Измена. Во власти лжи - Анна Томченко

И да, это на самом деле просто какое-то сумасшествие, без подготовки, без всего взять и куда-то свалить, но в таком состоянии я понимала, что я не доношу беременность, начнутся преждевременные роды и ещё неизвестно какие осложнения могут возникнуть.

— Есения, — прозвучало на ухом. — Все это глупости, никогда я не собирался и не думал о том, чтобы развестись с тобой. Мне было ровно так же страшно, как и тебе. И это женщинам можно показывать свой страх, а мужчинам нельзя. Страх для мужчины это стыд. Это что-то постыдное, что-то ненормальное. Но никогда я не думал о том, чтобы развестись с тобой.

Я нервно кивнула и, видимо, что-то выдало меня, что-то щёлкнуло в голове у Руса, и я ощутила, как он убрал руку с моей подушки и сквозь зубы прохрипел:

— Тимур, поганец мелкий…

Я хотела дёрнуться, встать, но поняла, что я не пойду в эпицентр разборок.

Я не хочу участвовать и быть причастной к тому, как сын и отец будут выяснять отношения, и Тим был прав.

Ему отца не хватало, а не меня.

Это отношения между ними.

— Тимур! — прогрохотало из-за двери.

Я прикрыла глаза, обняла себя руками, я даже не хотела вставать и узнавать подробности этого разговора. Но по громкому голосу мужа я понимала, что они с сыном что-то пытаются поделить, что-то выяснить.

Пришлось взять маленькую подушку и положить с другой стороны, чтобы не слышать ничего.

Сейчас дёргаться и переводить деньги с карты на карту не было смысла.

У меня была своя карта, куда приходили зарплатные деньги и так далее. Я, если честно, почти ей не пользовалась по той простой причине, что у меня всегда была карта Руса, которой я могла рассчитаться, особенно когда я уже ушла в декрет муж настаивал на том, чтобы я использовала его финансы, потому что своих у меня как бы по определению быть не могло.

Я на тот момент ничего не имела против.

И ведь как бог уберёг.

Когда за дверью все затихло, я убрала подушку и тяжело встала с постели.

Шагнув к шкафу, я выдернула оттуда спортивную сумку, с которой обычно ходила на йогу, кинула на самое дно документы, все, что было связано с беременностью, медицинскую карту, сменный комплект белья, спортивный костюм.

Позже я открыла окно.

Второй этаж, а под окнами розарий, который из-за тёплой погоды ещё не облетел.

Сумка полетела вниз и противно жмякнулась об ветки, погнув их, затряслась листва.

Я прикрыла глаза и затаилась, выжидая, услышал ли кто-нибудь это или нет, но окна спальни выходили на внутренний двор, были самыми дальними.

Спустя полчаса я медленно спустилась на первый этаж, уже переодетая в тёплый спортивный костюм.

Тимур прошёл мимо меня, только косо посмотрев, и одними губами прошептал:

— Ябеда…

Я покачала головой, не собираясь разбираться ещё и с сыном кто я.

Я тихо прошла в холл и вытащила спортивные кроссовки.

Поскольку никаких запретов не звучало о том, что я не имею право покидать дом, я прикинулась мебелью и подумала, что на любой вопрос буду отвечать, что я пошла гулять.

Я действительно сделала два тренировочных круга вокруг дома, забрав свою сумку, а потом медленно, по тропинке пошла к воротам, придерживая сумку впереди себя, чтобы её не было видно.

Когда я дошла до калитки, то набрала код открывания замка, и вместо того, чтобы шагнуть вперёд, я натолкнулась на высокую светловолосую девушку в тонком приталенном пальто.

Бежевый вуалевый шарфик обвивал стройную шейку.

Я подняла глаза выше и столкнулась с холодным голубым взглядом.

Девушка склонила голову к плечу и улыбнулась, показывая почти голливудскую улыбку, от которой у меня на коже мурашки проступили.

— А Рустам дома? — оскалилась она, а я сглотнула комок, рассматривая пассию своего супруга.

Глава 8

Я стояла, смотрела на девушку и понимала, что все очень сильно не вовремя.

Она оказалась не в нужном месте, в ненужное время, по той простой причине, что сейчас…

— Лада! — раздалось от дома. Следом прозвучали шаги по ступеням, и муж быстрой походкой стал приближаться.

Мне даже не надо было поворачиваться, чтобы увидеть это.

— Есения, а ты что здесь делаешь? — в нескольких шагах от меня прозвучал его голос.

Я стояла, не оборачиваясь, вцепилась в ручку калитки и надеялась, что меня снова примут за мебель. Но нет.

Рус дошёл до нас, остановился, прошёлся по мне взглядом от самой макушки до пяток и придирчиво зациклился на спортивной сумке.

Я скосила глаза на супруга и увидела, как он медленно, словно перед хищным зверем, вытянул руку вперёд и сжал пальцы на ремне моей сумки.

— Думаю, тебе это уже не пригодится, — произнёс он низким хрипловатым голосом.

Я разжала пальцы и выпустила лямку из них.

— Лада, ты привезла документы? — поднял тяжёлый взгляд на девушку муж.

— Да, конечно. Вам прямо сейчас здесь их отдать или дойдём до кабинета? Вы все подпишите, я их заберу.

Рус замешкался. Я в этот момент медленно развернулась и пошла в направлении дома.

Я нервно обернулась и увидела, как Лада, цокая каблуками, шла за нами.

— Надеюсь, ты сможешь объяснить мне, что это все означает, — тихо на ухо сказал мне Рус и перехватил мой локоть поудобнее.

Когда мы дошли до дома и поднялись по ступеням, Лада замешкалась.

Но я не намерена была что-либо уступать, поэтому первой зашла в дом. И, присев на свой пуфик, стала стягивать кроссовки.

Я, молча и, не переводя взгляда на Ладу, обулась, медленно встала и пошла по коридору.

— Так давай быстро сюда документы и уезжай, — сказал нервный Рус, и шаги за спиной вновь зазвучали.

Я прошла чуть дальше кабинета. Заглянула в гостевую, а когда дверь хлопнула, вернулась обратно в коридор.

Я не собиралась подслушивать.

Мимо коридора прошёл Тимур, остановился и замер, пристально посмотрел на меня, вскинул бровь.

— Шпионишь?

Я промолчала и сложила руки на груди.

Но Тимур не посчитал моё молчание за признак недовольства и сделал несколько шагов вперёд.

— Кто к нему приехал?

Я продолжила молчать.