Потерянный рыбак - Э. Энн Джуэл

— Ничего. Извини. Я не хотела улыбаться. Я сдержусь.

Фишер фыркнул от смеха.

— Ага. Она точно твоя дочь, Рори.

Рори безуспешно пыталась скрыть от меня свою ухмылку.

— Пойдем, дочка. Разве у тебя нет работы, которую нужно найти, или кроссвордов, которые нужно разгадать?

— Кроссворды? — Фишер наклонил голову в бок, что я всегда обожала. Мой маленький щенок. Тогда он был больше похож на волка.

— Да. — Я улыбнулась, гадая, не всколыхнет ли это что-то в его памяти. — Кроссвордист. Слышал о таком?

Я знала, что Рори пропустила это мимо ушей, и Энджи тоже. Но я видела, как дрогнул уголок его рта, прежде чем он покачал головой.

— Я… я не уверен.

— Фишер не любитель кроссвордов. Но он выиграл конкурс орфографии. Правда, детка? Кажется, твоя мама мне об этом рассказывала. — Энджи попыталась продемонстрировать свою компетентность.

Меня взволновало то, что он поделился этим секретом со мной, а не с ней. Может, его память и стерла что-то из его мозга, но только не кроссворды, потому что я видела, как он откликнулся, даже его глаза немного изменились, превратившись в нечто вроде любопытства или удовлетворения.

— Кроссвордист — это человек, который наслаждается кроссвордами или конструирует их, — сказала я.

Фишер…

Этот взгляд. Тот ли это взгляд, который он бросил на меня, когда я впервые рассказала ему о своем увлечении? Тот ли это взгляд, который я пропустила? В тот момент, когда он понял, что я не просто восемнадцатилетняя девушка с уродливо длинными руками, которая не надевает носки под мокасины.

Я не пыталась отбить его у Энджи. Я лишь пыталась найти своего обнаженного рыбака.

Мой обнаженный рыбак любил разгадывать кроссворды.

Мой обнаженный рыбак не стал бы жениться на ком-то только потому, что его семья считала это правильным.

Мой обнаженный рыбак… ну, я не знала, существует ли он еще.

Но мне очень хотелось это выяснить.

— Не обижайся, но это похоже на хобби ботаника.

— Фишер, это некрасиво. — Энджи, благослови ее невежественное сердце, пришла мне на помощь.

— Папа Риз составлял кроссворды. — Рори заняла среднюю позицию. Очень спокойно. Она не пыталась заставить кого-то чувствовать себя плохо.

Фишер несколько раз кивнул.

— Твой бывший муж умер. Верно?

Надо же.

Фишер помнил об этом, но не обо мне.

— Да. Незадолго до того, как Риз исполнилось пятнадцать.

— Ну, сегодня я в ударе. Еще одно невежественное замечание засранца. Может, мне просто принять лекарства и лечь спать?

— Все в порядке, — сказала я. — Уверена, когда-нибудь я найду свою половинку-ботаника. И он найдет мою привязанность к кроссвордам и словам восхитительной. Может быть, даже сексуальной. — Я подмигнула.

Подмигнула.

Моему обнаженному рыбаку.

Потом это случилось снова. Уголок его рта дернулся.

Да, Фишер. Ты моя родственная душа, упрямая задница со сломанным мозгом.

— Уверен, он где-то там. Удачи. — Фишер не сводил с меня глаз.

— Возможно, он прячется. Не все кроссвордисты достаточно храбры, чтобы признаться миру в своей страсти.

— Ммм… — хмыкнул он, легко кивнув мне.

Я завладела его вниманием.

Не его память.

Не его обручальное кольцо.

Не его постель.

Зыбкая почва в лучшем случае, но я приняла ее.

— Ну, спокойной ночи, вы двое, — сказала Рори, когда я последовала за ней к двери.

— Еще раз спасибо, — ответила Энджи.

— Да. Спасибо, — добавил Фишер.

Глава 6

Дорогой потерянный рыбак,

Я только что вернулась домой, проведя несколько недель в Денвере, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. Ты меня не помнишь. Это нормально. Может быть, будет лучше, если ты не вспомнишь.

После пяти лет разлуки, самой короткой в мире помолвки, колледжа, татуировки и серьезных грехов я думала, что покончила с тобой. Я нашла свою страсть и последовала за ней. Я отдала свою девственность достойному мужчине, который, возможно, дорожил ею больше, чем я. И я обрела свой гребаный голос.

А потом я увидела тебя. И это было…

Девять по вертикали. Десять букв. Подсказка: бедствие.

Катастрофа.

Я обнаружила, что записывать свои мысли и чувства — терапевтическое средство. Это был самый простой способ отпустить их. Уже много лет, с тех пор как умер мой отец, я не чувствовала необходимости записывать свои мысли. Но потеря Фишера выплеснула все наружу.

Тревога.

Хаотичные эмоции.

Разрушительная надежда.

Потеря направления.

Я дала себе время. Некоторое время, чтобы разобраться в своих чувствах, прежде чем браться за работу где бы то ни было. Я позволила своим воскресшим эмоциям от встречи с обнаженным рыбаком найти свой выход.

Рори информировала меня о состоянии Фишере во время моего отъезда, чтобы я могла следить за ситуацией. Это не помогало моим эмоциям.

Рори: Фишер чувствует себя лучше. Слегка беспокойно.

Рори: Фишер не может уснуть. Ужасное беспокойство.

Рори: Сегодня Фишер пытался вернуться на работу. Энджи недовольна.

Рори: Мне так жаль Энджи. Это будет долгий путь для нее и Фишера.

Большинство моих ответов были короткими: «Жаль это слышать» или «Очень жаль».

Через две недели Рори позвонила мне.

— Привет.

— Я нашла тебе работу, — сказала она.

Я рассмеялась.

— С чего ты взяла, что я все еще ищу работу?

— Потому что сейчас два часа дня, четверг, а ты ответила на звонок с первого раза. И если бы у тебя была работа, ты бы уже сказала мне об этом.

— Кстати, о работе, разве у тебя нет следующей записи?

— Мой следующий клиент отменил встречу в последнюю минуту. Кстати, о клиентах и работе… Сегодня утром у меня был новый клиент. Знаешь, чем она занимается?

— Вообще-то, нет, — сказала я.

— Она акушерка. Работает в клинике с тремя другими специалистами в этой области. Они занимаются акушерством и всеми видами женского здоровья. Вообще-то я собираюсь начать ходить к ней. Она проверяет гормональный дисбаланс и все такое. Мне бы не помешала хорошая балансировка. Я рассказала ей о тебе, и она сказала, что хотела бы поговорить с тобой о возможности работать с ней, помогать в клинике и во время родов, потому что она только что лишилась своей медсестры, чей муж перевелся в другой штат по работе. Я сказала ей, что сразу же позвоню тебе. Я также дала ей твои контактные данные, так что жди звонка. Она очень рада, что ты почти год помогала акушерке в Таиланде.

— Работа в Денвере?

— Ну… да. Конечно.

— Откуда ты знаешь, что я наверняка все еще подумываю о переезде в Денвер?

Мои отношения с Фишером были гораздо лучше, когда между нами было добрых двенадцать сотен миль. Возвращение в Денвер снова все усугубило бы.