Изгнанница на проклятом отборе, или Второй шанс для истинных - Кристина Антановна Римшайте

– Так и будет, – с улыбкой заверила я. – Пусть унижают, пусть насмехаются, ниже мне падать просто некуда. А так как я не принадлежу роду Вандерлит, то и нет причин переживать о репутации родных…

Ощутив внутренний укол, я поморщилась. Если уж быть совсем откровенной, хотя бы с собой, мне хотелось, чтобы и отец, и мать увидели, что я не пала духом. Что я по-прежнему достойна назваться их дочерью, несмотря ни на что. Мне не нужна их жалость, я буду сильной. И по-прежнему, пусть совсем немного, но гордой. И эта гордость выше эго шаарданов, выше воли Богини, выше звёзд…

– Платье… не слишком откровенное? – неуверенно поинтересовалась Марта.

Я полностью отпорола рукава и верхнюю часть до самого лифа, благо покрой позволял. Платье держалось исключительно на моей груди и резинке, которую я вшила. Теперь ничто не скрывало шрама, который сейчас перекрывала печать тьмы. Пусть видят все – мне нечего стыдиться. Давно перестала сожалеть о своём поступке, а сейчас жалею лишь о том, что люди до сих пор продолжают пресмыкаться перед драконами, с радостью хватая от них жалкие подачки.

Если истинные пары шаарданов служат продолжением их рода, разве они не должны относиться к ним со всем почтением? Но они упорно продолжают принимать истинных, будто нехотя, как нечто самой собой разумеющееся. Не знаю, что должно произойти, чтобы отношение драконов хоть как-то изменилось…

Внезапно дохнуло холодом. В доме потемнело, будто кто-то взял и выключил солнечный свет. Я подошла к окну и выглянула, задрав голову. На небе расползалось грозовое облако, в котором бурлила тьма. Она клубилась, потрескивая искрами, вынуждая неотрывно смотреть...

Порывистый ветер подобрал с земли сухие сосновые иголки, перемеженные с песчинками и безжалостно швырнул мне в лицо. Я улыбнулась.

Разве можно было ожидать от появления шаарданов чего-то другого?

Отстранилась от подоконника, закрыла створки и подняла с пола свой небольшой саквояж, в котором умещались все мои пожитки.

«Моё приданое…» – возникшая мысль развеселила. Страх и тревога окончательно отступили. С этого момента и дальше… что бы не происходило, я буду невозмутима и верна себе.

– Береги себя, дочка, – надрывно вымолвила Марта, порывисто обнимая меня.

Погладила её по спине, по собранным в пучок волосам и опустила ладони на плечи.

– Я вернусь, обещаю.

Женщина смотрела на меня глазами полными печали и… вины. В уголках дрожали слёзы.

– Есть кое-что, что я должна тебе отдать… – надломленным голосом выговорила она и скрылась за пологом.

В комнате заскрежетало. Неужели Марта решила достать из-под кровати свой сундук? Она никогда его при мне не открывала и мне трогать не велела. Я даже, когда наводила уборку, не двигала его.

Всегда думала, что женщина хранит в нём какие-то дорогие её сердцу вещи из прошлой жизни. Так что же она хочет мне отдать?

Марта вышла из комнаты, когда я уже потеряла терпение и собралась её звать. В доме становилось всё темнее. Шаарданы неминуемо приближались, вынуждая кровь в моих жилах бежать быстрее. Сердце глухо стукалось о рёбра…

– Вот, родная. Возьми… – женщина протянула небольшую стопку писем, перетянутых бичёвкой. – Прочтёшь, когда время придёт. Не спеши открывать их…

Я недоумённо-растерянно взяла письма и, замешкавшись лишь на секунду, быстро сунула в саквояж. Подхватила его за широкие, уже потрёпанные ручки и ещё раз приобняла Марту.

– Спасибо за всё… – улыбнулась, отстранившись. – Не забывайте пить сердечные капли, натирайте ноги мазью, обматывайте поясницу шерстяным поясом на ночь… – оставлять женщину не хотелось – и это единственное, что заставляло меня переживать. Казалось, Марта без меня не справится, просто не выживет, пропадёт…

– Ступай, – словно чувствуя мою тревогу, улыбнулась она и мягко подтолкнула меня к выходу.

Я расправила плечи, стёрла с лица эмоции, вышла в сени, отворила дверь и толкнула её.

Свита Серама Оэрана стояла во дворе. Величественные, в доспехах из тёмной неизвестной стали… Все короткостриженные, как на подбор, с бледными нечитаемыми лицами и поблёскивавшими силой глазами. Картину портило болтающееся на верёвке бельё за их спинами…

Дракон в центре показался мне смутно-знакомым, а память меня никогда не подводила. Я узнала этот холодный недоверчиво-презрительный взгляд, только теперь он был приправлен ещё и ненавистью ко мне.

– Рада видеть вас в добром здравии… – исполнила безупречный реверанс и выпрямившись, добавила. – Калем…

Дракон дёрнулся, как от удара, рука в перчатке машинально легла на эфес меча, что болтался в ножнах на поясе.

Это же я должна нервничать, разве нет?

От мысли, что такие могущественные и сильные существа, наделённые тьмой и крыльями, боятся одну хрупкую никчёмную человечку – стало ещё веселее.

Конечно, в действительности, дракон легко мог перерубить мне шею или свернуть её одной рукой, но всё равно происходящее казалось забавным.

– Моё имя Калем Эрнар Оэран, – голос дракона вибрировал и эхом разносился по всему лесу. – Но для тебя, изгнанница, я сир. Мой сир. Запомни это. Иначе я не могу гарантировать безопасность во время перемещения в Долину Ветров, – зрачок пламенно-рыжих глаз вытянулся, став полностью вертикальным.

Снова угрозы… как это в духе драконов.

… волоски на затылке зашевелились. Сила шаардана подавляла, пробиралась под кожу, гнула к земле и тьма… подкрадывалась к ногам.

– Как прикажете. Сир… – согласилась я, но головы не склонила. Смотрела прямо. Страшно да… до жути. Но я выяснила, что передо мной ещё один сын Повелителя. Кровный брат моего бывшего истинного.

– Так и будешь стоять? – раздражённо поинтересовался он.

– Леди не пристало нести саквояж, – улыбнулась невозмутимо. – В пути… я могу его потерять. Вас же не затруднит оказать мне услугу? Или помочь слабой девушке – слишком низко для великого рода шаарданов?

Скулы на лице дракона дёрнулись, пальцы крепче обхватили эфес.