Помолвка на десерт - Нина Харрингтон

Сиенна разочарованно стиснула зубы. Почему он не воспринимает ее всерьез? Как заставить его убраться отсюда?

— Поверь, Мария не обидится. А у тебя масса важных дел. Я справлюсь.

Бретт кивнул:

— Конечно, ты управишься со всем, что взбредет тебе в голову. Кстати, ты права. Четыре часа назад я прилетел из Аделаиды, а последние три месяца целая команда искусных мастеров сдирает обшивку со здания и перестраивает его под мой первый ресторан. Работы затянулись, а ресторан должен открыться через шесть недель. Однако Марии Росси требуется помощь прямо сейчас. Я могу выделить несколько дней, чтобы поставить тратторию на ноги. Это мой долг. И я дал ей слово. Хватит разговоров.

Бретт помахал перед ее носом упаковкой макарон в форме спиралек:

— Ты сегодня ужинала? У меня, например, мозги не работают, когда я голоден. Ты не против, если я приготовлю что-нибудь простенькое?

Сиенна обедала давно и успела проголодаться. А еще продрогла, устала и была растеряна. Макароны оказались бы сейчас весьма кстати: Однако Бретт Камерон не должен знать об этом.

— Ты всегда такой упрямый?

— Всегда. Для меня готовка в радость. И вот еще что, Сиенна. — Бретт так резко сменил тон, что она вздрогнула и повернула голову в его сторону. Поморщившись, он добавил: — У меня есть предложение. Перед тем, как принять решение управлять ресторанчиком самостоятельно, ты, вероятно, захочешь осмотреть зал, а я пока сварганю что-нибудь съедобное. Так мы оба окажемся перед лицом ужасающей ситуации.

Бретт открыл холодильник и притворился, будто изучает его содержимое. Сиенна, осторожно ступая на цыпочках, прошла в коридор.

Бретту следовало держать дистанцию.

Не потому, что Сиенна пугала его, — он ее не боялся.

Он не испытывал страха даже тогда, когда считал себя деревенщиной, а ее наследной принцессой семьи Росси. Во всяком случае, в то время он ощущал себя именно так, хотя Росси приняли его радушно.

Добросердечная Мария сжалилась над мальчиком с дурной характеристикой, когда того отчислили из школы за неуспеваемость и поставили на нем крест. Она дала Бретту понять, что он оказался на ее кухне, — на той самой кухне, где стоит сейчас, — только благодаря своему таланту. Она поверила в его способности, едва он приготовил самое первое блюдо. Хотя Бретт не умел выражать чувства на словах или письменно, он был одержим кулинарией.

Прислонившись спиной к дверце холодильника, Бретт оглядел кухню, на которой провел шесть лучших недель своей жизни. Именно здесь он впервые отведал блюда истинной средиземноморской кухни: настоящие спагетти, а не лапшу из консервной банки; соус из свежих помидоров, а не кетчуп.

Юноше казалось, что для него открылась потайная дверь в иной мир, где царит вечный восторг и, предоставляются новые восхитительные возможности.

Бретт был талантлив. Следовало лишь доказать остальным, что он сможет раскрыть свой потенциал и найти общий язык с опытными шеф-поварами, убеждая их раскрыть свои секреты. Одними из них стали Фрэнки Росси и члены его семьи, являющиеся представителями нескольких поколений кулинаров, знающих толк в домашней кухне.

Фрэнки и его сестра Сиенна с детства знали, что такое замечательная еда. Прежде Бретт так завидовал им, что ощущал почти физическую боль.

И вот он снова в траттории Росси.

Бретт открыл холодильник и достал пластиковый контейнер с двумя большими яркими точками на крышке.

Красная точка означала, что в контейнере находится томатный соус для спагетти, зеленой точкой маркировали соус из овощей с травами и приправами.

Если ничего не изменилось, это та же система обозначения соусов, которую Мария применяла много лет назад, скрывая, что плохо пишет и читает. Похоже, она использует этот маневр до сих пор.

Бретт захлопнул холодильник и закрыл глаза.

Зачем он здесь?

Его ждет Крис. Он должен заниматься новым проектом. Следует создавать ресторан своей мечты, а не мыть полы и подогревать соус для спагетти.

Что он пытается доказать, вернувшись в кухню, где все начиналось? Марии здесь нет. Все в этой крошечной кухоньке застигает его врасплох.

Он испытывает неуверенность. Это чувство по-прежнему сопровождает его, хотя он стал известным человеком. Отчасти в его состоянии повинна Сиенна Росси.

Сегодня ему придется держаться от нее подальше, ибо произошло неожиданное — мгновенная симпатия, взбудоражившая его кровь.

Однажды Бретт уже испытал подобное чувство, когда впервые увидел самую красивую девушку Парижа и был настолько ошеломлен, что боялся заговорить с ней. Как обычно, Бретт спрятал неуверенность за веселой улыбкой и оживленной болтовней — такая маска беззаботности долгие годы защищала его ранимую душу. Иногда он настолько свыкался с этой маской, что требовалось небольшое землетрясение, дабы наружу вышли его истинные эмоции.

Судя по всему, Сиенна Росси оказалась одним из таких сейсмических катаклизмов.

Потрясающая женщина в облегающем черном костюме, эксклюзивных туфлях и провокационной шелковой блузке кремового оттенка кардинально отличалась от пухлой, застенчивой девочки-подростка по имени Сиенна.

В этом-то и проблема. Недавно Бретт три часа разговаривав по телефону с Крисом, пока тот совещался с архитекторами, затем наводил порядок в кухне траттории. И все это время его мозг работал с перегрузкой, создавая всевозможные образы двадцативосьмилетней Сиенны Росси.

Мария сообщила ему, что Сиенна работает метрдотелем и сомелье, но он никак не ожидал увидеть перед собой такую женщину!

Прежде Сиенна зачесывала назад длинные прямые темно-каштановые волосы, чтобы они не распадались на пробор. Но, судя по ее нынешней прическе, пусть влажной и чуть растрепанной, она, вероятно, теперь тратила гораздо больше времени на то, чтобы собрать в хвост ухоженные глянцевые волосы.

Сиенна была потрясающей! Неудивительно, что Бретт разволновался. Возможно, он когда-то не понял, какова истинная природа Сиенны.

Хотя глаза выдали ее.

Бретт узнал бы эти изумительные глаза цвета темной карамели в любом случае, — он провел за обеденным столом Росси достаточно времени, пристально глядя в эти глаза, да и на кухне, изо всех сил стараясь избавиться от общества Сиенны, частенько смотрел на нее.

Она обладала самыми замечательными, нежными и женственными глазами на свете.

Несомненно, за последние десять лет Бретт встретил много женщин, путешествуя по миру. Все женщины, с которыми он общался, усердно работая и улучшая поварские навыки, были чудесными, добрыми, щедрыми и любящими.

Но глаза ни одной из них не могли сравниться с глазами Сиенны Росси. В таких глазах Бретт был готов утонуть.

Эти самые глаза оказались широко распахнутыми от удивления, когда он открыл дверь черного хода; они еще больше округлились, когда он усадил ее на стул.