Точно в сердце - Кэтрин Гарбера

– Тебе все же надо сделать перерыв. Может, денек прогуляешь, когда я вернусь? – предложил Джек. Нужно было, чтобы Уиллоу полностью посвятила себя ему хотя бы ненадолго. Лишь так он поймет, стоит ли она всех тех нервов, что он тратит.

– Зачем?

– Хочу, чтобы со мной ты решилась на то, чего никогда не делала. – Нужно чем-то ее удивить. А обаянием и дорогими подарками эту дамочку явно не подкупишь.

– А я вот не хочу.

– Жаль. Тогда будем считать это платой за звонок Дейдре.

– Ха, я с тобой уже расплатилась – горячим поцелуем, если не забыл.

– Эх, точно. Ладно. Подождем тогда до следующего свидания. И знаешь что? В следующий раз – никаких разговоров о работе! – заявил Джек.

– Что ж, раз ты так настаиваешь, – ответила Уиллоу и закусила нижнюю губу. – Слушай, мне правда пора, – неуверенно сказала она, но с места не сдвинулась, будто так же, как и он, не хотела, чтобы вечер этот заканчивался.

– Ты толком и кофе-то попить не успела, разбиралась с Дейдрой. Может, еще по чашечке? – предложил Джек.

– Нет, спасибо. А то спать плохо буду. – Она покачала головой.

– Тогда еще поцелуй? Интересно же, куда он нас заведет.

– Честно говоря, мне и самой интересно. Только вот не понимаю, что я в тебе нашла, – отозвалась Уиллоу. – Жаль, что ты так хорошо целуешься.

– Ты просто нечто! – рассмеялся Джек, качая головой. – Ну извини! Извини, что я так хорошо целуюсь!

Уиллоу мягко улыбнулась в ответ, и Джек снова заметил, насколько она может быть ранимой. Странно было видеть это выражение на лице всегда уверенной в себе Уиллоу Стид.

– Да, это все усложняет, – пояснила она.

– Уверен, ты и не с таким справлялась, – поддразнил он. – Свидания – дело непростое.

– Тебе видней. Я по свиданиям не бегаю. Как ты сам заметил, я всегда на работе.

– Как, тебя что же, никто не приглашает? – удивился Джек.

– Приглашают, но я все время занята, и никто еще не заинтересовал меня настолько, чтобы…

– Чтобы что?

– Чтобы рискнуть и поставить себя под удар, – ответила Уиллоу, склонив голову к плечу и сверля собеседника холодным взглядом ясных глаз.

– Удар? Стоп, речь о романтике, а не о боксе. Не всегда все заканчивается плохо!

– Не хочу обсуждать эту тему, – отрезала она, развернулась и пошла к двери.

– С тобой кто-то плохо обошелся в прошлом. Кто? Любовник? Отец? – крикнул ей вслед Джек.

Она оглянулась через плечо и бросила:

– Не важно. По крайней мере сейчас. – Уиллоу не ожидала от него такой проницательности. И не была ей особенно рада. Одно дело – в шутку заключать пари с Николь, другое – так близко подпустить Джека к разгадке. И к своему сердцу.

– А я считаю, что важно. Не хочу бороться с призраками прошлого. Объясни, чтобы я знал, с кем мне предстоит сразиться.

– Слушай, у нас первое свидание. Тебе сейчас нужно над вторым задумываться, а не пытать меня о моих бывших.

– Понимаю, но я же знаю, ты не сможешь испытывать теплых чувств к мужчине, которому не доверяешь. А все мои заслуги в твоих глазах пока сводятся лишь к умению целоваться.

– Это, между прочим, дорогого стоит. Зря недооцениваешь, – усмехнулась Уиллоу, пытаясь вернуть разговору беззаботный тон.

– Я жутко польщен, правда, но знаю точно, что одними поцелуями тебя не завоюешь.

– Зачем меня завоевывать? Просто действуй, как обычно.

– Не тот случай. Не хочу, чтобы ты сбежала после первой же ночи.

– Правда? Почему? Ты ведь совсем меня не знаешь! – удивилась Уиллоу.

– Но очень хочу узнать! Может, зря это говорю, но ты стала моей идеей фикс.

– Как только вычислишь причину, сразу потеряешь интерес.

Джек пожал плечами:

– Не думаю. Тем более – нужно узнать тебя поближе.

Уиллоу раздирали противоречивые чувства. С одной стороны – жажда мести. С другой стороны – симпатия к Джеку, обаятельному, веселому, не лишенному даже определенной скромности и дьявольски хорошо целующемуся.

– Что ж, тогда в следующую субботу у нас будет очень плотный график, – откликнулась она.

– Может, хочешь остаться и обсудить все сейчас? До утра еще масса времени, – предложил Джек.

– Правда? А ты что же, не нуждаешься во сне, как все мы, простые смертные? – съехидничала Уиллоу.

– Нуждаюсь. Но ради тебя…

Уиллоу наутро предстояли напряженные съемки, но она знала, что в любом случае уснуть сегодня после такой судьбоносной встречи не удастся. Однако и оставаться с Джеком было бы неправильно. Похоже, у нее просто карма такая – вести себя неправильно, когда дело касается Джека Крауна…

– Нет, не могу. Я пока не готова с тобой откровенничать. Все еще думаю, не затеял ли ты какую-то игру со мной.

На долю секунды показалось, будто эти слова его задели, но он тут же пожал плечами:

– В такие игры не играю.

– Может, и нет. Но я все равно плоховато тебя знаю. Еще раз спасибо, что помог с Дейдрой.

– Не за что. Рад стараться.

– Вижу, – улыбнулась Уиллоу. Остановившись у дверей, она оглянулась, чтобы попрощаться, и заметила тоскливый взгляд Джека. Как так вышло, что парень, столь бесцеремонно обошедшийся с ней в школе, превратился в этого мужчину?

– Спокойной ночи, – произнес он, поднимая руку в знак прощания.

– Спокойной ночи. – И Уиллоу вышла за дверь. Прислонившись к косяку, она с трудом перевела дыхание. Сердце бешено колотилось. И уходить совсем не хотелось. Почему, ну почему из всех мужчин на свете именно Джек Краун имеет над ней такую власть?

Она пошла к выходу и тут обнаружила, что забыла пальто. Если бы не жуткий холод и снег, можно было бы обойтись и без него, но придется возвращаться. И Уиллоу постучала в дверь.

Джек открыл и тут же протянул ей пальто:

– А я как раз собирался тебя догонять.

На нем была теплая куртка и шарф, а в руке он сжимал ключи. Свет из коридора выгодно оттенял красивое лицо, и Уиллоу почувствовала внезапную злость на него за то, что он настолько привлекателен. Как все это усложняло ей жизнь! Она кивнула и потянулась за пальто, но Джек сам помог ей одеться.

Выправляя ее волосы из-под воротника, он тихо выругался.

– Что такое? – удивилась Уиллоу.

– Да так. Просто я с самим собой поспорил, что твои волосы не могут быть такими же мягкими на ощупь, как на вид.

– И что?

– Они даже еще мягче, – бросил Джек, развернулся и ушел к себе. А Уиллоу осталась на лестничной площадке, понимая, что давно уже не чувствовала себя такой растерянной и такой одинокой.