Прости и не прощайся - Хелен Брукс

Придя к окончательному решению, Мелани почувствовала себя немного лучше. Чтобы сделать добро, она должна быть жестокой. Это единственный выход.

Форд не успел открыть глаза, как его охватило дурное предчувствие. Он не сразу сообразил, где он, а когда вспомнил, то повернулся посмотреть на Мелани и не увидел ее. В доме царила тишина, ни из ванной, ни снизу не доносилось ни малейшего звука. Затаив дыхание, Форд прислушивался, но ничего не услышал. Посмотрел на часы — стрелка перешла на цифру «девять». У него вырвалось проклятие. Почему он не проснулся раньше ее? Он вскочил с постели и пригладил ладонью спутанные волосы. Черт, как он мог это допустить? Но, может, она завтракает в саду, где они сидели вчера вечером?

Не потрудившись хоть что-то на себя надеть, он сбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Но, даже не открыв еще заднюю дверь в садик, купающийся в солнечных лучах, он почувствовал, что Мелани там нет. Миниатюрный коттедж был пуст. Без ее присутствия казалось, что из дома исчезла душа.

Обругав себя, он вернулся в спальню и тут увидел листок бумаги поверх своей одежды. Кремовый листочек. Это была записка. Усевшись на край кровати, он стал читать.

Живот свело, как будто внутри поселилась холодная рыба и вгрызлась ему в кишки. Выходит, ничего не изменилось. После всего того, что у них было прошлой ночью — пожара страсти, — она полна решимости с ним развестись.

Он запустил скомканной запиской в угол комнаты, встал и начал одеваться. Надо поскорее выбраться из ее дома, а иначе он что-нибудь здесь порушит.

Внизу он запер заднюю дверь и вышел через переднюю, защелкнув автоматический американский замок. Его «астон-мартин» по-прежнему стоял на маленькой парковке. Форд сел в машину и, не закрыв дверцу, застыл, положив руки на руль.

Чего он добился? Это утро — повторение череды предыдущих, когда он просыпался от чувственных сновидений, протягивал руку, чтобы коснуться Мелани, а вместо нее находил пустоту. В его объятиях она всегда была податливая, как шелк, и сладкая, как мед, ее тело раскрывалось перед ним, с готовностью принимало его и возносилось вместе с ним к немыслимому наслаждению. Но его тело жаждало не только плотской любви — ему была нужна вся Нелл, его Нелл.

Форд проследил взглядом за черной кошкой, которая лениво шла по парковке. Кошка на минуту остановилась и с прищуром посмотрела на него зелеными глазами, потом отвернулась, потеряв к нему интерес, и продолжила свою медленную прогулку. Кошка, гуляющая сама по себе. Как Нелл. Она тоже потеряла к нему интерес подобно этому чертову созданию. А он нуждается в ней. Каждое мгновение его жизни она ему необходима. Он хотел просыпаться рядом с ней по уик-эндам, читать воскресные газеты в постели за утренними круассанами и кофе, смотреть телевизор, потягивая вино, ходить в театр или в кино или просто совершать долгие прогулки по вечерам рука об руку. В начале их брака они так и жили, они говорили обо всем на свете… или он так думал? Теперь он понял, что огромную часть своей духовной жизни она держала от него на замке.

Хмурясь, он завел машину.

Конечно, когда они познакомились, он узнал трагическую историю ее прежней жизни. Но он недооценил, насколько она травмирована. А может, из-за своего эгоизма он недоучел глубину ее страданий, был уверен, что справится в будущем со всеми трудностями.

Форд осторожно съехал на своем мощном автомобиле с парковки на дорогу. Мысли его не отпускали. В одном он был уверен — она не ответила бы на его ласки так, как это произошло вчера, если бы его не любила. А когда он спросил ее, любит она его, она не сказала «нет». Но и «да» не сказала.

Он позвонит ей сегодня, сделает так, как она предложила, но как же трудно будет ему удержаться от того, чтобы не вернуться и не забарабанить в дверь, пока она его не впустит. Он постарается убедить ее в своей любви. Но внутренний голос подсказывал, что он ничего не добьется. Он не один месяц ждал. Разве не так? Он подождет еще немного. Но на этот раз на его условиях. Она не возьмет обратно своего слова, она станет работать в Хиллвью, потому что он знает, как она привязана к его матери. По этой причине он и попросил ее помочь Изабелл.

Ну, не только поэтому. Конечно, у матери проблемы с сердцем, но она не настолько несговорчива в отношении сада, как он представил это Мелани. Хотя Хиллвью действительно нужно капитально перестроить. Изабелл, бросив выразительный взгляд на его с Мелани свадебную фотографию на почетном месте над камином, заявила, что не позволит чужому человеку работать у нее в саду. Он знал, что мать на его стороне, знал, что она любила Мелани, как дочь, и тосковала без нее.

Сейчас он вернется домой, примет душ, переоденется, выпьет крепкого горячего кофе и поедет в офис, а вечером позвонит Мелани. И он не станет себя обманывать, что вернуть Мелани будет легко. Он просто пойдет по этому трудному пути, пока не… Форд тряхнул головой. Он пойдет вперед. Никаких «пока не».