Сколько у тебя? 20 моих единственных!.. - Карин Боснак

— Я тебе не рассказала, потому что вовсе не потеряла работу.

Мама издала шумный вздох облегчения.

— Благодарение Господу! — воскликнула она. — Когда в новостях сообщили, что уволили почти двадцать пять процентов персонала, я подумала, что ты наверняка среди них!

— Спасибо за доверие, мамочка, — пробурчала я.

Не обращая на меня внимания, она обернулась к своим друзьям.

— Все слышали? — ликующе заявила мама. — Она сказала, что не потеряла работу!

Когда приятели принялись поздравлять ее, я повернулась к Дейзи и картинно закатила глаза.

— Брось. — Сестра обняла меня за плечи. — Пойдем, познакомишься с Эдвардом.

Проболтав с Эдвардом весь следующий час (и, кстати, это было великолепно), я заметила официанта с мамиными знаменитыми шоколадными конфетами и, извинившись, отправилась на кухню, к их источнику. С тех пор как я начала употреблять шоколад в качестве лекарства, у меня выработалась привычка, и одной штучки будет наверняка мало. Я прихватила целую пригоршню и отправилась наверх, чтобы съесть их в одиночестве в своей прежней спальне. По пути туда я встретила Пэтси. Смерив взглядом кучку конфет у меня в руках, та с отвращением покачала головой. Несколько смутившись, я решила все же не обращать внимания и пошла своей дорогой.

Добравшись до комнаты, я закрыла за собой дверь и шумно выдохнула. Боже, ну и денек, ну и вечерок! Прислонившись к двери, я огляделась и тут же впала в меланхолию. Комната не изменилась с тех пор, как я уехала в колледж. Обои от Лоры Эшли в тон покрывалам от Лоры Эшли в тон занавескам от Лоры Эшли. На стенах по-прежнему висят плакаты «Ар-и-эм» и «Перл Джем». Эта комната застыла в прошлом, в том прошлом, где мир казался одной большой возможностью для реализации.

Думая о собственной жизни, я чувствовала себя неудачницей. То есть я всегда воображала, что к этому времени все устроится идеально. У меня будет не просто работа — а своя собственная компания. Я не только не буду снимать квартирку на четвертом этаже в доме без лифта в Ист-Виллидже — у меня будет собственный лофт в Трайбеке. Я, конечно же, не просто не буду одинока — у меня будет большая счастливая семья.

На комоде я заметила стопку почтовой бумаги с рисунком и подошла, чтобы рассмотреть поближе. В верхней части усыпанного звездочками листка красовалась надпись: «От Маленькой Милашки». Маленькая Милашка — так, бывало, называл нас с Дейзи дедушка. Это было наше семейное прозвище. Подняв взгляд, я уставилась в зеркало и подумала: интересно, что бы написала мне девчушка, жившая в этой комнате — Маленькая Милашка, — на этом усеянном звездочками листочке сегодня, что бы она сказала мне сейчас? Поразмышляв с минуту, я плюхнулась на кровать и потянулась за очередной конфетой. Некоторое время рассматривала ее, жалея себя, а потом вдруг вздрогнула — мне пришла в голову мысль.

Я просто жалкое создание! Совершенно, чрезвычайно и абсолютно жалкое!

Что за идиотка будет страдать в пятницу вечером в своей старой детской, пожирая конфеты? Рыдания над тем, чего у меня нет и что я не сумела осуществить, не сделают жизнь лучше. Как и поедание конфет дюжинами. Боже правый, я всего лишь потеряла работу! Я должна быть со своими приятелями и коллегами, сбрасывать напряжение и вести себя как дурочка, а не торчать в одиночестве, занимаясь самооценкой. Завтра я смогу встретиться лицом к лицу с реальным миром, и послезавтра, и потом.

Я передумала оставаться здесь на ночь и позвонила Мишель выяснить, гуляют ли они еще. Разумеется, они развлекались. Решив, что должна быть с ними, я поднялась и вышвырнула конфеты в окно. Мне не нужна еда — мне нужна выпивка!

Маме и Дейзи я сказала, что получила срочное сообщение с работы и должна немедленно уйти готовиться к утреннему совещанию по преодолению кризиса. Обе мне посочувствовали. Затем я вызвала такси, доехала до станции и успела на поезд в 11.40 до Манхэттена. Очутившись на Центральном вокзале около часу ночи, я сразу ринулась к Мишель.

Всю оставшуюся часть ночи (или утра?) Мишель, мои бывшие коллеги и я вспоминали прошлое, пили за будущее, смеялись, плакали и в конце концов… запели караоке. Потом мы отправились в бар в районе Бойни, потом в Челси, а потом… я не помню, что было потом.