Саид 5. Рождение клана - Анастасия Шерр

Вздыхаю. Да, сложно у нас всё. Но и я не сегодня родилась. Я своего добьюсь, пусть и не сразу.

Шамиля и сумку с его вещами забирают охранники, а я иду сзади и думаю…

Ходячий пример – мой отец. Сколько раз Король менял свои решения? Да сотни раз. И помогала ему в этом его жена. Мама умела уговорить, уболтать и сделать это так виртуозно, что отец принимал эти мысли, как свои. Эх, мамочка… Жаль тебя нет.

– Ну и чего ревёшь?

– Да так… маму вспомнила, – смаргиваю с ресниц слёзы, вытираю их пальцами. – А ты свою помнишь?

– Ещё как. Это же она пыталась утопить меня в ванне.

– Прости, что напоминаю, но неужели в твоём детстве не было ничего хорошего?

– Ну почему… было. Однажды она купила мне машинку. Я играл ею, когда к ней приходили мужчины. Сидел в соседней комнате и ждал пока они натрахаются. Потом машинка сломалась, я попросил мать починить её, а она выбросила в мусор. Я достал машинку из мусора и играл сломанной.

– Твоя мама была…

– Шлюхой, да. Из-за этого нам приходилось часто переезжать. Там, где мы жили профессия проститутки непопулярна. За это женщин наказывают. Но я не виню её в этом. Она нас кормила.

– А твой отец… Почему он тебя не признал сразу?

– Не хотел пачкаться в грязи. И я его понимаю. Я бы тоже отказался от ребёнка шлюхи.

– Ты социопат, а он нет. И я считаю это зверством. Он не должен был так поступать. Это жестоко и несправедливо.

– Теперь всё иначе. Я не живу прошлым.

Я замолчала. Я родилась королевной и всю жизнь ею была и есть. А он всего добивался сам. Выгрызал зубами место под солнцем. Так стоит ли винить его в том, что он бездушный?

По приезду домой Шамиль бледнеет и выглядит уставшим. Я помогаю ему лечь на кровать и он тут же вырубается. А я иду вниз, в кабинет Хаджиева-старшего.

Стучусь.

– Да! – слышу повелительное и открываю дверь.

– Здравствуйте, – здороваюсь, делаю шаг. Дверь позади тихо закрывается.

– А, это ты, дочка? Входи, присаживайся. Где Шамиль?

– Шамиль… Он в спальне. Уснул.

– Хорошо.

– Я хочу поговорить с вами о нём.

– Слушаю тебя.

– Вам не кажется, что обязанности ваших сыновей разделены как-то… ээээ… нечестно.

– Что ты имеешь в виду?

– Вы правда не понимаете о чём я? Шамиль в вашем клане исполняет роль вышибалы и мне это не нравится. Чем он хуже Саида или Марата? Да, он асоциален, но… Он может быть человеком. Он меня от пуль закрыл. Стопроцентный психопат никогда бы до этого не додумался. И не стал бы рисковать своей жизнью, – я заплакала, шмыгнула носом. Хотелось ещё много чего сказать Хаджиеву-старшему, но слова вдруг растерялись, разбежались хаотичными мыслями. Я разревелась. Гормоны, чтоб их.

Хаджиев-старший поднялся подставил мне стул.

– Присядь.

Я неловко плюхнулась на стул и подняла взгляд.

– Я беременна. Я не хочу бояться за своих детей или за Шама. Я согласилась выйти за него, но этому не бывать, если он продолжит заниматься бандитизмом. Я против этого. И мои дети тоже не заслужили остаться сиротами или ещё чего похуже. Понимаете меня?

Он понимал. Я видела это по глазам Саида-старшего. Он присел рядом, сложил руки на стол.

– Я не лучший отец, Валерия. Как и муж. Мои дети мало видели от меня хорошего. И я осознаю, что это целиком и полностью моя вина. Но чем им заниматься сейчас – я не приказываю. Они сами решают и проявляют инициативу. Шамиль сейчас всё равно ранен и не сможет заниматься бандитскими делами, – тут он усмехнулся. У тебя будет время поговорить с ним как вы, женщины, умеете. Что касается бандитизма… У нас этого нет. У нас, Валерия, как и у твоего отца, легальный бизнес.

И тут меня поглотила сумасшедшая идея.

ГЛАВА 10

Шамиль и Валерия

– Привет, – склоняюсь над ним, прижимаюсь губами ко лбу Шамиля. Нужно проверять температуру почаще. Вроде не горячий. Вспотевший только. – Рано тебя выписали, полежал бы ещё под наблюдением медперсонала.

– Ага. Чтобы ты и дальше жопой перед врачишкой виляла?

– Ты невыносимый. Как ребёнок. Эльдара я спать уложила, теперь твоя очередь. Прикладываю к его лбу прохладное, влажное полотенце. Стираю пот. Шам злится и психует, но пока только внутри.

– Ты мне ещё утку принеси.

– Принесу, если не сможешь встать.

– Дура, – констатирует он.

– А я знаю. Нормальная с тобой не связалась бы.

– Тебе не лень мне сопли вытирать?

– Нет, не лень, – улыбаюсь я.

– Что ты задумала? – спрашивает, будто видит меня насквозь.

– У меня появилась сногсшибательная идея.

– Не сомневаюсь. Ну и?

Я набираю в лёгкие побольше воздуха, выдыхаю.

– Когда поправишься, пойдешь работать к моему отцу.

– Ты упала, Королевна? Или всё-таки мечтаешь увидеть мои мозги на стене?

– С отцом я поговорю. Он мне не откажет. А у тебя появится хорошая возможность помириться с ним и заняться нормальной работой. Без вышибания мозгов.

– Этому не бывать, – морщится он, пытается приподняться, а я поправляю подушку.

– Шамиль, твоё желание сделать меня своей женой ещё не прошло?

– Нет. Ты будешь моей женой, – говорит твёрдо.

– Я соглашусь выйти за тебя только если ты пойдёшь работать к моему отцу. Нравится вам это или нет, но вы оба должны проявить благоразумие. Я не хочу разрываться между вами, я хочу нормальную семью. Ну, насколько это возможно в нашем случае.

– Ты точно башкой ударилась, – хмыкает Шам, продолжая наблюдать за мной. Я встаю с кровати и начинаю расхаживать по комнате.

– А что, это вариант. Будешь отцовским помощником. Ну или личным охранником. Они у отца зарабатывают хорошо, место не пыльное и никакой грязной работы. Никакого бандитизма!

Он вздыхает, закрывает глаза. Хочет поспорить со мной, но пока нет на это сил.

А я буду давить, прогибать, пока не получу своё.

– Ты подумай пока, не торопись с выводами. А я завтра поеду к отцу, поговорю с ним.

– Хотел бы я это видеть, – усмехается Шамиль и тут же серьёзно добавляет. – Херню ты придумала. Не прокатит. Меня моя работа устраивает, а становиться мальчиком для битья я не буду. Твой папаша меня заездит.

– Вот видишь? Он тоже будет против поначалу. И всё из-за вашей вражды. Но я не выйду за тебя, пока вы не помиритесь. Это моё условие.

Ночью он плохо спит, то и дело ворочается, а я переживаю, как