Сделай со мной... это, госпожа - Анна Жнец

Казалось, этот сильный, опасный мужчина растерялся и не знает, что делать, как реагировать на мою нежность. У меня сложилось впечатление, что он старается не дышать и не двигаться, боясь разрушить нежданное волшебство.

— Теневир, — я гладила его щеку.

— Да. Пожалуйста. Еще раз, — прохрипел дроу. — Мне нравится, когда ты называешь меня по имени.

— Теневир…

Он прикрыл веки, наслаждаясь этой незамысловатой лаской, одинокий, замерзший, нуждающийся в душевном тепле даже больше, чем в телесной близости.

— Давай я обработаю твои раны.

— Какие раны?

— На ноге. От кандалов.

Теневир посмотрел на меня с недоумением. Моргнул по совиному два раза и недоверчиво переспросил:

— Ты хочешь… обработать мои… раны?

Я кивнула.

— Зачем? — пепельные брови эльфа поползли вверх.

— Чтобы облегчить боль, — ответила я. — Чтобы снять воспаление.

— Зачем тебе облегчать мою боль?

Он таращился на меня, как на чудо, и выглядел так, будто не верит своим ушам.

— Хочу позаботиться о тебе.

— Поза… что? Позаботиться?

Казалось, от моих слов его сейчас хватит удар.

— Пойдем к дивану, — я взяла мужа за руку и повела за собой.

Непривычно податливый, он последовал за мной к широкой скамье, застеленной пушистой шкурой и заваленной подушками. Походка у него была неуверенная, какая-то деревянная. Своим поведением я словно выбила почву у него из-под ног.

Теневир сел на скамью. Огромными глазами он наблюдал за тем, что я делаю. Ищу на полках баночку с нужным средством, опускаюсь перед ним на колени и аккуратно смазываю поврежденную плоть вокруг щиколотки, где старое железо счесало кожу до мяса.

Краем зрения я заметила, что эльф ущипнул себя за руку, затем, не ограничившись этим, царапнул по ладони когтями и улыбнулся, увидев кровь и почувствовав боль.

Да, это не сон. Твоя реальность изменилась. Скоро ты в этом убедишься.

— Ну что, так лучше? — я подняла на него взгляд.

Теневир сглотнул. Когда он заговорил, его голос звучал иначе — мягче, более хрипло, очень тихо.

— Всю жизнь я надеялся, что ты изменишься. Что случится чудо, и моя жена станет другой. Это было глупо. Я смеялся над собой, злился на себя за эти идиотские мечты, пытался убить надежду. А сейчас…

Словно устыдившись своих откровений, Теневир отвел взгляд.

Для него это была неизведанная территория, где он чувствовал себя неуверенно и неловко, наверное, поэтому поспешил вернуться на привычную, проторенную тропу.

— Ну что, потрахаемся? — резко сменил он тему.

Опять двадцать пять!

Ну почему этот мужик такой озабоченный?

Надо переключить его внимание на что-то другое.

— У тебя скоро день рождения, — сказала я, порывшись в памяти Кхары. Даже удивительно, что эта информация сохранилась в ее голове, а не была вычеркнута за ненадобностью. Бывшая хозяйка моего тела ни разу не поздравила мужа с праздником, уже не говоря о том, чтобы этот праздник отметить.

Дроу нахмурился, не понимая, к чему я веду.

— И-и-и? — протянул он.

— И-и-и почему бы нам не выбрать тебе подарок.

Я понимала, что выпадаю из навязанной роли, но мне хотелось избежать очередных домогательств, да и Велн сказала, что пора сменить кнут на пряник. Чем не повод проявить себя с лучшей стороны?

Несколько секунд Теневир таращился на меня с открытым ртом. Затем коснулся своего лба, как это делают люди, когда проверяют температуру. Наверное, решил, что у него жар и как следствие — слуховые галлюцинации.

После он дотронулся и до моего лба, видимо, предположив, что лихорадка и бред не у него, а у меня.

— Ты в последнее время с лестницы не падала? — уточнил дроу. — Головой о ступеньки не ударялась?

— По-твоему я не могу осознать свои ошибки и измениться?

— Ошибки? — задумчиво повторил Теневир и окинул меня подозрительным взглядом.

С удивлением я поняла, что больше не боюсь разоблачения. Во-первых, правда слишком фантастическая, чтобы о ней можно было легко догадаться. Во-вторых, странности в своем поведении я всегда могу объяснить тем, что выполняю задание Великой матери, которая приказала мне задобрить моего супруга, могучего воина и мага. В общем, нет смысла волноваться и корчить из себя злодейку.

— День рождения, — шептал Теневир, будто пробуя эти слова на вкус, — подарок.

— Да, подарок. Что бы ты хотел, чтобы я тебе подарила?

— Я могу попросить все что угодно?

— Да, — ляпнула я, не подумав.

Серые чувственные губы моего мужа растеклись в коварной улыбке, при виде которой я тотчас пожалела о своих словах.

— То есть нет. Не все. В меру разумного.

Теневир ухмылялся, хищно сверкая желтыми глазами. Под его взглядом я ощущала себя добычей, которую в мыслях уже обглодали до костей.

— В меру разумного, — повторила я. — Ты услышал?

Дроу шагнул ко мне, я попятилась. Это постоянное наступление-бегство уже стало нашей доброй традицией.

— День рождения через неделю, — напомнила я слабым голосом. — Подарки раньше времени не дарят.

Боже, я пыталась избежать приставаний, а в итоге сама себя загнала в ловушку. Сейчас этот озабоченный тип как выберет себе подарочек. Какой-нибудь, связанный с языком или бешеными скачками.

— Не через неделю, — поправил меня муженек, — завтра. Ты забыла, Кхара, моя любимая госпожа. Мой день рождения завтра. И да, я уже придумал себе подарок, — он медленно, невыразимо порочным жестом облизал губы. — Стой на месте, не убегай, я прошепчу свое желание тебе на ушко.

Ой-ёй-ёй… Как же я влипла!

Теневир скользнул ко мне с текучей, поистине звериной грацией.

На нервах я выдала:

— У меня эти дни!

Дроу нахмурился. Я заметила, что он всегда сводит брови, когда чего-то не понимает.

— Эти дни? — переспросил он. — Какие эти?

— Красные.

Господи, дай мне провалиться сквозь землю!

— Типа настроение плохое? — уточнил дроу и добавил с улыбкой голодной акулы. — Так мы это быстро исправим.

— Дни, когда нельзя заниматься сексом.

Унизительно, но почему я раньше до этого не додумалась? Универсальная же отмазка, даже более надежная, чем внезапный приступ головной боли.

Теневир смотрел на меня с насмешкой, ничуть не разочарованный, и это настораживало.

— Ты врешь, моя госпожа. Никаких этих дней, — он выделил интонацией слово «этих», — у тебя нет. В такие дни у тебя