Убийство в сахаре - Джоанна Флюк

— Здесь он вряд ли появится. По крайней мере, не сегодня. Он весь день мотается по совещаниям: нужно скоординировать работу нескольких отделов. Так что, когда все закончится, он, скорее всего, поедет сразу домой. Передать ему что-нибудь, если он позвонит?

— Нет, не стоит. Все равно я его сегодня увижу. Спасибо, Барбара.

Всю дорогу в досуговый центр Ханна уговаривала себя, что ничего плохого не случится. Передав Эдне ее тефтели, она вернулась в «Корзину печенья» как раз к полудню. Обычно в это время кафе было набито битком: люди приходили выпить послеобеденную чашку кофе и съесть печенье на десерт. Ханна села за кассу и заодно отпускала заказы тем, кто хотел взять печенье с собой, а Лайза обслуживала столики. Эту стратегию они выработали, как только начали работать вместе. Когда клиенты уже начали расходиться, Ханна увидела в дверях знакомое лицо. Это был Норман. В руках он держал фирменный пакет из «Бабушкиного чердака».

— Привет, Норман! — радостно улыбнулась ему Ханна. Хотя Норман и не был голливудским красавцем — брюшко потихоньку росло, а волосы редели, — для Ханны он был одним из самых привлекательных мужчин, которых она когда-либо встречала. Норман был очень открытым и добрым человеком, и, что самое главное, у них было общее чувство юмора. Как говорили Делорес с Кэрри (возвращаясь домой с очередного собрания Клуба поклонниц эпохи Регентства): «Эти два голубка созданы друг для друга».

Норман повесил куртку на вешалку у входной двери и подсел к стойке.

— Кофе? — предложила Ханна.

— Конечно. Здесь готовят самый вкусный кофе в городе. И печенье на твой выбор. Сегодня мне хочется рисковать.

— Рисковать? — Ханна обернулась и оглядела стоявшие за ее спиной корзинки с печеньем. — Вишневая Бомба подойдет?

— А что это?

— Печенье по рецепту бабушки Ингрид. Новинка нашего меню.

— Отлично. Буду твоей морской свинкой, — заявил Норман, сморщил нос и закрутил им туда-сюда, нюхая воздух.

— Ты сейчас вылитая морская свинка из «Детского уголка»! — улыбнулась Ханна.

— Мы с ней, кстати, недавно встречались. В среду звонила Дженис Кокс — у мисс Шерстки между зубов застряла семечка.

— Она вызвала тебя прямо в «Детский уголок»? — спросила Ханна. Она вдруг вспомнила, что они с Норманом не созванивались несколько дней.

— Конечно. Сейчас у мисс Шерстки все в порядке. Семечку я удалил.

— Как тебе это удалось?

— Главное — действовать осторожно. И быстро, — Норман посмотрел на печенье, которое Ханна положила перед ним. — Похоже на маленькие белые бомбы. Даже бикфордов шнур есть.

— Это торчит вишневый хвостик. На самом деле это запеченные в тесте вишни. А белые они потому, что покрыты сахарной пудрой. Берешь вишню за хвостик и ешь.

— Понял, — Норман отправил печенье в рот и принялся жевать. — Вкусно! Вишня как будто взрывается, когда ее раскусываешь. Настоящая вишневая бомба!

Съев второе печенье (по словам Нормана, оно оказалось таким же вкусным, как и первое), он поставил на стойку пакет из «Бабушкиного чердака».

— Это прислала твоя мама.

— Что это?

— Антикварная лопатка-нож для торта. Она сказала, что может доверить доставку только мне.

Ханна достала из пакета деревянную шкатулку, украшенную искусной резьбой.

— Ты ее уже видел?

— Да. Очень красивая. Посмотри сама.

Ханна полюбовалась изысканной резьбой, а затем открыла шкатулку и ахнула.

— Потрясающе! И совсем не то, что я ожидала.

— То есть?

— Она уже, чем обычная лопатка. И, кажется, гораздо острее.

— Твоя мама сказала, что ее сделал специально для придворных торжеств один знаменитый оружейник того периода.

— Теперь понятно, почему она такая острая. Ручка в форме елки просто прелесть. И камушки на ней очень красивые.

— Эти камушки на самом деле сапфиры, рубины и изумруды. А звезда на верхушке — настоящий бриллиант. Так что лучше тебе спрятать эту лопатку в надежное место.

— Уже прячу, — осторожно закрывая шкатулку, сказала Ханна. — Наверно, она стоит кучу денег?

Норман оглянулся по сторонам, но никто из посетителей не обращал на них внимания.

— Да, если это не подделка. А все в «Бабушкином чердаке», включая Луэнну, считают, что она подлинная.

— Спасибо за предупреждение, — Ханна убрала шкатулку обратно в пакет и спрятала под прилавок. — Лучше не доставать ее, пока не придет время резать торт, а то кто-нибудь может принять ее за нож для разделывания индейки.

— Даже если примет, она ему не понадобится. Индейку по рецепту Роуз готовлю я, и Роуз клялась, что мясо будет само отставать от костей.

— У Роуз индейка — пальчики оближешь, — согласилась Ханна и посмотрела в окно. Прищурившись, она сказала со вздохом: — Ну вот, так и знала! Снег пошел. Хорошо, что нас, миннесотцев, вьюгой не испугаешь. К ужину и танцам все соберутся — если, конечно, не начнется настоящая снежная буря.

— Конечно, соберутся. Кто же захочет пропустить рождественский ужин?

Пока Ханна наливала Норману вторую чашку кофе, зазвонил телефон. Она сняла трубку:

— «Корзина печенья». Ханна слушает.

— Здравствуй, Ханна. Это Курт Хоув.

— Привет, Курт, — поздоровалась Ханна. Неужели что-то случилось? Курт был редактором «Снеди-пресс». Когда он звонил Ханне в прошлый раз, то попросил сдать все рецепты на несколько месяцев раньше срока, указанного в контракте. — Надеюсь, ты не собираешься снова изменить срок сдачи?

В трубке послышался смешок.

— Не волнуйся. Я только хотел спросить про один рецепт из твоей книги.

— Какой?

— Кексы в Помадно-Сливочной Глазури. Ты уверена, что там нужна сода?

— Сода? — наморщила лоб Ханна.

— Так написано в рецепте.

— Подожди минуту, — Ханна махнула рукой Лайзе и попросила ее сбегать на кухню за списком рецептов. — Сейчас Лайза проверит. Кажется, там должна быть не сода, а разрыхлитель. Иначе кексы слишком сильно поднимутся в духовке, а потом опадут.

— Мы тоже так подумали, поэтому я и решил у тебя уточнить.

Ханна заглянула в принесенную Лайзой папку с рецептами.

— Да, Курт, разрыхлитель. Полторы чайные ложки.

— Значит, мы правильно догадались.

— Прости, мне очень неловко, — сказала Ханна, чувствуя, как ее щеки заливает краска. — Я отредактировала все рецепты, прежде чем их тебе отослать, но этой ошибки не заметила.

— Ничего, такое бывает, особенно когда заранее знаешь, что должно быть написано. Но я звоню не только из-за этого. Я собираюсь приехать к вам на ужин.