Маленькая голубка - Лэйла Фрост

А он был чудовищем. Убийцей.

Неважно, что Шамус был мудаком, который ужасно со мной обращался.

Неважно, что он заслуживал худшего, чем быстрая смерть.

Важно лишь то, что Максимо был способен на убийство, а это означало, что мне нужно бежать.

Верно?

Я проползла лишь небольшое расстояние на руках и коленях, прежде чем судорога сжала мой живот, лишив дыхания и возможности двигаться. Я перевернулась на спину, не сводя глаз с окружающей обстановки.

Я умру здесь.

В одиночестве.

Всегда одна.

Когда судороги утихли, я снова начала ползти.

Но не вперед.

Нет, я ползла в том направлении, откуда пришла. Туда, где я хотела быть. Насколько я знала, изначально я двигалась в сторону, все дальше в никуда, но мне было все равно.

Мои руки тряслись от напряжения, вызванного необходимостью выдерживать мой вес. Порезы были покрыты песком, который жег и раздирал и без того болезненные раны. Кожа была усеяна зудящими укусами насекомых. Бока болели, колени, казалось, вот-вот развалятся, а в животе постоянно раздавалось урчание.

Я бы убила за один из подносов с едой мистера Фредди прямо сейчас.

Используя образ аппетитного омлета и кофе, чтобы подталкивать себя вперед, я начала ползти быстрее, пока не достигла маленькой части деревьев Джошуа, возле которых отдыхала раньше.

Я иду в правильном направлении. Может быть, я действительно переживу эту ночь.

Мое продвижение внезапно прервалось, когда мое колено наткнулось на что-то острое. Оно пронзило мою и без того уже ободранную кожу, вонзившись так глубоко, что казалось, будто оно впилось в кость.

— Черт, — прохрипела я.

Я старалась быть сильной, но каждый раз, когда я переносила вес на ногу, боль усиливалась. Я села на задницу и подтянула свои грязные леггинсы. Без освещения я провела рукой по колену, но там ничего не было. Однако это не означало, что под кожей ничего нет.

Я не могла идти.

Я не могла ползти.

Я не могла ничего делать.

Просто небольшая передышка. Потом я найду способ двигаться дальше. Я буду тащить себя, если придется.

Обняв согнутые ноги, я прислонилась щекой к своему здоровому колену. Я дала своим глазам отдохнуть, позволив им закрыться, когда глубоко вдохнула.

И потому, что я сидела в тишине, я услышала это.

Дыхание.

Оно затихло, но ненадолго.

Затем хруст ветки.

Шелест кустарника.

Здесь что-то есть.

У меня свело живот, и я застыла в страшной нерешительности. Ползти ли мне? Попытаться ли сбежать, еще больше травмируя лодыжку и создавая шум, который мог бы их насторожить? Или остаться на месте, позволив какому-нибудь хищнику выследить мой запах и покончить с этим?

Я не знала, но должна была попытаться что-то сделать. Хоть что-нибудь.

Упираясь руками в землю, я попыталась встать на ноги, но не успела сделать и шага, поскольку боль пронзила лодыжку.

Я с трудом подавила болезненный крик.

Звуки становились все ближе, и я стала искать глазами хищника.

Удивление и облегчение захлестнули меня, когда я увидела тусклый свет перед тем, как появилось очертание человека.

Максимо.

— Ты пришел, — проговорила я сквозь комок в горле.

— Господи, маленькая голубка, — хрипловато прошептал Максимо, бросаясь ко мне. Его дорогие брюки и белая футболка были по-прежнему безупречны, как будто грязь не смела коснуться его. Только на его туфлях виднелись следы путешествия: черная блестящая кожа была потерта и припорошена песком. Присев передо мной, он откинул мои грязные волосы с лица. Его внимательный взгляд переходил с одной части меня на другую, изучая. — Ты ранена?

Я указала на свою ногу.

— Я вывихнула лодыжку.

— Позволь мне посмотреть, — схватив мою икру, он начал выпрямлять мою ногу, но боль свела мышцы, и я подтянула ее к себе. — Джульетта.

Я даже не подозревала, что он знает мое имя.

В ответ на его твердый тон я прикусила губу и позволила ему вытянуть мою ногу и осторожно коснуться распухшего сустава. Выражение его лица было яростным, но голос был мягким, когда он спросил:

— Что ты с собой сделала?

— Прости, — рефлекторно ответила я.

Он встал и протянул мне фонарик. Я ждала, когда он поможет мне встать, но вместо этого он поднял меня на руки.

Поскольку я не хотела, чтобы он споткнулся, неся меня на руках, — не говоря уже о том, что я была грязной и от меня пахло, — я настояла:

— Я могу идти.

Я надеялась на это.

Он ничего не ответил, только бросил на меня быстрый взгляд, после чего вернулся к тому, куда шел.

— Правда, мне нужна только небольшая помощь, — попыталась я снова.

— Нет.

— Но…

— Джульетта, — его тон снова был наполнен предупреждением, как будто только так он мог произнести мое имя.

Я как можно дольше держала язык за зубами, прежде чем пробормотать:

— Мне действительно следовало пойти по дороге.

Максимо остановился, и я забеспокоилась, что он свалит меня на землю. Поскольку он был выше меня более чем на полметра, это не было бы мягким падением. Вместо этого он крепче прижал меня к себе и злобно посмотрел в мою сторону.

— Тот путь был бы еще более тяжелым. Ты бы прошла много миль без тени деревьев или валунов. Ты бы не успела далеко уйти, как потеряла бы сознание от солнечного удара, — он снова начал идти. — Или еще хуже.

— О.

Он неопределенно хмыкнул.

После еще нескольких минут напряженного молчания мы добрались до ожидающего нас четырехколесного автомобиля. Он усадил меня в него и, взяв сумку, протянул мне два бутерброда и бутылку воды.

— Ешь.

Ему не нужно было повторять дважды. Я впилась в бутерброд, как будто это было лучшее, что я когда-либо пробовала, потому что в тот момент так оно и было. За несколько минут я съела два бутерброда и выпила великолепную воду.

Мой желудок болел от того, что я съела все так быстро, но это было лучше, чем голод или страх.

Когда я закончила, он забрал у меня мусор и засунул его в пакет.

— Который час? — спросила я.

— Почти полночь.

Боже, какая же я дура.

Я заблудилась, обгорела, дважды ранена и вынуждена была убить змею.

А ведь прошло всего полдня.

Что было бы, если бы он не пришел? Выжила бы я на следующий день? Пережила бы я ночь?

Но мне не придется этого узнавать, потому что Максимо пришел за мной, когда мог бы легко бросить умирать.

Не в силах подавить благодарность, я пролепетала:

— Спасибо, что искал меня.

— Джульетта.

— Я думала… Я просто… Я была…