Мне тебя навязали - Лариса Петровичева

– А вы мир сейчас спасли, ваше высочество. Всех нас. Ничего, ничего, Бог даст, он и не зайдет к вам больше, – Динграсс вогнала в прическу последнюю шпильку, довольно кивнула и повлекла Адемин к дверям.

Сейчас, когда самое страшное было позади, Адемин наконец-то смогла справиться с собой. Обезболивающее заклинание отступало, между ног все горело и саднило, словно там была огромная открытая рана. От прохладного шелка дорогого белья жжение почему-то становилось сильнее.

Но она смогла все это пережить. Она справилась.

Они сделали то, что должны были. Спасли мир от несуществующих чудовищ. У них больше нет причин встречаться.

И вот теперь Адемин по-настоящему не знала, что ей делать.

“Это не магия дома дин Валлар” – слова Рейвенара гудели в ушах набатом, грохотом и ревом бесчисленных колоколов, который не давал сосредоточиться.

Получается, Адемин не дочь короля Геддевина? Получается, мать лгала ему, а сама была с кем-то другим – где его найти теперь, этого другого, где узнать правду о себе…

Путь до кабинета казался бесконечным. Охрана пограничного пункта, почетный караул, какие-то чиновники и письмоноши – все они замерли вдоль стен, все склоняли голову перед той, над которой надругался их принц.

И никакого мира-то они не спасли! Все было напрасно.

От собственной беспомощности хотелось рыдать по-бабьи, во весь голос, но Адемин поклялась, что не будет этого делать. Рейвенар насмотрелся на ее слезы, хватит с него.

И сейчас он был в отчаянии, густо перемешанном с гневом. Лицо потемнело и осунулось, в глазах кипело такое пламя, что Адемин невольно сделала шаг назад. Вся ее решимость испарилась без следа.

– Я не дочь своего отца? – повторила она за ним, и Рейвенар бросил на нее такой взгляд, который обжег сильнее удара. – Я впервые об этом слышу.

Рейвенар взял свой сюртук, принялся одеваться. Адемин заметила, что его пальцы дрожат.

Кажется, не одной ей сегодня плохо – при мысли об этом она испытала холодную мстительную радость.

– Да, ты благородной крови, но не королевской. Иначе твой поток был бы золотым, как и у меня, – процедил Рейвенар. Вынул из кармана серебряную монетку, бездумно принялся подбрасывать и ловить. – И мне никто не поверит, если я об этом расскажу.

– Почему тогда я должна верить? – осторожно спросила Адемин.

Рейвенар посмотрел так, что она сразу же осеклась и с трудом подавила желание опуститься на пол и прикрыть голову ладонями.

– Похоже, твоя мать трахалась налево и направо, а король этого не замечал, – произнес Рейвенар. Подошел к принцессе вплотную, дотронулся до ее щеки – Адемин содрогнулась, испугавшись, что прикосновение оставит ожог на коже.

– Это уже неважно, – прошептала она. – Я принцесса, признанная дочь своего отца. И мы с тобой женаты.

Лицо Рейвенара дрогнуло, словно он с трудом сдерживал проклятие.

– Да, – кивнул он. – Мы женаты. Знаешь, как поступают с предателями королевской крови?

Адемин кивнула. Она читала об этом в книгах и потом не могла спать почти неделю – слишком яркие картинки вставали перед глазами.

– С них спускают кожу, – сообщил Рейвенар. – Если ты хоть словом обмолвишься о том, кто ты на самом деле, я это сделаю с тобой. До самого конца ты будешь в полном сознании, я это гарантирую.

Он говорил очень спокойно, он не угрожал и не запугивал – просто сообщал о своих планах, и в этом будничном равнодушии таился такой сокрушающий ужас, что Адемин закусила костяшку указательного пальца, как в детстве.

Рейвенар печально усмехнулся.

– И думай, чем ты можешь быть мне полезна, – продолжал он. – Чем и как пригодишься. Должно же быть в тебе что-то особенное, кроме лжи твоей матери?

Глава 3

Рейвенар вышел – Адемин смогла опомниться только после того, как вбежала Динграсс, аккуратно, но крепко взяла ее под руку и повела прочь. Снова замелькали бледно-зеленые стены, лица, которые по цвету ничем не отличались от стен, а потом взревели драконы.

В Бергаране тоже были драконы, малондийские зеленые: Адемин ездила на них пару раз, когда сопровождала отца в путешествиях по стране, и сегодня ее привезли на границу двух королевств на драконе. Но вендианские звери были настоящими бестиями – громадные, смуглые, они казались отлитыми из бронзы, и сердце невольно замирало от восторга.

– Я не полечу с ним, – прошептала Адемин, отчаянно надеясь, что Динграсс поймет. – Пожалуйста.

Фрейлина сочувствующе сжала ее руку и повлекла к огромному дракону, который лежал, сложив крылья и устроив голову на лапах. На спине зверя красовался сине-белый шатер, и слуга поднимал полог, открывая проход.

– Он уже улетел, ваше высочество, – ободряюще промолвила Динграсс. – Мы с вами будем на Чернолобом.

Услышав свое имя, дракон шевельнулся, приоткрыл глаза и выпустил струйку пара. На его лбу Адемин увидела черное пятнышко.

Ей помогли забраться по лестнице, устроили в мягчайшем кресле и, когда слуга закрыл полог шатра, Адемин наконец-то вздохнула с облегчением. Рейвенара здесь не было, он бросил новоиспеченную жену, как ненужную игрушку, наплевав на этикет – и не знал, насколько это ее обрадовало.

Шатер плавно качнулся – дракон поднимался на лапы и раскрывал крылья, а потом мягко и беззвучно прянул в небо. Адемин вцепилась в подлокотники кресла, молясь, чтобы шатер, который сейчас казался таким ненадежным, не свалился с драконьей спины. Динграсс сидела напротив, непрошибаемо спокойная, словно такие полеты ей были не в диковинку, и она успела от них устать. Когда дракон набрал высоту, появился слуга – принес поднос с фруктами, сладостями и кофе, и фрейлина посоветовала:

– Возьмите змеиные яйца, ваше высочество. Они обезболивающие.

Адемин протянула руку к разрезанному пополам розовому фрукту, усеянному чешуйками. Белая мякоть была усеяна серыми косточками, вкус был освежающим и сладким, но Адемин почти не почувствовала его.

– Мне нужно будет на кого-то опереться в Вендиане, – сказала она, отложив кожуру. Фрейлина была права: змеиное яйцо и правда смягчило жжение и боль между ног. – Я ведь буду там совсем одна.

Динграсс смотрела с нескрываемым сочувствием и теплом.

– Вы, во-первых, не