Сердце дикарки - Кэрол Финч

Кин с шумом вдохнул, захлебнулся, оперся на локоть и застонал. В голове что-то начало болезненно биться в одном ритме с пульсом.

– Какого черта ты это сделал? – мрачно пробормотал он. Клинт осторожно разглядывал приятеля, опасаясь, не повредил ли удар его рассудок.

– Чтоб привести тебя в чувство, зачем же еще, – ехидно фыркнул он. – Ты хотел, чтоб я оставил тебя валяться этакой кучей на полу? Здесь и так развернуться негде.

Кин с трудом уселся и метнул яростный взгляд на обветренное лицо Клинта.

– Нет. Зачем ты хватил меня по башке дубиной? Тупица!

– Я? – От удивления глаза Клинта стали большими и круглыми, как серебряные доллары. – Да я к тебе и пальцем не прикоснулся, – запротестовал он. – Я нашел тебя на полу, в полной отключке.

Кин заворчал себе под нос, уяснив, что та чертова ведьма хватила его чем-то по голове. Проклятие, эта женщина опасна. Надо было позволить Клинту поиметь ее, горько подумал он.

– А что случилось-то? – полюбопытствовал тот и поднялся, чтобы налить им обоим выпить.

Тяжело вздохнув, Кин через силу заполз на стул, ссутулился и попытался найти положение, при котором голове стало бы легче. Бесполезно. Пульсирующая боль была постоянным напоминанием, что укус Алексы Карвер оказался опаснее ее лая. Он тихо пробормотал «спасибо» и принял поданную Клинтом кружку.

– Мы с леди основательно заспорили, потом появился ее пьяный братец и попытался избить меня, – пояснил Кин, отхлебнув рома. – А когда я стал защищаться, она, должно быть, чем-то дала мне сзади по башке.

Клинт не мог удержать смешка, сорвавшегося с его губ.

– Тебя избила баба? – Он поднял кустистую бровь, потом задрал ногу и уселся на край стола. – Это, пожалуй, первая, которой удалось.

– И последняя, – заверил его Кин негодующим тоном. – Эта ведьма заслуживает того, чтоб повариться в своем собственном соку. Она это получит сполна, когда ее тупоголовый папаша отправится в путешествие через территорию осейджей.

Клинт нахмурился.

– О чем, черт побери, ты тут бормочешь?

– Ее отец и брат подкатывались ко мне сегодня утром и пытались нанять меня проводником до долины Осейдж. Я отказался, и тогда Джастин Карвер отправил свою дочурку как наживку, – просветил приятеля Кин. В голосе его слышалась горечь. – Но даже один раунд с этой адской кошкой – слишком много для нормального человека.

Клинт слегка хмыкнул, проглотил остаток рома и потянулся снова, чтобы наполнить свою кружку.

– Ха, возможно. Но она миленькая штучка. Я таких глазищ еще никогда не видал. А ее тело… м-м-м… заставило меня позабыть о моих манерах, – вслух размышлял старик, уставившись куда-то вдаль, будто снова ему явилось ангельское видение, посетившее хижину.

– Это я заметил, – согласился Кин несколько грубее, чем намеревался.

Проигнорировав упрек, Клинт стащил с головы меховую шапку и поскреб пальцами красноватую спутанную шевелюру.

– А ты уверен, что не собираешься провести их через индейские территории? – спросил он, искоса бросив на Кина осторожный взгляд.

– Я бы эту компанийку не повел, даже если бы на них неслось стадо перепуганных бизонов, – насмешливо фыркнул Кин и одним глотком прикончил остатки рома.

– Но ты же знаешь, с чем они столкнутся, если разозлят осейджей. – Глаза Клинта буквально приклеились к Кину, рассматривая его внезапно протрезвевшим взглядом. – Другие племена уже начали теснить их, и ты чертовски точно знаешь, до каких пор можно толкать вождя По Хью Ска. Кто-то уже довел его до точки. Не скажу, чтобы он благосклонно смотрел, как незнакомцы вторгаются на его землю и топчут священные захоронения. А Льюис и Кларк вообще испортили все дело, прежде чем успели углубиться на полсотни миль. Эти Карверы отправятся прямо волку в пасть и наживут себе кучу неприятностей.

– Ага, а Великий Вождь осейджей поймет, что такое неприятности, когда встретится с этой черноволосой бестией, – с отвращением фыркнул Кин. – И если кого-то скальпируют, то я нисколько не удивлюсь, когда узнаю, что сделала это Алекса Карвер.

– А она резвушка, эта девчонка, правда? – Клинт погладил свою жесткую бороду, чтобы скрыть хитрую улыбку на обветренных, обожженных солнцем губах. – Она ничего себе управляется с метлой. – Он взглянул на Кина, который до сих пор сидел с кислой, как лимон, миной после столкновения с Алексой. – Представляю себе, чего она может натворить, если ей в руки попадет что-нибудь более смертоносное, чем метла.

После этого напоминания о неприятном столкновении с «чем-то более смертоносным» Кин старательно обследовал шишку на затылке.

– Да, она может… – Он отставил кружку, встал в полный рост, прошел и запер дверь, потом растянулся на своей койке. – Думаю, на сегодня довольно, Клинт. Надеюсь, эта ведьма не приснится мне.

Когда Кин наконец устроился под одеялом, Клинт внимательно посмотрел на него, помолчал и наконец решился спросить:

– А что же ты собираешься делать с этими Карверами, а, Кин?

– Наверное, попробую убедить их поселиться у Сент-Луиса, пока правительство не подпишет с осейджами очередной бесполезный договор.

Клинт согласно кивнул:

– Да уж, времени-то уйдет уйма. Пока эти бедолаги-индейцы попривыкнут к мысли, что теперь всякие белые могут топтаться на их охотничьих угодьях. И пробираться в глубь их земель. Чертово правительство, – расстроенно бормотал он. – Они выкорчевывали их, индейцев-то, аж когда еще мы только приехали. Старались силой навязать им свою клятую цивилизацию. Одной рукой раздавали обещания, другой – крали прямо из-под ног их землю. Это злит меня до чертиков. Аж с ума схожу. Бывают времена, когда мне хочется самому стать индейцем. Ага. И самому содрать хоть сколько-нибудь скальпов.

– Может быть и хуже, – пробурчал Кин, натягивая на плечи одеяло и бросая мельком взгляд на Клинта. – Ты мог бы быть полуиндейцем-полубелым, разрываться между теми и другими и никогда не быть полностью ни с кем. Слушать мольбы и жалобы с обеих сторон, которые будут считать тебя безжалостным и равнодушным.

Кин сам был между молотом и наковальней. Его отец, французский траппер, взял в жены скво, когда торговал с осейджами. Кину было всего пять, когда его мать, сестра Великого Вождя По Хью Ска, умерла от холеры, как и множество других индейцев. Вождь горько переживал потерю сестры, и Джек Родано забрал маленького сына, пока он не выместил свое горе на Кине. Но вторая жена Джека и ее сын не приняли Кина. Они с трудом терпели его, пока не умер отец. Хотя Джек и оставил равные доли в своем торговом бизнесе и в игорном доме в Новом Орлеане и сыну, и пасынку, между ними все равно возникли трения. В конце концов Кин сбежал из дому, собираясь вернуться к народу своей матери. Клинт нашел его, шестнадцатилетнего одинокого юношу, когда тот стоял лицом к лицу с дикой местностью, полной опасностей. Клинт практически вырвал его из лап неминуемой смерти, приняв под свое крыло. Обучая его умению жить в глуши, передал весь свой жизненный опыт и с трудом приобретенные знания.