Развод. Она будет моей - Оксана Алексаева

— Зачем вы устроили этот спектакль?! — шепчу я возмущенно, так, чтобы никто рядом стоящий не услышал нас.

— Чтобы ни у кого не возникло подозрений, — прижимает еще крепче, тянется носом к моей шее, шумно втягивает воздух.

— Надеюсь, будучи наедине нам не нужно будет так изощряться? — шиплю я резко, глядя по сторонам и делая вид, что обнимаю Гордеева в ответ.

— Верно мыслишь, — словно послушного ребенка гладит по голове, заглядывая в глаза. Нет, не просто заглядывая, а пытаясь проникнуть в самые глубины моей души.

— Молодые люди! Вы следующие! — слышится позади грубый женский голос, отчего я машинально дергаюсь. — Проходите в зал.

И тут я понимаю…что назад дороги нет. Паника и волнение полностью охватывает меня. Может, все же не стоит выходить за него замуж?! Не в силах пошевелиться, так и застываю, смотря куда-то вдаль.

— Эй…ты идешь? — хмурит брови Гордеев, и взяв меня за руку, тащит к массивным дверям торжественного зала.

— Стойте… — выдавливаю я испуганно, и Макс останавливается, разворачивает меня к себе и нежно обнимает за плечи.

— Что случилось? Неужели передумала? — в глазах мелькает беспокойство.

— Нет…то есть…не знаю. Мне страшно, — честно признаюсь ему, опустив взгляд на подол своего воздушного платья. — Вдруг мы совершаем ошибку?

Ладонями обхватывает мои щеки, поднимая лицо выше, так, чтобы я смотрела ему в глаза. И этот водоворот синей бездны лишает меня способности здраво мыслить.

— Со мной тебе будет лучше, помни об этом. А также о том, что это временно, — успокаивающим тоном произносит. — Ты слишком серьезно к этому относишься. Поверь, наш брак будет официален только на бумаге и для твоего отца с Марком.

Судорожно киваю головой, показывая тем самым свое согласие.

— Успокоилась? — вкрадчиво спрашивает, не спуская с меня взгляда.

— Да, — сделав шумный вдох, отвечаю. — Можем идти.

Гордеев берет меня под руку, и мы, словно и в самом деле любящие друг друга жених и невеста направляемся на регистрацию брака. Да, фиктивного. Но тем не менее, этот шаг в скором будущем полностью изменит наши жизни.

Глава 5.1

Максим

— Лера?! — как гром среди ясного неба звучит разъяренный голос Озерова, пока мы с Лерой в городском парке заняты свадебной фотосессией. — Какого черта?! — покрасневший и вспотевший Павел Григорьевич добегает до нас практически вплотную. А рядом с ним плетется и Марк. Когда же я разворачиваюсь к ним лицом, и они видят в качестве жениха, точнее, уже законного мужа Валерии меня, то их лицо настолько перекосилось и резко побледнело, что я всерьез забеспокоился о том, как бы они оба не свалились в обморок.

— Папа…Марк…Что вы здесь делаете? — удивленно восклицает Лера, явно не ожидав увидеть никого из них прямо здесь и сейчас.

— Я когда увидел фото, сначала не поверил…думал, что кто-то тебя попросту перепутал… — равно выдыхает Озеров и хватается за сердце. Бедолага. Но ухищренную ухмылку мне все же сдержать не удается.

— Добрый день, Павел Григорьевич, Марк Николаевич. Можете нас поздравить. Теперь мы с Лерой — муж и жена, — нарочито восторженно произношу я, окидывая обоих своей довольной, сияющей улыбкой. Марк смотрит на меня таким взглядом, будто на месте прикончить готов.

— Что ты несешь, ублюдок?! Какие муж и жена?! У нее уже есть жених! И это Марк! Что вы здесь оба устроили?! — горланит отец Леры, напирая на меня агрессивно.

— Лера…Как ты могла? Я же любил тебя… Любил так сильно… — Марк пытается включить страдальца, но у него это плохо получается. Его голос больше похож на шипение, в то время как глаза кровью налились от злости.

— К сожалению, Марк, Лера никогда не любила тебя, — отвечаю с напускным сожалением в голосе. — Мы уже больше года как вместе. Тщательно скрывали свои отношения. Поняв, что вы, Павел Григорьевич, наверняка будете против — решили тайно пожениться, — рассказываю придуманную нами легенду о наших высоких чувствах и неземной любви.

— Да, папа, Марк, так и есть! — Лера, наконец отойдя от шока, включается в разговор. — Мы с Максимом любим друг друга. И теперь мы в законном браке. А вам с Марком придется принять этот факт, хотите вы этого или нет.

Лицо Марка кривится болезненно- измученной гримасой. Павел Григорьевич шумно втягивает воздух, кажется, он вот-вот взорвется от ярости.

— Это все блеф! Неправда! Такого быть не может… Чтоб моя дочь…моя послушная и примерная дочь вышла замуж за преступника?! — скрипит его голос, словно натянутая струна. Я же беру Леру за руку и прижимаю к себе, дабы показать наши сильные «чувства».

— Максим не преступник! — пытается оспорить его Лера.

— Ты пожалеешь о своем поспешном выборе, — шипит сквозь зубы Озеров, посылая нам укоризненные взгляды.

— Да, Лера, ты пожалеешь! — обиженно поддакивает Марк. — Ты даже не знаешь, что Гордеев за человек!

— Поверь, не хуже тебя, Марк Николаевич, — надменно произношу, прижимая Леру к себе еще крепче. Она будто хочется спрятаться от этих шакалов за мной, и я с радостью предоставляю эту возможность.

— Я люблю его, — устало положив голову на мое плечо, тихо произносит Лера.

— Тьфу! — резко выплевывает Озеров, кривя губами. Словно эти слова вызвали в нем настолько сильное омерзение, что его вот-вот стошнит. Лера дрожит, и я понимаю, что она переживает. В то время как я от этого представления получаю лишь кайф. Я обыграл двух неприятных мне людей, и их негатив словно подпитывает меня энергией. Все это время улыбка не сходит с моего лица. Ведь никто, даже они, не смогут омрачить самый «счастливый» день в моей жизни.

— Ты меня разочаровала, Лера. Настолько сильно, что теперь у меня нет дочери! Слышишь, у меня больше нет дочери! — взвывает Озеров разъяренно, отчего Лера вздрагивает. Нижняя губа трясется, в глазах такая боль и тоска собирается, и мне начинает казаться, что еще немного, и она вовсе расплачется. Нет, нет, только этого мне не хватало!

— Пойдем, милая…Пойдем отсюда, — ободряюще произношу, беру ее за руку и веду к машине, ощущая на затылке сверлящий взгляд своих недоброжелателей.

Глава 6

Лера

«У меня больше нет дочери!» — пульсируют в голове последние слова папы. Мне больно, скрывать не буду. Я вообще в принципе и не ожидала от него другой реакции. Но ощущение того, что теперь я осталась совсем одна вселяет в меня безнадежную грусть и печаль.

Пока не