Однажды Ты будешь Моя - Альбина Кисова

— Мда? Что же ты, образец, ещё не женился? Видимо, тебе тоже, хм, удобно, — с ухмылкой спросил отец, испытывающе глядя на меня.

— Какие мои годы! Миха меня старше, поэтому туда ему и дорога…

— Я ему завтра это передам. Приветом от тебя.

Я посмеялся, представляя, как перекосит лицо приятеля.

— Напрасно ты не едешь. Увиделись бы с Михаилом, пообщались… — вставила Алёна. — Нина тоже отказалась ехать. Сказала, что лучше позанимается или почитает.

Отец ухмыльнулся и кинул на меня быстрый взгляд.

— А ведь Михаил тебя всего на год старше…

— На полтора.

— Ну пусть на полтора, невелика разница.

— Ты это к чему, отец? — ласково спросил я, делая вид, что не понимаю.

— Да вот интересуюсь твоими планами, сын. И когда, говоришь, ты жениться собрался? — оскалившись, громко спросил отец.

И, конечно, в этот самый момент к нам на веранду пришла Нина. Мне стоило догадаться, что не просто так он начал говорить громче. Хитрый лис.

Я испытывающе посмотрел на отца, но он внимательно следил за Ниной, которая подошла к матери и поцеловала ее в щеку. Не удивлюсь, что он сейчас оценивает ее внешность и поведение.

Я бросил быстрый взгляд на свою принцессу. Припухлость с губ почти ушла. Если не знать, не заметишь. При взгляде на нежный румянец на ее щеках, я почувствовал порыв подойти и приласкать. Но усилием воли сдержался.

На девушке было легкое, светло-голубое платье. Как и вся она, женственное. Всё как мне нравится.

Нина улыбнулась моему отцу, и не глядя на меня спросила.

— Рыбу чистите?

Умница. Сделала вид, что не услышала вопроса про женитьбу.

— Как хорошо, что я пришла не сразу. — заметила Нина как ни в чем не бывало.

Я хохотнул вместе с отцом, а Алёна шутливо погрозила Нине.

— Что вам на обед приготовить? Уху придется немного подождать. Свежее мясо есть, его пожарить недолго.

— Мяса, — хором ответили мы с отцом.

Алёна хмыкнула:

— Ну кто бы сомневался, могла и не спрашивать! При выборе между мясом и рыбой мужчина в девяти случаев из десяти выберет мясо.

Нина надела кокетливый фартук с оборками и так споро начала готовить обед, что у меня брови поползли вверх.

Видимо, отец в это время наблюдал за мной, вот и заметил:

— Что, удивлён? Быстро как всё делает, и вкусно. Алёнина школа.

А потом задумчиво добавил:

— Жалко, что у нас не принято калым брать, а то я бы озолотился.

И захохотал от своей шутки как конь, на что я от злости скрипнул зубами, с трудом сдерживая ругательства. Понимал, что палюсь, но в этом вопросе не смог себя пересилить. Обычно я отлично держу лицо. На моей работе быстро учишься делать морду кирпичом, даже когда вокруг полная задница. Но сейчас дело касалось моей будущей жены… И я сплоховал.

Фоном отметил, что Алёна с юмором ответила отцу, а Нина, метнув на меня косой взгляд, поспешно спросила:

— Кому какой прожарки? Влад, тебе с кровью как обычно?

Отец ответил, что ему средней, и Алёна его поддержала. По закону Мёрфи ничего не прошло мимо внимания отца. Всё-таки работа накладывает отпечаток на человека, да. Он с прищуром смотрел на меня.

В моменте мне было наплевать, что он там думал. Я глубоко вдохнул, выдохнул, и так несколько раз, чтобы взять себя в руки. И только потом ответил:

— Мне с кровью.

— Поняла, — преувеличенно бодро согласилась Нина и сосредоточилась на готовке.

А мы с отцом обменялись напряжёнными взглядами. Блядь, вот я лох. Неужели, он догадался. Или подозревает.

Алёна как всегда остро почувствовала настроение, поэтому постаралась разрядить обстановку и начала рассказывать о том, как неделю назад они с отцом ездили выбирать краску для дома и поругались из-за цвета прямо в магазине. Да так сильно, что их разнимали двое продавцов-консультантов.

Я отвлёкся, немного расслабился, даже посмеялся. Отец вроде тоже. Нина в разговоре не участвовала, полностью погрузившись в процесс готовки. Думаю, что ей просто нужно было время подумать.

Сделав греческий салат, Нина стала нарезать ещё один, судя по ингредиентам какой-то мудреный. Впрочем, я не удивился, моей девочке нравилось готовить и пробовать новое.

— Нина, может хватит, нас всего четверо, — по-доброму заметил отец.

А моя принцесса ни с того ни с сего покраснела и зачастила:

— Давно хотела этот салат приготовить. Если не съедите — ничего страшного, останется на вечер.

Палится, моя девочка, как и я. Может, думала о нас или о том, что час назад происходило в ее комнате. Вон как смутилась и глаза прячет.

За столом была напряжённая атмосфера. Наши дамы старалась из-за всех сил развеять ее разговорами. Нина рассказала о том, что бросила балетную школу в июне, хотя ее балетмейстер уговаривал ее поступать академию хореографии.

— Я, конечно, люблю балет. Но ни как дело всей жизни. — призналась Нина, накладывая себе еще салат. — Кто будет ещё новый салат?

Алена кивнула и протянула ей тарелку.

— Забавно, у меня похожая история была с художественной гимнастикой.

Отец отложил приборы и сыто откинулся на спинку стула.

— Нина, до твоего прихода мы говорили о том, куда ты собираешься поступать.

Нина удивленно подняла красиво очерченные брови, слегка покраснела от смущения и нервным жестом спрятала за ухо прядь волос.

— Да? Ну, я же ещё не поступила. И вообще, туда сложно поступить. Это же лучший вуз в столице.

— Что?

Отец громко хмыкнул и расшифровал для меня:

— Тот самый государственный университет, куда ты идти отказался.

— Спасибо, я догадался. — сухо ответил я. — Только там учатся одни мажоры. — заметил я сквозь зубы.

— Нина выбрала биологический, а там все ребята умные, многие потом идут в науку. — отбил мой комментарий отец.

Алёна улыбнулась, немного натянуто. Я заметил, что она не понимает, что происходит между мной и отцом, но чувствует, что что-то не так. Нина же понимала всё очень хорошо. Я видел, как она волнуется, хотя пытается это скрыть. Но я и раньше читал свою принцессу как открытую книгу, а теперь словно настроился на её волну.

— Спасибо, за вкусный обед, — поблагодарил я, не глядя на женщин, а смотря в глаза отцу.

Он повторил за мной и мы, не говоря больше ни слова, вышли из дома.

За моей спиной Нина тяжело вздохнула, и Алёна спросила вслух:

— Что это они?

Ответ Нины я уже не услышал, спускался по ступенькам крыльца, а за мной шел отец.

Мы, не говоря ни слова, отошли к беседке в центре участка и расположились напротив друг друга