Защитник - Ана Хуанг

К сожалению, Адиль, хоть и был приветлив, был слишком уж дружелюбен. Не в том смысле, что это было неловко, а в том, что «мы должны тусоваться круглосуточно, и я буду каждую минуту говорить тебе в ухо». Пока что единственный раз, когда я не спал и побыл один, был в душе.

— Это было в предыдущей части, — сказал я в ответ на его вопрос. — Слушай, я с удовольствием пообщаюсь позже, но я предпочитаю посмотреть...

— Знаешь, какой его фильм криминально недооценён? — Адиль набросился на мою попытку закончить разговор. Он не был злонамеренным, просто невнимательным. — «Серые псы». Это независимый фильм, не масштабный боевик, но он мне показался очень душевным. Честно говоря, у него есть диапазон, чтобы играть разных персонажей...

— Адиль, — я твёрдо положил руку ему на плечо. — Я ценю твой энтузиазм по поводу актёрской карьеры Рейнольдса, но давай отложим эти мысли до конца фильма, хорошо?

Он кивнул головой.

— Хорошо.

Мне посчастливилось прожить две минуты тишины и покоя (если не считать взрывов на экране), прежде чем Адиль снова заговорил.

— Чувак, сколько, по-твоему, они тратят на спецэффекты для этих фильмов? И как ты думаешь, Рейнольдс сам выполняет трюки? Я слышал, что да, и это безумие, потому что, значит, он действительно прыгал со всех этих скал? Я тоже хотел стать актёром в детстве, но это невозможно...

Я простонал, когда Адиль разглагольствовал обо всех трюках из фильмографии Нейта Рейнольдса. Слава богу, субтитры были включены, потому что я не мог расслышать ни слова из того, что говорили актёры.

Я был экстравертом, но недостаточно, чтобы жить с Адилем.

Мне нужно было найти новое место жительства. Снова.

 * * *

Еще три дня спустя

Единственным другим товарищем по команде, с которым я бы согласился жить в одной комнате, был Ноа Уилсон, наш вратарь. Он был тихим и аккуратным, но у него была дочь-подросток. Жить с ними было бы странно, да и сомневаюсь, что он бы согласился.

Итак, дом Ноа вне списка, и у меня не осталось другого выбора, кроме как снова поселиться в отеле. У полиции не было никаких зацепок, чтобы найти злоумышленника, но чем больше дней проходило, тем сильнее мне хотелось вернуться домой.

— Ни за что, — твёрдо сказала Скарлетт, когда я поднял эту тему на выходных. — Вот так тебя и находят преследователи и чудаки. Они ждут, пока ты подумаешь, что опасность миновала, а потом бац! Они тебя как Тайлера Конли. А потом ты уже истекаешь кровью на кухонном полу с ножевыми ранениями по всему телу.

Мы с Ашером одновременно вздрогнули. Мы сидели в глубине ресторана вместе с Бруклин и другой лучшей подругой Скарлетт, Кариной Ву, которая узнала о моей ситуации с нарушителем. К счастью, нас никто не потревожил, если не считать нескольких недоумённых взглядов.

— Кто-то слишком много наслушался криминальных историй. — Я отпил кофе. Хотя половина моей семьи были британцами, я никогда не был любителем чая. Я был больше поклонником эспрессо.

— Не зря это называют настоящим преступлением, — сказала Карина. — Не стоит недооценивать, насколько испорченным может быть обычный человек.

— Я вообще удивлена, что тебя кто-то преследует, — Бруклин посмотрела на меня невинными глазами. — В одном только этом ресторане так много интересных знаменитостей.

Ашер кашлянул, а я, приподняв бровь, поставил чашку. Я слегка наклонился к ней, ровно настолько, чтобы она поерзала на стуле.

— Ты столько ерунды говоришь, но при этом зациклена на моей жизни. Много проецируешь?

— Пожалуйста. Мне совершенно плевать на твою жизнь. — Её голос звучал легко, но её взгляд задержался на моих губах чуть дольше, чем следовало, прежде чем она отвела взгляд.

Слишком поздно. Я это заметил. Каждый чёртов раз я это замечал.

Мой пульс участился.

— Ты настолько внимательна, что следишь за каждым моим шагом во время матча.

— Я же говорила, что это по работе. — Её лицо залилось краской. — Вот это и есть быть нарциссом? Должно быть, очень утомительно постоянно думать только о себе.

Я ухмыльнулся, точно зная, как она отреагирует на вызов в моём голосе. Её взгляд снова упал на мои губы – именно туда, куда я и хотел, – но она тут же спохватилась и сердито посмотрела на меня.

— Продолжай уклоняться, Лютик, — протянул я. — Однажды ты признаешь правду, и я приму твои извинения.

— Конечно, — сказала она сладким голосом. — Или, может быть, злоумышленник сделает нам всем одолжение и уберёт тебя до этого.

Удивление вспыхнуло, и уже второй раз с момента взлома Бруклин заставила меня неожиданно рассмеяться.

Кому-то её высказывание могло показаться болезненным, но мне понравилась её беззаботная шутка. Я не очень хорошо справлялся с серьёзными проблемами. Это был недостаток характера, который, пожалуй, стоило бы исправить на сеансе терапии, но мир и так был достаточно ужасен, чтобы добавлять к нему ещё и мои беды.

Ментальная спираль, в которую я впадал каждое третье октября, была самым большим погрязанием, которое я себе позволял.

— Лучше не надейся, иначе я буду преследовать тебя вечно, — сказал я. — Если ты сейчас думаешь, что я плохой, подожди, пока я не превращусь в призрака. Я буду невыносим.

Улыбка тронула её губы, но тут же расплылась в прямую линию. Но в её глазах всё ещё мелькали искорки смеха, и этого было достаточно, чтобы я улыбнулся в ответ.

Когда я снова перевел взгляд на сидевших за столом, наши друзья уже перестали разговаривать и смотрели на нас с разной степенью веселья, раздражения и любопытства соответственно.

— Если вы закончили препираться, давайте вернёмся к делу, — сухо сказала Скарлетт. Она привыкла к моим словесным перепалкам с Бруклин. — Мне всё ещё не нравится идея твоего возвращения домой, даже с дополнительной охраной. Есть ли другие друзья или товарищи по команде, у которых ты мог бы остановиться? Я всё ещё считаю, что