Феечка в драконьей академии - Софья Дашкевич

Невысокие кустики самшита разбавляли внутренний двор зеленью, неработающий фонтан с потемневшей от времени статуей девушки намекал на то, что у прежних владельцев был вкус. Под ногами приятно шуршал мелкий гравий, и если бы не прохладный вечерний воздух, я бы с радостью прогулялась еще. Академия будто вымерла: совсем недавно здесь было не протолкнуться от студентов, а теперь вдруг всех как ветром сдуло. Или драконам полагается тихий час?..

Обогнув приземистую южную башню, я обнаружила длинную одноэтажную постройку. В ноздри ударил запах свежей древесины, сквозь приоткрытое окно до меня донесся ритмичный стук. Если не брать во внимание этот шум, то столярка была, пожалуй, самым уютным местом из всех, что я пока здесь увидела. На ее стены карабкался шершавый хмель с маленькими салатовыми шишечками, повсюду валялись щепки, ветки и пни, и посреди всего этого хаоса красовалась небольшая белая скамейка с кружевной спинкой.

Она казалась здесь чужой, как и я, — подобные лавочки встречались в Тайфо сплошь и рядом, но вот с суровым обликом драконьей академии она как-то не вязалась. Как будто специально для меня приготовили! Притащить бы сюда мольберт да чайник с васильковым чаем, излить все тревоги на холст… Но для начала придется хотя бы сделать вид, что я, засучив рукава, взялась за трудовую повинность.

По всем правилам хорошего тона я вежливо постучала в дверь, однако никакого ответа не последовало, и я заглянула внутрь.

В столярке было жарко и душно, пол покрывал толстый слой разнокалиберных опилок, — совсем мелких, как пыль, и длинных, похожих на чьи-то кудрявые локоны. Если здесь и убирались, то явно очень давно.

Я нерешительно прошла вперед, стараясь не уронить какую-нибудь доску или полено, — они стояли повсюду, будто полоса препятствий, — и не схватить занозу. Кто бы мог подумать, что огненные ящеры с таким трепетом относятся к дереву! Я была уверена, что главный предмет их любви — металл… Впрочем, мне же лучше: если у них в столярке такое пекло, то каково же тогда в кузнице?! Из недр мастерской раздался треск, а потом какая-то возня. Я поспешила на звук, чуть не споткнувшись о какую-то палку, выглянула из-за высокого стеллажа с инструментами… И у меня перехватило дыхание.

Каждый уважающий себя художник изучает анатомию, без этого человека не нарисовать. Надо знать идеальные пропорции, строение мускулатуры… Куча разных нюансов! Но я и предположить не могла, что однажды увижу всю эту кучу живьем прямо перед собой. Точнее будет сказать, не кучу, а груду. Мышц.

Парень, которого стоило бы запечатлеть в качестве пособия для начинающих скульпторов, орудовал над верстаком, не обращая на меня никакого внимания. По крайней мере, мне хотелось думать, что он не слышал, как я вошла, и не разделся нарочно. Хотя… Будь у меня такая фигура, я бы, вероятно, тоже расхаживала без рубашки.

Его широкая спина лоснилась от пота, под смуглой кожей перекатывались мышцы. Я боялась даже моргнуть, — хотела запомнить каждый изгиб и каждый бугорок этого совершенства. Нам бы в академию такого натурщика! Статую по его образу и подобию с радостью взяли бы не то что в храм муз, — во дворец самой кронфеи!

Рука сама потянулась к кисти, — только эскиз набросать, пару штрихов! — вот только я не учла, что в этой столярке каждый кусочек пространства забит всякой ерундой, и ненароком задела локтем ящик с гвоздями.

Грохот вышел эпичным, не спас даже ковер из опилок. Обладатель эталонной мускулатуры, вздрогнув, резко обернулся, сжимая палец.

— Ты еще кто?! — бросил он грубо.

Ну вот… А на вид такой красавчик! И лицо идеально симметричное… На носу, правда, небольшая горбинка, но в остальном — так и просится на холст. А какие золотистые кудри! Обычно мы такие рисуем у младенцев-купидонов, но на взрослом парне тоже смотрится ничего. Был бы он еще чуть поучтивее…

— Виана, — представилась нехотя: после такого приветствия желание познакомиться и уж тем более написать портрет улетучилось.

— Фея, что ли?.. — поморщился золотой. — И что ты здесь забыла?

А это уже интересно! Пока его собратья липли к нам, словно волоски кисти к свежей краске, плотник-любитель, похоже, вообще выпал из повестки дня. Двойная удача! Может, он и не в курсе, зачем драконам феи? Если так, то надо приложить все усилия, чтобы он и дальше пребывал в счастливом неведении.

— В гости прилетела. И случайно сломала дверь. Ректор Копперброк сказал, что ты объяснишь, как сделать новую. Ты ведь Лейгард?

— Угу, — парень заметно помрачнел. — А ректор не упоминал, чем я так проштрафился?

— В смысле?!

— Не знаю, как ты, но я наказания не заслужил! — и он протянул ладонь, демонстрируя порез. — Еще и заготовку свою испачкал, а кровь глубоко впитывается… Давай так: сгоняй, сними мерки с двери, я сам тебе новую сделаю. Только больше сюда не суйся! — Лейгард присел на корточки, выискивая в опилках рассыпанные гвозди. — И ничего тут не трогай.

— Э, нет! — заупрямилась я. — Даже не надейся! Я буду сама все пилить!

Золотой вскинул голову, и в его медовых глазах блеснули искорки гнева.

— Ты?!

В этом коротком слове было столько сарказма и недоверия, что у меня аж уши вспыхнули.

— А что такого? Раз чурбан вроде тебя может, я точно справлюсь!

Молодой дракон выпрямился и навис надо мной, будто каменная горгулья, причем взгляд у него был примерно такой же, — хищный и колючий.

— Это тебе Копперброк посоветовал или мой братец?

Я настолько растерялась, что забыла испугаться. По идее, мне следовало упорхнуть отсюда сию же секунду, сверкая крылышками, — торчать один на один с чокнутым драконом в отдаленной столярке, доверху набитой колюще-пилюще-режущими предметами было чревато, — но нелепый вопрос золотого меня отчего-то зацепил.

— Кто? — только и смогла выдавить я.

— Вот только не надо изображать невинность! — прищурился Лейгард. — Мой старший брат Тарвин! Герд золотого клана! Он мне весь последний год на мозг капает: ты должен жениться на фее! И тут заявляешься ты… Это ведь была идея Тарвина — прислать тебя прямо в мастерскую? Ты часом не сестра его женушки Найлы?! Тоже голубая…

— Мы вообще из разных родов! — возмутилась я. — Она — лазурная, ее цветок — незабудка. А мой — лобелия…

— Хоть ромашка! — беспардонно перебил Лейгард. — В гости прилетела, как же! Огненный владыка, могла бы придумать что-нибудь более правдоподобное. По обмену, например…

— Вообще-то я и прилетела по обмену!

Лейгард