка телохранителя, провести рукой по гладко выбритой коже, подняться чуть выше, к жестко очерченном губам… Ощутить их вкус на своих, прочувствовать крепкие объятия…

Меня бросило в жар, омут странного притяжения между мной и вальтархом затягивал, почти лишал четкости мысли и самоконтроля. Новые чувства будоражили. Впервые я что-то испытывала к мужчине, которого едва знала, да что там — совсем не знала…

Кто он такой на самом-то деле? В какой семье родился и вырос на Ттории? Как стал телохранителем? Женат, помолвлен или один из тех, кто пользуется женщинами, подобно тому как ребенок срывает цветок за цветком и забывает о них через пять минут, азартно увлеченный новым занятием…

Эльс тоже не остался равнодушным к нашей близости и двусмысленной позе. Его грудь заходила мехами, благодаря близости наших лиц я видела, как расширились зрачки варвара. Эльс облизал чувственные губы, придвинулся почти вплотную и вдруг отступил, как уже делал прежде. Рывком, словно обжегся.

— Какого черта ты выскакиваешь, пока я не проверил — все ли в порядке? — возмутился вальтарх, правда, без прежнего запала.

— А ты мне никакой и не командир! Странно, что еще этого не понял! — бросила я в лицо варвара.

Телохранитель слегка подался вперед, мускулы вздулись, а расширенные зрачки засверкали.

С минуту вальтарх шумно дышал и молчал, ноздри его начали раздуваться, словно Эльс злился на собственную реакцию или продолжал гневаться на меня. Затем он скрестил руки на груди и заговорил тоном учителя, который отчитывает первоклашку:

— Послушай меня, Лина Лейси. Я охраняю тебя и пока наш путь не станет полностью безопасным, я решаю, когда прятаться и как это делать. Я назначаю время вылета и отлета с чужой планеты…

Он выдержал небольшую паузу, и я тотчас воспользовалась случаем:

— Нашей миссией командую я. Только я и никто больше. И не следует обращаться со мной как с глупым животным, которое не понимает, что обнюхивает человека со смертельным оружием в ладони. Лижет пальцы убийце перед роковым выстрелом.

— Браво! Ты и, правда, неплохой репортер. Сравнение хоть куда, — немного расслабился Эльс.

— Я не глупа и, если буду понимать, что происходит, нам станет гораздо легче сработаться, — выпалила я. Вальтарх усмехнулся, внезапно опять приблизился и чудилось — от его тела исходит жар, приятный такой, истинно-мужской. Только сейчас я вспомнила, что вообще-то, телохранитель полуголый, по крайней мере, до пояса. И уже вполне в обычном виде — без чешуи и шипов.

При этом все, что сохранилось от комбинезона космолетчика — брюки, которые висели на бедрах настолько провокационно низко, что я отметила дорожку черных волос от пупка вместо прежних чешуек. С пояса брюк свисали лоскуты ткани, оставшиеся от верха костюма. В таком виде Эльс еще больше смахивал на варвара. Смуглая кожа, крепкое тело — само по себе как доспех из мускулов — и эти тряпицы, похожие на куски набедренной повязки… Шрамы на лице и горящий фиалковый взгляд. Он смущал и завораживал одновременно.

С минуту Эльс медлил, изучал меня, будто силился проникнуть в мысли. Чуть дернул рукой, словно планировал какое-то действие, но не закончил — кисть опять повисла у бедра.

— Послушай, маленькая Лина Лейси. Я тренировался сотни лет. Я предугадываю даже движение противника, полностью скрытого полем невидимости. Уверен, ты не назовешь второго кто также умеет: всегда и без единой осечки. Так вот, я не могу за считанные часы передать тебе все навыки и умения. Придется слушаться. Засунуть свое эго подальше и молчать, когда я говорю, как действовать.