Однажды Ты будешь Моя - Альбина Кисова

— Ты мне ничего не хочешь сказать?

— Вобще-то не собирался, — я нагло ухмыльнулся, пристально смотря ему в глаза.

Отец сжал на столе внушительный кулак и покрутил им, словно любуясь. Ухмылка быстро ушла с моего лица. У меня кулак был не меньше. На стороне отца, конечно, опыт, а на моей ярость и молодость. Посмотрим.

— Да же так… — протянул я, многозначительно посмотрев на его руки.

— Нина — моя дочь. — рыкнул он.

— Не дочь.

— Пусть не родная, но она дочь моей любимой женщины. И я воспитываю её уже десять лет. И люблю ее какРодную дочь.

— И что? — спросил я с напором. — Это даёт тебе право так шутить?

Отец хмыкнул и со злой усмешкой заметил:

— Воооот что тебя так зацепило… Я так и подумал.

— Ты меня что, поверял? — теперь уже я не стал скрывать насколько разозлился.

— Нет. Представь себе, я просто пошутил. В этой шутке нет ничего плохого. Но тебя ведь бесит, что кто-то может посвататься к девочке, так?

Я сжал зубы и промолчал.

— Временами мне кажется, что ты даже слишком пошёл в меня. Смотри, не соверши мои ошибки, Влад.

— Учту. Ещё ценные советы будут?

— Не наглей, следи за своим языком. Ты мой сын и говори со мной уважительно. — осадил меня отец.

— Прости, отец, — сбавил я обороты, с трудом подавляя свою злость и растревоженные собственнические инстинкты.

— Нина — юная, неопытная девушка, а ты старше её на девять лет, поэтому, если серьезно настроен, подождешь.

Я заскрежетал зубами.

— Как-нибудь сами разберёмся.

Отец жестко глянул на меня и в его взгляде появилась сталь.

— Влад, не думай, что я не замечаю, как ты на неё смотришь. С самого начала для меня всё стало ясно. Ещё раз повторю: мы с тобой слишком похожи. А Нина — копия Алёна. Женственная, добрая девушка. Самый большой соблазн для таких как мы.

Я мотнул головой как упрямый жеребец. Был у меня такой, норовистый, Буяном звали. Тренер сказал, что мы с ним похожи и прикрепил его ко мне. Мало кому Буян давался, но со мной ему пришлось смириться. Иногда заезжаю к нему в конюшню, тренер меня пускает по старой памяти.

— Ты не понимаешь, отец… — процедил я.

— Почему же? Очень даже понимаю. Но и ты пойми. Ты должен дать ей выбор. Что она видела в своей жизни? Почти ничего.

— Ты хочешь сказать: Кого она видела в своей жизни, верно? — огрызнулся я.

— А если и так, то что? Разве это неправда? Сейчас ты перед ней, весь такой… — отец окинул меня оценивающим взглядом, — …весь из себя, настоящий Самец…

— Хватит, — рявкнул я, вскакивая, и ткнул пальцем в его сторону, цедя сквозь зубы. — Даже тебе я не позволю лезть в наши отношения.

— Ладно, я тебя услышал. Но и ты знай, что я просто стоять в стороне не буду. Если ты не наигрался, то… — он многозначительно посмотрел на меня. — Я предупредил.

Я кипел от эмоций, поэтому смотрел не на отца, и сосредоточился на дыхании.

— Сядь, Влад. Я сказал то, что должен был. Проблем тебе стоит ждать не от меня с Алёной, мы примем выбор Нины…

Он хмыкнул и затем жестко припечатал:

— Если это будет Её собственный выбор.

Я решил сесть на место и послушать, хотя сильное желание было развернуться и уйти.

Отец дождался пока я сяду, и продолжил:

— А вот Долохов так просто не успокоится. Будь готов к неприятностям. Он хоть и в другом ведомстве, но должность у него немалая и за время службы он порядочно оброс связями. Многие ему должны.

Сложив руки на груди, я хмуро слушал отца.

— Поэтому подставить тебя он может. Это вполне в его духе, как ты знаешь. А Нину он обожает, все же единственная дочь…

— Ясно. Ничего нового ты мне не сказал. До этого ещё дожить нужно, а пока я подумаю, что мне с ним делать.

— Лады. — поставил точку отец.

Мы некоторое время молчали. На улице вечерело. Вдалеке небо окрасилось оранжево-красным цветом. Розы обвивали беседку и вместе со стрекотом кузнечиков, создавали ощущение, что мы не загородом, а где-то на море.

— А ещё… — начал отец, заставляя меня вновь напрячься. Рано я решил, что мы эту тему закрыли до поры до времени.

— …твоя мать тоже вряд ли обрадуется твоему выбору.

Я с сомнением посмотрел ему в глаза.

— Ты так на меня смотришь… Не веришь? А зря.

— С чего бы маме быть против. Я вроде уже большой мальчик. И она, надо отдать ей должное, в мою личную жизнь никогда не лезла.

Отец примирительно поднял ладони.

— Брейк. Остынь, Влад. Я тоже никогда к тебе, как ты выразился, «не лез». Но это не тот случай, согласись?

Я промолчал, не желая продолжать тему того оправданно ли его вмешательство или нет. Как лицо заинтересованное, мне было сложно оценивать ситуацию объективно. Слишком личной была эта тема, слишком долго я Её ждал. И даже гипотетическая возможность того, что Нина выберет другого, меня приводила в бешенство. Собственнические инстинкты, мать их, требовали схватить её и спрятать ото всех. Пещерный человек, ёпт.

— Нет, маме не до меня. Совсем. У неё семья: муж, Дима. Брату двенадцать и с ним сейчас забот полон рот.

— Ооо, плохо ты её знаешь. — хохотнул отец. — Рита тебя очень любит, поэтому непременно вмешается, когда почувствует, что теперь всё серьезно. Это она не спрашивала о личной жизни, потому что видела, что ты ещё не нагулялся.

— Посмотрим, как оно будет. — нейтрально ответил я.

— И ты не забывай чья Нина дочь. Алёну твоя мать не жалует. И потом… — отец задумчиво потер подбородок. — По характеру Рита — совершенно другая, чем Нина и Алёна. Она дама категоричная, и вряд ли легко найдет взаимопонимание с Ниной.

— Да, мама — бизнесвумен, и порой может переть как танк, — я усмехнулся.

Мы помолчали. Я разглядывал красный бутон плетистой розы, которая проникла сквозь обрешетку в беседку. Отец задумчиво хмурился.

— В любом случае я рад за Риту. Она хорошая женщина.

И что тут скажешь? Я рад, что ты хорошо относишься к моей матери, хотя оставил ее ради другой женщины? Я мысленно усмехнулся. Дело это давнее, да и отношения между родителями расстроились ещё до того как Алёна вновь появилась в жизни отца. К тому же мама со вторым мужем намного счастливее, чем когда они с отцом были вместе.

— Ладно, чем тебе помочь по дому? — решил я сменить тему.

Отец