Горизонт азалии - Кезалия Вердаль

меня за щеку. — Служил Улонг государству верой и правдой, пока в него не влюбилась одна девушка. Тогда обратился он вновь в человека. Жили они вместе счастливо, пока на остров вновь не напали. Но не мог Дрекин обратиться обратно в Дракона, ведь любовь сняла с него проклятье. Его жена так любила их остров, что решила убить себя, чтобы любимый вновь обрел свою силу. Перед смертью она обещала, что вернется в один прекрасный день и он это поймет.

Время шло, одни королевские династии сменяли другие; нападали новые и новые враги, но остров стойко стоял благодаря защите Улонга.

Но в один прекрасный день проснулся Дрекин снова в человеческом обличии, и понял он тогда, что возлюбленная вернулась.

“И случилось это 18 лет назад, в день твоего рождения. Не зря ты была так заинтересована Улонгом, ведь судьбой тебе предначертано любить меня. Даже это родимое пятно на груди — это след от ножа, которым моя жена пронзила себя. А теперь история повторяется вновь”, - закончил грустно молодой человек.

У Камелии разрывалось сердце, но она не могла допустить, чтобы ее родителям или Дрекину навредили. Она решила вернуться во дворец и выйти замуж за того принца.

“Я постараюсь выиграть время и убедить его отправиться домой и сыграть свадьбу. А ты соберешь армию и спасешь меня. Только поспеши”, - наказала на прощание Камелия.

Но когда она встретилась с принцем, он даже не стал ее слушать — достал меч и пронзил ее сердце. В тот же миг небо накрыла огромная тень. Со смертью Камилы чары вернулись и Улонг испепелил врагов.

История вернулась на круги своя. Но не пережил на этот раз горя Дракон и попросил Фей, чтобы они забрали его жизнь и вернули Камелию. Кинулся он со скалы и растворился в морской пучине.

Сжалились Феи и сделали Камелию себе подобной. Вернувшись к жизни, пыталась она помочь родителям восстановить остров, но тщетно — со смертью Улонга чайные листья завяли и оказались отравленными. Пришлось им сжечь всю долину, чтобы избавиться от ядовитых кустов. Не видели островитяне больше смысла здесь жить и стали готовиться к отплытию.

— Не может быть! Неужели очередная история с печальным концом? — заныла я и даже привстала на локоть. В темноте я не могла четко видеть его лицо, но в глазах любимого промелькнула искринка. Ему нравилась моя вовлеченность в судьбу каждого его героя. — Нам хватило и Мэй с Кат. Дайя, скажи, что они все же воссоединились? Даже я смогла вернуться к тебе, хотя мы не в сказке, а в реальности.

— Всему свое время, — заверил муж и продолжил: — Стояла одинокая Камелия среди долины огня и плакала от того, что ее дом разрушен, а любимый погиб. Наблюдала она с величайшим горем и виной в сердце как жители собирали остатки скудных пожиток, выживший скот и перемещались на корабли. Куда им плыть? За счет чего теперь выжить?

Скатилась слеза с ее щеки и коснулась земли. В тот миг небо накрыла туча и полился целительный дождь, который потушил пожар, и сквозь пепел из земли поднялись первые ростки чая, которые были еще вкуснее и ароматней.

Неожиданно услышала Камелия как возликовали жители на суднах. Когда она обернулась, то увидела как на воду садится черный Дракон. Махали ему взрослые и дети, радуясь тому, что их защитник вернулся к жизни.

Дрекан и Камила восстановили остров и зажили счастливой жизнью. Так как теперь их брак был волшебным, то их дети обладали силой Фей и могли они обращаться в драконов в любой момент, чтобы самим охранять остров. Конец.

— Вот это ты раскрутил сюжет, — от восхищения я даже захлопала в ладоши. — Мне нравится такой конец.

— Так-то вот. Так что теперь засыпай и ни о чем не думай.

Я мирно погрузилась в сон, и сновидения начали рисовать красивые пейзажи бесконечных чайных склонов. Только сказка на ночь от Дайя возымела нужный эффект и окончательно расслабила, как нас резко вырвали из объятий Морфея:

— Ангелина, Гару снова напали!

Комната тряслась и, кажется, потолок обрушился. Я не могла сфокусировать взгляд, потому что было темно как в пещере, и все вокруг ходило ходуном.

— Дайя, где ты?! — закричала я.

Наша кровать раскачивалась как лодка в центре шторма и матрас почти соскочил на землю.

— Убирайся!

Рядом со мной началась какая-то потасовка. Книжная полка пошатнулась и книги градом посыпались на землю.

Наконец я нашарила выключатель, и комнату озарил мягкий свет ночника. В темноте Дайя сражался с собственной тенью.

— Винни?

— Ботанка Бестолковая! Ну наконец!

Младший Смэш заключил меня в поистину необьятные обьятия, отчего что-то хрустнуло.

— Винни, — прошептала я, все еще не придя в себя. — Боже мой, какой ты большой!

— Ты тоже оценила мои бицепсы? И это все честные тренировки, никаких анаболиков и порошков. Так-так, тише, — мужчина отодвинул меня на расстояние вытянутой руки, когда я начала щупать его накаченные трицепцы, — не надо меня так нагло лапать, я все-таки женат с почти двумя детьми.

Винни выглядел шикарно. Не сказать, что солидно (это слово больше подходило его старшему брату), но жизнь из него просто била ключом. Он был сильнее похож на какого-то прославившегося актера боевиков, который сошел с экранов к нам в спальню. Даже в простой футболке и домашних штанах он выглядел так, словно уже готов мочить врагов и крушить здания (что, в общем, только что сейчас и делал).

— Братец, да ты истинный подкаблучник, — прыснул Дайя, взъерошив кузену волосы как в старые добрые времена.

— Я просто очень люблю жену, — с гордостью заверил южанин. — Ну наконец-то вы соизволили выбраться из берлоги. Я думал, что Дайя забрал тебя в башню и больше никогда никуда не выпустит.

— Ты знал, что я вернулась? — я оценивала, насколько быстро и далеко распространилась новость обо мне.

С наглой миной Винсент уселся в кресло у кровати и даже не подумывал помочь брату с погромом, который сам же и учинил. Дайя собирал упавшие книги, среди которых я мельком увидела сборник сказок.

Так, стоп, он все