Измена. Расплата за (не) любовь - Фиона Сталь

Я молча киваю, чувствуя, как внутри меня всё сжимается от боли и страха неопределённости. Впереди неизвестность, и я не вижу шанса, как выбраться из этой ситуации. Все эти размышления о разводе, о будущем без Максима теперь кажутся мне чем-то невыносимо сложным, чем-то, с чем я не смогу справиться…

Как найти правильный путь, когда каждый шаг может привести к катастрофе?

Глава 8

Утром, я тщательно умываюсь, пытаясь смыть остатки ночных тревог и переживаний. Но, в зеркале всё равно не узнаю себя: лицо припухло от ночных слез, а глаза остаются покрасневшими.

Да, сейчас я бы точно заняла первое место в конкурсе: «Самая убитая горем жена».

Я глубоко вдыхаю и, нежно глажу свой пока плоский, едва заметно округляющийся животик.

— Извини, маленький. Ты ещё не родился, а у тебя уже столько испытаний. Я обещаю, я сделаю всё, чтобы ты был счастлив. Спасибо, что выбрал меня своей мамочкой, — в эти слова вкладываю всю свою любовь и надежду. В журнале для беременных, я прочитала, что ребёнок всё слышит, даже находясь ещё в утробе матери. Я должна поддерживать себя и крохотную жизнь сама, раз муж оказался на это не способен.

Собравшись с мыслями, я направляюсь на кухню. Сегодня на повестке дня — сливовый пирог.

Я всегда знала, что эта выпечка — мой конёк. Запах сладких слив и стручковой ванили наполняет воздух, и я вспоминаю, как Максим всегда с нетерпением ждал, когда я доставала горячий пирог из духовки. Его глаза по-детски светились, когда он откусывал кусочек, а губы растягивались в счастливой улыбке. Но теперь эта улыбка стала для меня обманчивым воспоминанием, от которого сердце сжимается, напоминая о перенесенной боли.

Как я могу простить его предательство? Как можно было оставить меня в такой ситуации, когда мы вместе планировали ребёнка?

Пока я замешиваю тесто, мысли о Максиме не покидают меня. Я стараюсь сосредоточиться на каждом движении, не позволяя воспоминаниям затмить радость, которую мне приносит готовка…

На кухню входит моя сестра, её недовольное лицо сразу же бросается в глаза.

— Аня, ты что, с утра уже шуметь начала? Только и слышно, бам бам! — ворчит она, потирая глаза от недосыпа. — Люди спят, а ты тут пироги печёшь.

Я вздыхаю, на мгновение теряясь. И правда, я нахожусь в чужом доме, в квартире сестры и мне не следовало здесь с утра хозяйничать, зная её любовь подольше поспать.

— Извини, я просто решила порадовать нас свежим пирогом к завтраку. Уже почти все готово, осталось только испечь.

Наташа вздыхает глядя на моё лицо. Ей даже ничего не нужно говорить, я всё понимаю без слов.

— Что, всю ночь страдала по своему благоверному? Лицо заплаканное. Хватит уже себя истязать, нужно действовать!

Я вздыхаю и, глядя на её насмешливое выражение, отвечаю с болью в сердце:

— Он не благоверный, он бывший. И как бы я не хотела его забыть, у меня это не получится сделать сразу. Это невозможно. Взять и вычеркнуть его, будто и не было этих совместно прожитых лет…

Наташа приподнимает бровь, словно давая понять, что моя излишняя эмоциональность здесь ни к чему. Я чувствую, как в груди снова поднимается волна обиды, но сдерживаюсь.

— А с ребёнком, решила, что будешь делать дальше?

— Обсуждать нечего, только рожать. Мы с тобой об этом уже говорили.

Она вздыхает, и её голос тут же меняется, как будто она не понимает моего упрямства.

— Через сколько будет готов пирог?

— Минут через сорок, а что, уже не терпится отведать сладкого кусочка?

— Отлично! Нет, я не для себя спрашиваю, у меня вообще-то диета, — Наташа заговорщически улыбается. — Ты фартук сними. В холодильнике есть косметический лед, лицо протри, чтобы красноту снять. К нам скоро гости придут.

Я вскидываю голову, удивленно спрашивая:

— Гости? Кто это?

— Стас и Федя, твои одноклассники.

— Мои что?! — не верю своим ушам. — Боже, тот самый Федя, олимпиадник по математике? Это ты его пригласила?

— Да, именно он! — смеется Наташа, не понимая, что я сейчас чувствую.

— Ну уж нет! — возмущаюсь, представляя, как он снова начнет грузить меня своими формулами и теоремами. — Опять свои умные фокусы начнет показывать! Помнишь, как он прошлый раз заставил меня интегральные уравнения решать?

— Какая разница, Аня! Не будь дурой! — шипит Наташа. В её голосе слышится настойчивость, которую трудно игнорировать. — Он тебя еще с начальной школы любит! Переспи с ним и скажи, что от него залетела, дел на раз и два! Пускай хоть Федька, всё лучше, чем без мужика!

Я вздрагиваю от её слов, чувствуя как сводит живот. Это звучит так просто, как будто я могу просто взять, зачеркнуть, что было и вписать новое, изменив свою жизнь одним движением.

— Срок еще маленький, — добавляет сестра, как будто это оправдывает всё.

— Ну куда уж маленький! — стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё дрожит от беспомощности. — Посчитать-то он сможет, с этим у него проблем нет!

Наташа закатывает глаза, и я вижу, как она не понимает, насколько это сложно для меня.

— Да и вообще, ты соображаешь, что мне предлагаешь? Обманывать человека, ни за что! — отмахиваюсь, пытаясь отбросить эту мысль.

— Что ты как маленькая? Уже взрослая деваха, а я всё тащу тебя на своих плечах! Как говорится, потом уже поздно рыпаться будет. Федька тебя любит, женится, а значит и малыша полюбит! — сестра не отступает, словно это единственный выход.

— Я тебе сказала — нет! — резко отвечаю я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна раздражения.

Наташа пожимает плечами, но её уверенность не угасает.

— Не важно, они уже едут, готовься! — произносит она, уходя с кухни и напевая лёгкую мелодию под нос.

Я отбрасываю намыленный половник в сторону и хватаюсь за голову. Как бы я хотела сейчас скрыться от всех этих людей, которые не понимают, что у меня на душе! Каждый тянет в свою сторону, манипулирует, пытаясь достичь целей!

Волнение охватывает меня, и, несмотря на все мои протесты, я готовлюсь встретить гостей, чтобы еще больше не злить Наташу. Как же трудно быть сильной, когда на сердце такая тяжесть, и как же сложно не поддаваться на провокации…

Когда Стас и Федор переступают порог, я по велению сестры уже стою в коридоре и доброжелательно приветствую их. Они приносят с собой букет