Слабонервным не входить! - Наталья Юнина

– Ага.

– А у меня есть вопросы. Зачем тебе эта работа?

– Хочется что-то поменять в жизни. Найти вдохновение, – совершенно серьезно произношу я. – Хотите погуляю на ночь с Геной?

– Вечером себя выгуливаю я. Так что, нет, – Полуянов откидывается на спинку дивана и принимается потирать подбородок, при этом рассматривая меня. Становится в очередной раз неловко.

– Ну, все? Я могу идти?

– Нет, – он встает с дивана и куда-то уходит. Я же пялюсь на Гену, который однозначно чем-то обладает. – Подписывай, – передо мной на столике появляется договор. Не раздумывая ставлю свою подпись. – Теперь можешь идти.

Надеваю плащ и мне тут же прилетает вопрос, от стоящего рядом со мной Полуянова.

– Почему оставила такую фамилию? Сильно любила мужа? – и тут из меня вырывается смех.

– Это моя девичья фамилия. Я ее не меняла при замужестве.

– Почему?

– Потому что фамилия мужа мне не зашла.

– И какой бы ты была, если бы взяла его фамилию?

– Шавкина.

– Хм…пожалуй, Вменько действительно лучше.

– Вот и я так подумала. Тогда до свидания.

– Стой. А ты всегда такая?

– Какая?

– Такая.

– Нет. Только по выходным.

– Сегодня среда.

– Значит, по средам тоже.

– И по понедельникам, вторникам, четвергам, пятницам?

– Вероятнее всего, да. До свидания.

Глава 5.

Какая-то противная тварь все жужжит и жужжит под ухом. И жужжит, и жужжит. Убью. Нехотя разлепляю веки. Тварь оказывается вовсе не мухой или комаром. И даже не Катей. Та мирно спит, после выпитого шампанского, на свободной половине кровати. Это мой мобильник. На экране два пропущенных от Полуянова и сообщение.

06:40

 «Гулять с Геной не надо. Жду тебя в 9:30 в офисе»

Придурок. Еще бы в пять написал. Если гулять с собакой не надо, какого хрена написал в такую рань? Паскуда. Наверняка, проверяет мои нервы на прочность. Если бы не сообщение, которое вывело меня из себя, я бы с легкостью заснула и проспала еще полтора часа. Но Полуянов решил меня вывести из себя окончательно. На экране вновь загорается его имя. Мысленно чертыхаясь, я все же беру трубку.

– Да, – как можно спокойнее произношу я.

– Проснулась. Доброе утро, Наталья.

– Я бы так не сказала. Не подскажете, Александр Вовович, зачем писать сообщение в такую рань о том, что не надо гулять с собакой, если я и не собиралась?

– Чтобы ты сегодня проснулась рано и легла до полуночи. Надо вырабатывать режим, Невменько. После тридцати он особенно важен. Ложиться в десять, вставать в семь. Я правильно понимаю, что Вовович это аналог Невменько, при плохом поведении?

– Вы чертовски проницательный мужчина.

– Твой начальник. Про субординацию слышала?

– Никаких поползновений на ваш счет не будет. Не волнуйтесь.

– На обед я хочу плов не из баранины, салат из помидор, болгарского перца, красного ялтинского лука, заправленный нерафинированным подсолнечным маслом, – чего, блин? Какой еще нафиг лук для человека, работающего с людьми? – На десерт булочки с маком, – а пятая точка не слипнется? – Не опаздывай.

Как только я кладу трубку, Катя тут же вылезает из-под пледа.

– Не волнуйся, Наточка, я все приготовлю, – сонным голосом произносит Катя. – Но давай мне немного денюжек, которые он будет давать на покупную еду. Окей? Мы же сэкономим на готовке.

– Конечно. Все твои.

Учитывая Катину любовь к кулинарии, и ее действительно вкусную еду, почему бы и да.

Моя золушка тут же встает с кровати и принимается за готовку.

***

Вот уж о чем я не подумала, когда решила устроиться на работу – это об общественном транспорте. Я не была в метро сто лет. Аккурат со времен студенчества. И еще бы столько не была. Вдохновение покинуло чат. Проблема в том, что добираться на такси – это полтора часа по пробкам. В лучшем случае. Так ли нужна мне эта работа? Собаку свисну, да и все. Или просто буду ее выгуливать.

– Мне надо тебя толкнуть или щипнуть, чтобы ты услышала? – перевожу взгляд на Катю.

– Что?

– Тебе он действительно не нравится? Смотри, какой красавчик, – она тычет мне телефоном в лицо. На экране маячит фото полуголого Полуянова.

Даже не знаю, что меня больше удивляет. То, что у него тело в татуировках или то, что Катя раздобыла такое фото.

– Некрасивый. Еще и в наколках. Убожество.

Вру. Надо быть отбитой дурой, чтобы не понимать, он привлекательный мужик даже без статуса и денег. Морда тянет на крепкую восьмерку. Темноволосый, кое-где чуть просматривается седина, но это его, как ни странно, не портит. Наоборот. Не качок, но тело весьма подтянутое для сорока одного года. Плечи широкие, что немаловажно. О чем я действительно не лукавлю, так это о татуировках. Редкостная гадость. А когда их не одна. Бррр.

– Почему? Это же чисто твой типаж в романах. Не носатый, не ушатый, не губатый. Голубоглазый, темноволосый. И никаких тебе волевых подбородков, о чем пишут другие лырщицы. И он даже не Марат, не Ренат, не Динар. И даже не Шамиль. Обычный Саня.

– Лырщицы?

– Ну да. Лыр – любовный роман. Вот ты и лырщица.

– Ты еще назови авторка. Сразу в табло получишь.

– Ой, прости. Не думала, что лырщица обидно. Мне кажется, прикольно звучит.

– Тебе кажется.

– Все, все не буду. Ну, блин, мужик-то красивый. Я бы про такого точно роман написала, если бы могла. И назвала его как-нибудь: «Ромашка для не сурового Сашки» или «Не Марат, но полулютый Сашка для полутрепетной Наташки». А может, «Марат в отпуске, или полусуровый Санек разбудит твой пенек»?

– Пенек?

– Ну, дупло как-то не в рифму. В принципе, можно что-нибудь типа: «Полубешеный Сашка для суровой Наташки».

– Полубешеный?

– Ну а какие там были еще? А, точно, буйный. Значит, «Полубуйный Сашка для полуневинной Наташки».

– Какие-нибудь варианты еще будут?

– «Возьму тебя, Наташка, твой не буйный Сашка»? Ну, если не кавказские мотивы, то: «Миллиардер Сашка для патологоанатома Наташки».

– Помнишь я тебе говорила, что ненавижу, когда меня зовут Наташка?

– Помню.

– И?

– Поняла. «Полубуйный Шурик для нетрепетной Натулик», – Господи, угораздило же