Монетка на удачу - Ханна Рио

Сходство невероятное.

Мужчина поднимает руку к женщине за стойкой.

— Мой отец уже здесь? — кричит он.

— Нет, мистер Вече. Его еще нет. Вы подниметесь наверх?

— Да, пожалуйста, пришлите его наверх, когда он придет.

Я застыла на месте, слушая разговор, как будто это последние новости. Мистер Вече. Как в смысле сын Винсента Вече.

Что ж. Это объясняет, почему он такой горячий. Он выглядит примерно моего возраста — что делает его слишком молодым для меня, учитывая, что мои проблемы с отцом всегда заставляют меня тяготеть к мужчинам постарше.

Но что он здесь делает?

И еще — черт — он только что спросил ту женщину, не пришел ли его отец? Значит, Винсент идет сюда? Дерьмо. Блядь. Вот черт.

Я встаю, не зная, вытащить ли мне мою стирку на полпути или оставить ее здесь и вернуться позже, надеясь, что никто ее не украдет и не вывалит на пол.

Я кусаю губу, колеблясь между вариантами.

Я ухожу.

Пойду на риск.

Я поворачиваюсь к двери, и женщина за стойкой регистрации кричит:

— Леди, вам лучше остаться со своей стиркой. Вы должны вынуть ее из барабана, как только...

— Я знаю. Я вернусь, мне просто нужно...

Я поворачиваюсь и врезаюсь прямо в Винсента.

— Мне просто нужно... — бормочу я, когда его запах окутывает меня, и мои мысли уносятся обратно ко всем тем восхитительным вещам, которые он делал с моим телом той ночью.

— Моя маленькая хитрая ворона, любящая воровать сокровища, которые ей не принадлежат. — усмехается он.

Черт.

Он знает.

Очевидно, он знает — это была куча денег.

— Я... могу объяснить. — говорю я дерзко, ухмыляясь ему снизу вверх.

— Неужели? — задумчиво произносит он.

— Ладно — я не могу объяснить. — выдыхаю я, скривив рот набок. — Я хотела кофе, я хотела купить кофе с собой. — говорю я.

— И — это был самый вкусный кофе в твоей жизни — за такую цену, я имею в виду? — Почему он так улыбается? Судя по всему, что моя мать рассказывала мне о мафии, я почти уверена, что сейчас мне отрубят руку в каком-нибудь подземелье. Хотя, зная Винсента, это может означать, что он любит рубить руки, и поэтому он улыбается.

— Кофе был потрясающий. Мне пора. Было приятно увидеть тебя снова, Винсент.

Он обхватывает своими сильными пальцами мою руку, удерживая меня на месте.

— Куда тебе нужно так спешить? — спрашивает он, притягивая меня ближе, шепча слова мне в ухо, отчего дрожь предупреждения пробегает по моей спине.

— Я ищу работу. У меня собеседование. — Это только наполовину ложь.

— Отмени его. — приказывает он мрачно.

— Не могу. Мне нужна работа. — заикаюсь я.

— Отмени. У меня есть для тебя работа.

Почему мне хочется делать именно то, что он мне велит? Я бунтарка. Я не должна хотеть делать то, что он велит. Но в то же время я и не хочу, и хочу испытать судьбу с ним, посмотреть, что будет. Боже. У меня проблемы.

Я громко вздыхаю и закатываю глаза.

— Выполняя что именно? Твою стирку? Чистку твоего унитаза?

— Нет. Ты будешь работать в моем доме моим личным помощником.

— Твоей домработницей. Значит, не только твою стирку, но всю твою уборку. Полагаю, ты ожидаешь, что я буду носить один из тех нарядов французской горничной? — говорю я саркастически.

Он усмехается, облизывая губы.

— Можешь носить — я точно не буду жаловаться. Но ты не будешь ничего убирать. У меня есть домработница. Ты будешь заниматься планированием моих поездок, моего отдыха, моего светского календаря. И я уверяю тебя, оплата тебе понравится.

Он видит, что привлек мое внимание, потому что чувствует себя достаточно уверенно, чтобы убрать свою стальную хватку с моей руки — полностью уверенный, что я не сбегу.

— Так настоящий личный помощник. В чем подвох? — Я поднимаю брови и скрещиваю руки на груди, выставив одно бедро в сторону.

— Подвох в том, что если ты будешь плохо себя вести — я тебя наказываю.

Мое сердцебиение учащается.

Я кусаю губу.

Черт, Миша. Хватит так думать.

— Обычно меня просто увольняют, когда я плохо себя веду. — Он уже видел образец того, на что я способна, когда мне не нравится, как со мной обращаются на работе.

— Я делаю все по-своему.

Его глаза такие великолепные, что я не могу отвести взгляд.

Безумие, как, судя по его сыну, он становился все лучше и лучше с возрастом. Черт. Он такой сексуальный. Я должна ответить ему. Но вместо того, чтобы обдумывать плюсы и минусы работы на босса мафии, как мне следовало бы — я пялюсь на него.

— Хм. Какая у меня будет зарплата? Что ты предлагаешь? Я не соглашусь ни на что меньше...

— Сумма, которую ты у меня украла. — спокойно говорит он.

Я сильно прикусываю губу.

— Я ее верну. — бормочу я, чувствуя, как щеки заливаются жаром.

— Не нужно. Но эта сумма и есть твое жалованье.

— Ты собираешься платить мне такую сумму ежемесячно? Каждый месяц? — говорю я в неверии. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Нет, моя черносердечная маленькая ворона. Еженедельно. Но это должность с проживанием. И мне нужен твой ответ прямо сейчас.

Он загнал меня в угол. Он знает, что я не могу отказаться от такого предложения, но он безумен, раз вообще его делает. Достаточно безумен, чтобы привлечь мое внимание и завести меня одновременно.

— А если я скажу «нет»? — спрашиваю я, но мой голос выходит шепотом.

Он подходит очень близко ко мне и проводит рукой по моему затылку, запутывая пальцы в моих длинных волосах, он откидывает мою голову назад, наклоняя мое лицо к своему. Он прижимается губами к моему уху.

— Мы оба знаем, что ты не скажешь «нет», Миша. — Его голос вибрирует во мне, когда он прижимается ко мне бедрами, давая мне почувствовать, как его член становится тверже.

Мои колени слабеют, а сердце бьется так быстро, что у меня кружится голова.

Я прижимаюсь к нему и осторожно кладу руку на его твердую грудь, делая резкий вдох.

— Так я и думал. — смеется он, выпутывая пальцы из моих волос.

— Ты знаешь, где я живу. Ты начинаешь завтра в десять утра. Не опаздывай, иначе будешь наказана. — предупреждает он меня. — Тебе нужно, чтобы я организовал водителя забрать твои вещи?

Я качаю головой.

— Нет, я буду там. — осторожно говорю я.

— Очень хорошо. — бормочет он, его голос обволакивает меня, как растопленное масло. Горячее растопленное масло.

Он проводит рукой по моей челюсти, подмигивает мне, и вот