Любовь и прочие неприятности - Ким Лоренс

— Вы меня не увольняете? — Зои опустила голову, в ужасе чувствуя, как на ее глазах выступают слезы облегчения.

— Я даю вам испытательный срок, месяц.

— Вы не пожалеете.

Исандро был уверен в обратном.

— Другая девочка. — Он тронул кресло, на котором она крутилась. — Рыжая.

— Джорджи. Джорджина.

— И она… — нетерпеливо подтолкнул мужчина. «Как воду из камня выжимать, в самом деле!»

— Моя племянница, — отозвалась Зои со счастливой улыбкой. Она больше не была бездомной, безработной и практически нищей, так что он мог смотреть на нее сверху вниз сколько пожелает.

— Надолго она здесь?

— Она и ее брат Гарри живут со мной.

Мысленно Зои все еще слышала телефонный звонок от Лауры, когда УЗИ показало двойню. «У нас и мальчик и девочка, Зои, ну разве мы не везунчики?»

Исандро поднял взгляд от документов на столе:

— С вами живут двое детей? Это неприемлемо. Найдите для них другой вариант.

Зои уставилась на мужчину, глубоким вдохом пытаясь справиться с поднявшейся волной гнева.

— Другой вариант? Какой, например?

— Представления не имею, — нахмурился Исандро. — Я не разбираюсь в детях.

— Зато явно разбираетесь в недвижимости. В этом доме двадцать спален…

— Хотите занять пару? — Мужчина иронично приподнял бровь. — Или уже это сделали?

«А ведь это может оказаться не такой и шуткой, — подумал он. — Девчонка чувствовала себя тут как дома».

Зои вспыхнула и прикусила губу:

— Конечно нет!

— Значит, вы признаете, что детям тут места не хватает?

— Мы устроились. — Квартира входила в условия контракта, и поместье располагалось недалеко от школы двойняшек, что было совсем волшебно. Исандро задумчиво потер подбородок:

— Поправьте меня, если я ошибаюсь…

«Ну да, конечно, — мысленно фыркнула Зои, стараясь удержать на губах спокойную улыбку идеальной экономки. — Интересно, его вообще кто-нибудь осмеливается поправлять хоть когда-нибудь?»

— Мне казалось, в квартире экономки только одна спальня.

— Она очень просторная, а в гостиной есть отличный раскладной диван.

— Вы спите на диване?

Если бы Зои сказала, что ночует на скамейке в парке, Монтеро вряд ли мог ужаснуться больше.

— Меня все устраивает. — Она встретила его недоверие улыбкой. Если он ждал ее жалоб, Зои не собиралась оправдывать эти ожидания. — Я всегда встаю раньше детей, а они ложатся раньше меня. — Ее куда больше беспокоило, как бы свести концы с концами, а не как добыть собственную комнату.

— Другими словами, все идеально.

— Не идеально, — уступила Зои, делая вид, что не слышит его сарказма. — Но годный компромисс. И если вы думаете, что племянники могут помешать моей работе, то все совсем наоборот.

— Как именно?

— Ответственность за семью делает меня супернадежным работником. — «А гордость — роскошью», — саркастически добавил ее внутренний голос.

Исандро скользнул взглядом по изгибу ее потрясающе сексуальных губ:

— То есть вам настолько нужна эта работа, что вы готовы проглотить все те оскорбления, которые крутятся у вас на языке?

Вообще-то у нее на языке крутилось запретить ему таращиться на ее рот.

Зои с ностальгией вспомнила те времена, когда ее финансовые трудности решались легко и просто — не купить очередную желанную пару туфель или реже ходить в кафе. Эти времена остались в прошлом. Она до сих пор содрогалась от цены новой школьной формы, а деваться было некуда — из старой двойняшки выросли.

— Вы так говорите, как будто они с вами надолго. Я думал, вы взяли их на каникулы.

«Ох, было бы здорово, если б он и дальше так думал! Все равно он тут почти не бывает… Но нет, надо же мне было рот открыть…»

— Нет. — Зои сглотнула. — Они дети моей сестры. Она и ее муж умерли. Я опекун двойняшек.

— Мне жаль.

Она кивнула, не глядя на него, чтобы нечаянно не сорваться. Согласно мнению психологов, ярость являлась нормальной стадией переживания горя и должна была рано или поздно пройти. Но даже спустя полгода у Зои все еще сжимались кулаки от бессильного желания свернуть шею тому пьяному малолетке, который вылетел на встречную полосу.

— Неужели больше никто не может взять на себя заботу об этих детях? — Исандро смерил ее взглядом и качнул головой. — Вы слишком молоды для такой ответственности. Сколько вам?..

— Двадцать два, но это не важно. Лаура была моей единственной семьей, а у Дэна вообще никого больше нет. Так что или я, или соцслужба.

И второго варианта Зои не допустит. У двойняшек будет нормальное детство, даже если ей придется ползать перед Монтеро на коленях.

Исандро цинично осмотрел ее потрепанные джинсы и свободную футболку.

— Что-то говорит мне, что должность экономки — не мечта всей вашей жизни.

Облизнув губы, Зои попыталась угадать, каким может быть правильный ответ. В конце концов она решила, что честность — лучший вариант.

— Я никогда не могла выбрать что-то одно, чем хотела бы заниматься. — Ей казалось, у нее еще много времени, чтобы определиться с этим выбором. Ей нравилось путешествовать, нравилось знакомиться с новыми людьми и искать новые впечатления. А потом Зои пришлось быстро повзрослеть, и теперь она готова умолять этого ужасного человека, если это позволит сохранить остатки ее маленькой семьи. Зои одарила мужчину улыбкой, как она надеялась, спокойной. — На всех моих предыдущих должностях я работала с полной отдачей, и никто никогда не жаловался…

— На всех? И сколько их было? — поинтересовался Монтеро.

«Зои, вот что тебе стоило держать рот на замке?» — Это важно?

— Важно, если вы уходили после недели работы, раньше, чем кто-либо успевал пожаловаться.

Девушка прикусила губу.

— Мистер Монтеро, пожалуйста, дайте мне шанс. Я сделаю все, что угодно, чтобы сохранить эту работу. Все, что угодно, — повторила она твердо.

— Все?..

Странная интонация бархатного голоса снова вызвала дрожь в ее груди, но Зои не могла отступить. У нее не было выбора. Она кивнула:

— Абсолютно все.

Исандро невозмутимо стряхнул невидимую пылинку с рукава:

— «Абсолютно все» может включать слишком много вещей, мисс Грейс. Если вы предлагаете услуги сексуального характера, должен сказать, что я обычно получаю их даром.

Теперь Зои дрожала от жаркого гнева. Мужчина явно дразнил ее, зная, что она не в том положении, чтобы дать достойный ответ. Ее мнения о Монтеро это не улучшило. Зои потерла о бедро ладонь, которая зудела от желания дать ему пощечину, чтобы стереть с красивого лица самодовольное выражение. «Что, если он в самом деле?..» Зои отбросила эту мысль и постаралась не покраснеть. Монтеро явно слишком высокомерен, чтобы тащить в постель прислугу. «Но что, если все-таки?..» Тело Зои отозвалось на упрямо вернувшийся вопрос, и она не смогла остановить физическую реакцию, неумолимую в своей первобытности. Все, что Зои могла, — спрятать глаза, обнять себя руками и радоваться, что футболка на ней достаточно свободная, чтобы не обтягивать напрягшиеся соски. Но от горячей волны в низу живота это совершенно не спасало, и девушка почувствовала, как горит ее кожа. Сделав новый глубокий вдох, Зои чуть приподняла плечи.