Как стать папой за пять минут - Вероника Лесневская

Какого-то лешего послушно скидываю пиджак, дергаю за пуговицы рубашки, ненароком отрывая их по одной. И застываю, когда слуха касается очередной вопль Киры. Да что они там с ней делают?

– На каталку и в родбокс. Быстро, – гремит следом.

Шум, беготня, стоны – все смешивается в один огромный снежный ком, который будто падает на меня сверху и обухом бьет по башке. Соображаю, какого ежика происходит, и не могу пошевелиться.

– Помочь? – прохладные пальчики поглаживают мои побелевшие костяшки. – Не нервничайте так, все будет хорошо, – короткие ноготки порхают по голой груди между разошедшимися краями хлопковой ткани. – Вы прям как каменный, – звучит с неуместным придыханием.

Наверное, мне должно нравиться, что за мной ухаживает симпатичная девушка. Раздевает, касается, кокетничает. Мужик я или около? Причем в эту новогоднюю ночь я как раз собирался оторваться во всех смыслах. Впервые после тяжелого развода пуститься во все тяжкие. Наверстать, так сказать, упущенное. Но в моей жизни вдруг наступили смутные времена. Не думал, что скажу это раньше лет этак шестидесяти, а желательно, и всех ста, но… меня в данный отрезок времени абсолютно не интересуют бабы. Тем более, когда где-то там, в родзале, корчится в муках Кира.

Мы в ответе за тех, кого приручили… Точнее, кого со спецэффектами привезли рожать.

– Тебя мама не учила, что если будешь чужих мужей трогать, то волосы на ладошках вырастут? – очнувшись, хмуро сканирую чересчур любезную медсестру.

Она округляет глаза и рот, резко одергивает руки и первые пару секунд осматривает их, будто поверила. Одумавшись, прячет кисти за спиной, сцепив в замок.

– Я трогала вас исключительно как медик, – выкручивается из неловкой ситуации. – Я вообще-то помочь хотела.

– Я выгляжу так, будто мне нужна помощь гинеколога в родильном отделении? Хреново, значит, – выдаю с сарказмом, щелкая пряжкой ремня. – Ты подожди за дверью, пока я переоденусь, – скептически кривлю губы.

– Подумаешь, какой стеснительный, – фыркает обиженная Майя, но все-таки уходит.

Быстро натягиваю на себя медицинский костюм, путаюсь в бахилах, разворачиваю шапочку… Сжав ее в руке, растерянно падаю на кушетку. В какой-то момент будто батарейка внутри меня садится. Часто моргаю, тщетно пытаясь прийти в чувство и понять, как я до такой жизни докатился.

Я реально пойду на партнерские роды? К совершенно посторонней женщине? С которой даже никогда не спал?

Да ну на хрен!

Чокнулся, Славин?

– А-а-ай, – отдаляющийся крик резко поднимает меня на ноги, как убойное заклинание некромантии.

Точно оживший труп, грузно вываливаюсь из кабинета, неловким движением надвигаю проклятую шапочку на самые брови, чтобы не слетела. В коридоре оглядываюсь.

Где эта адская комната? Как там ее? Родбокс! Хотя бы указатели повесили. Отвратительный сервис!

– Куда? – рычу на Майю, а она указывает рукой направление.

– А-а, больно-о, – по-настоящему кричит Кира. Истошно и гораздо громче, чем в машине, когда пугала гаишника. Сейчас она не имитирует.

– Да что ты творишь, – сурово отчитывает ее Ланская. – Дыши, дуреха! Ты слышишь меня вообще?

– А-а-а, дедулечки-и-и, – летит вместо ответа.

Совсем эти коновалы берега попутали – мою Киру так мучить? Наверное, спешат расправиться с ней, чтобы спокойно Новый год встретить. Ну, сейчас им организую елку и мандарины в одно место!

– Я проведу, – порывается помочь медсестра, но я в стрессе отталкиваю ее. Не нравится она мне, раздражает.

Спотыкаясь и покачиваясь, как в тумане, сам пересекаю коридор. Ориентируюсь на тонкий, жалобный голос, который приводит меня в небольшое, но светлое, чистое помещение. Сбиваю по пути какое-то кресло, ударяюсь бедром о край столика – и тот на колесиках с грохотом въезжает в стену.

– Я муж, – лгу опешившей акушерке, преградившей мне путь, чтобы пустила к Кире. Моя названная жена подозрительно умолкает, и меня начинает трясти от этой зловещей тишины сильнее, чем от крика. – Документы там… – запыхавшись, неопределенно взмахиваю рукой. – В приемной.

– Да зачем мне ваш паспорт? – по-доброму смеется женщина, поправляя на мне сбившуюся шапочку. – Кто в здравом уме явится на чужие роды? – отступает, открывая мне обзор. – У изголовья становитесь.

Кира, переодетая в медицинскую сорочку, полулежа расположилась в специальном родовом кресле-кровати. Выглядит это странное приспособление как стул для пыток. Ноги согнуты в коленях, прикрыты от меня одноразовой простыней. Видимо, намеренно, чтобы поберечь мою психику. Что происходит по ту сторону импровизированной завесы – я не вижу.

Первым делом проверяю живот – на месте, такой же кругленький, как раньше. Вроде бы, ребенок еще не появился на свет. Значит, я успел.

Правда, не могу понять, меня это факт радует или пугает?

– А вот и наш папочка, – с заметным облегчением выдыхает Ланская, будто она лично рожает. – Очень непослушная мамочка нам сегодня попалась. Все делает в точности до наоборот! – укоризненно зыркает на раскоряченную Киру. Еще бы! Я бы тоже в такой позе только орал и ничего не выполнял. – Садитесь рядом и будете повторять ей мои команды! Громко и четко, – врач грозно руководит мной. Гитлер в юбке.

Однако я подчиняюсь. Вплотную приближаюсь к Кире, поглаживаю ее по голове, стараюсь смотреть в лицо, а не на просвечивающееся сквозь тонкую одежду тело и, уж тем более, не туда, откуда собирается лезть малышка. Мысленно прошу ее делать это как-то шустрее и аккуратнее.

– Ты? Ты… чего? – в ужасе и шоке округляет глаза Кира. Хмурит мокрый лоб, а я ладонью стираю с него испарину. Заправляю прядь взмокших волос за ухо, наклоняюсь и зачем-то целую ее в висок. – Ты идиот? – шипит она в перерывах между потугами.

Похоже, да. Идиот хронический.

– Хм… Ты не болтай, лучше на деле сосредоточься, а? – нервно хмыкаю. – Новый год на носу, а ты тут людей задерживаешь, – пытаюсь неудачно пошутить, чтобы отвлечь ее от боли. – Я рядом посижу, не обращай внимания, – опускаюсь на табуретку, которую подносит мне акушерка, и беру Киру за руку.

– Извращенец, выйди… Ай-к, – икает, сжимая мою ладонь и врезаясь в нее ногтями. Ощутимо царапается. – Не муж он мне! – орет что есть мочи. – А-а-а!

Тяжело сглатываю ком паники, чтобы не завопить в унисон.

Доктор, помогите! Нам обоим…

Глава 6. Не отпущу

– Ой, не обижайся, мамочки в родах и не такое мужьям кричат. Тебе еще повезло, что не матом, – подбадривает меня акушерка.

– Ничего, можно матом, потерплю, – бурчу, когда Кира затихает и пытается перевести дыхание.

«Лишь бы это скорее закончилось», – добавляю мысленно.

– Ох, ну какой