Леденящий капкан - Адель Малия

— Знаешь, я… я просто немного ревную, — признался он, опустив глаза. Его щеки порозовели, и он выглядел растерянным, как подросток.

Это удивило меня. Я думала, что наши отношения достаточно ясны: просто коллеги. Мы немного времени проводим вместе на работе, а за пределами офиса наши контакты ограничивались лишь короткими сообщениями в мессенджерах по поводу работы.

— Но ведь у нас ничего нет, Стас, — я попыталась объяснить, стараясь смягчить свой тон. — Мы же просто друзья.

— Да, я знаю, — пробормотал он, — но иногда чувства берут верх над разумом.

В его голосе сквозила какая-то обреченность, будто он уже смирился с тем, что его чувства безответны. Я почувствовала себя неловко. Я не хотела причинять ему боль, но и не знала, что еще сказать. Он произвел на меня очень положительное впечатление, и я бы хотела узнать его лучше. Но для этого нужно время. Я чувствую, что нам нужно провести больше времени вместе, чтобы понять, насколько мы подходим друг другу. Возможно, наши отношения смогут перерасти во что-то большее, но пока я не готова делать какие-либо прогнозы. И вообще его реакция была совершенно непропорциональна ситуации. Ревновать из-за случайного взгляда — это, по меньшей мере, странно. Между нами нет никаких обязательств, и я не давала ему повода для ревности.

Снег за окном падал большими хлопьями, превращая мир в одну сплошную белую пелену. Всю дорогу до офиса царила тишина, прерываемая лишь скрипом дворников и тихим гудением двигателя. Подъехав к офису, Стас припарковал машину рядом с другими, засыпанными снегом автомобилями. Я вышла из машины, глубоко вдохнув морозный воздух. Мой взгляд упал на мою машину, полностью покрытую пушистым белым покрывалом. «Отличное начало дня», — подумала я с сарказмом и повернувшись к Стасу сказала:

— Спасибо, что подвез.

Стас кивнул, но его взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно он искал ответ на какой-то мучающий его вопрос.

— Пойдем в офис? — спросила я, стараясь разрядить обстановку.

— Пойдем раздельно, чтобы коллеги ничего не заподозрили, — ответил он, и мы направились к офисному зданию, оставляя за собой два четких следа на свежем снегу.

Я шла позади него, чувствуя, как нарастает тревога. Может, я действительно задела его? Неужели один взгляд на соседа мог так сильно его обидеть? Сердце сжималось от досады. Я же даже толком не объяснила ему, что не чувствую ничего к Косте, что он мне безразличен. Может, этого Стас и ждал? Видимо, я правда не безразлична ему, раз это его так задело. Но как теперь все исправить? Надо сегодня найти его в офисе и пообедать с ним. Объяснить все честно и открыто. Не хочу, чтобы наше общение вот так оборвалось из-за моего недоразумения.

Я вошла в офис, сбросив с себя пальто и шарф. Зеркало отразило мои слегка покрасневшие от холода щеки и встревоженный взгляд. Сделав глубокий вдох, я направилась к своему рабочему месту. Коллеги приветствовали меня привычными улыбками, но я чувствовала себя чужой среди них. Мысли все время возвращались к недавней сцене и к тому разговору, который так и не состоялся.

Я села за компьютер и попыталась сосредоточиться на работе, но мысли о Стасе не давали мне покоя. Каждый шорох, каждый звук казались мне сигналом, что он сейчас появится и мы сможем наконец поговорить. Время тянулось медленно, каждая минута казалась вечностью. Я украдкой поглядывала на дверь его кабинета, надеясь увидеть его фигуру. Но он все не появлялся.

Обеденный перерыв настал как никогда быстро. Я вышла из офиса и направилась к небольшому кафе. Что, если он уже ушел? Что, если он не захочет со мной разговаривать? Но в то же время, я чувствовала, что должна сделать этот шаг. Я нашла его сидящим за столиком в дальнем углу. Его лицо было погружено в бумаги, но я знала, что он меня слышит.

— Стас, можно я присяду к тебе на минутку? — робко спросила я.

Он поднял на меня глаза, в которых мелькнуло удивление, а затем и нечто большее — раскаяние, пожалуй.

— Конечно, хоть на все десять, — ответил он, освобождая место рядом с собой. Сердце мое замерло в ожидании.

Я села, и мы некоторое время молчали, слушая тиканье часов. Наконец, Стас произнес:

— Мне нужно тебе кое-что сказать. Я больше никогда не буду ревновать тебя к твоим соседям, обещаю!

Я не выдержала и рассмеялась.

— Хорошо, я тоже обещаю больше не смотреть на них подозрительно, — ответила я. Наступила пауза.

— И еще, — продолжил он, его голос стал серьезным, — я понимаю, что вел себя как ребенок. Ревность — это не оправдание. Я ценю наши отношения и не хочу их терять.

Его глаза были полны искренности, и я почувствовала, как камень отваливается у меня с сердца.

— Я тоже понимаю, что была не права. Я не должна была так реагировать на твою реакцию, — призналась я. Мы посмотрели друг другу в глаза, и в этот момент между нами возникло глубокое понимание.

Стас улыбнулся и подозвал официанта с меню.

— Выбирай, что хочешь, но помни, я не плачу за твой любимый десерт! — пошутил он. Я рассмеялась.

Через десять минут я с удовольствием наблюдала, как бармен взбивает густую пенку на моём горячем шоколаде. Пышные облачка парили над напитком, источая соблазнительный аромат. Я взяла чашку в руки и сделала небольшой глоток. Тепло разлилось по телу, согревая меня изнутри. Горячий шоколад был густым, насыщенным, с легкой горчинкой, которая прекрасно сочеталась со сладостью. Каждая ложка этого напитка напоминала мне о теплых зимних вечерах, проведенных с любимой книгой.

— Вкусно? — спросил Стас, с нежностью наблюдая за тем, как я наслаждаюсь десертом.

Я кивнула, погружаясь в сладкий вкус. Мы долго молчали, просто наслаждаясь обществом друг друга.

— Слушай, а может завтра после работы мы сходим в тот новый ресторан, который открылся на той неделе? — предложил Стас.

— Разве что ты угостишь меня там самым вкусным десертом, — ответила я с улыбкой. Он рассмеялся:

— С удовольствием.

До конца обеденного перерыва мы сидели в кафе, и наш разговор постепенно перетекал в более глубокое русло. Мы обсуждали наши мечты, страхи и амбиции. Обсуждали наши планы на выходные, смеялись над старыми анекдотами, и в каждом взгляде друг на друга чувствовалась нежная привязанность.