Знатный повеса - Эдит Лэйтон

Бриджет растерянно захлопала глазами. Однако в следующую секунду она сказала, уверенная, что ослышалась:

— Простите?

— За что? — спросил он шутливо. — Вы вроде ничего такого не делали. В отличие от меня. Должен вам честно признаться, задали вы мне работу. Пришлось пораскинуть мозгами. — Синклер откинулся назад, положил руку на перекладину за спиной Бриджет и с улыбкой заглянул ей в лицо. — Поди выколупни моллюска из раковины! Вы думаете, так просто выманить молодую красивую женщину одну из дома? Не мог же я похитить вас или устроить переполох в доме? Задача была не из легких, но в общем и целом оказалась увлекательной. По-моему, операция выполнена отлично. Без сучка, без задоринки. Впрочем, что я тут устраиваю рукоплескания самому себе? Мне интересно услышать, что вы скажете. Вас это не впечатлило?

— Впечатлило?! — закричала Бриджет, вскакивая и озираясь кругом. — Я… я… Это отвратительно! Как вы могли?

— О, прошу вас, сядьте, — сказал виконт спокойно. — Я не хотел обидеть вас. Да, я безнравственный человек. Но развратник — не значит подлец. — И пожал плечами, видя, что она продолжает стоять. — Ну не садитесь, если вам так больше нравится. Как я мог? Да очень просто. Ошеломляюще просто. Всем известно, что лодочники получают гроши и что в Лондоне полно нуждающихся пожилых людей. Им устроили эту милую прогулку в парке. Да еще и деньги заплатили. Ведь для них это все равно что бесплатные каникулы! Во всяком случае, бедняки сами так сказали. Я просто млел от удовольствия. Все-таки приятное это занятие — благотворительность.

— Но гроза, опасность…

— Никакой грозы не будет. Не будет! И я вижу, до вас потихоньку уже доходит. Сообразительность — одно из ваших привлекательных качеств. Ох, Бриджет, перестаньте думать о том, куда бы вам убежать и спрятаться! Конечно, это ваше дело. Я не стану вас удерживать. Поверьте, вам нет смысла никуда бежать. Я просто хочу поговорить с вами.

Бриджет продолжала внимательно смотреть на него, но все-таки села. Действительно, не похоже, чтобы виконт собирался бросаться на нее.

— Почему со мной? — спросила, она в лоб. Спросила как думала. Долгие годы одиночества укрепили в ней эту черту. Сейчас тоже не стоило притворяться.

— .Посмотрите в зеркало.

— Ах, вы все о том же! — с досадой воскликнула Бриджет. Она автоматически провела пальцем по шраму. — Это осталось с детства. Никакой страшной истории за этим нет. Просто несчастный случай. И никак не связано с моим характером.

— При чем здесь характер? — недоумевающим тоном спросил виконт и нахмурился.

— При том, что все так считают. Вот и Сесилия только сегодня сказала, что некоторые мужчины говорили… Да я и сама слышала довольно часто, что определенный тип мужчин менее всего воспринимает меня как леди, а скорее как… блудницу какую-то. Я плохо себе представляю почему. Но как бы то ни было, это неверно. То, что у меня на лице, не означает отсутствие порядочности. Вовсе нет.

Бриджет подняла на него глаза, надеясь встретить понимание.

Синклер продолжал хмуриться:

— Выходит, маленькая Сесилия более изобретательна, чем я предполагал. Во всяком случае, в ней, оказывается, больше желчности, чем ума. Послушайте, Бриджет, я никогда не занимался подобными сплетнями. Это, как вы выражаетесь, меня не привлекает, но и не отталкивает. Я уже говорил вам той ночью на балу. От этого шрама ваша внешность, если хотите, только выигрывает, и ничего более.

— Ничего более? Вы что, слепы? Да это изменило всю мою жизнь! — Бриджет пыталась сдерживать себя, памятуя, что говорит с титулованной особой и что, помимо прочего, сейчас она в его власти. — Посмотрите, здесь целых два дюйма, если вытянуть в прямую линию. К тому же рубец слишком глубокий, чтобы его скрыть под пудрой. Если б я была мужчиной, может, даже нашла бы это привлекательным, как сказала Сесилия. Или отрастила бы усы — и дело с концом! Увы, я не мужчина! И вряд ли им стану.

Он улыбнулся:

— Взяли бы да попробовали. Уж сознайтесь, что трусите как заяц!

Бриджет не удержалась и рассмеялась.

— Но даже если бы вы были мужчиной, — продолжал виконт, — я уверен, вы выставляли бы напоказ свой шрам как свидетельство удали. Говорили бы, что это след от доблестной шпаги со студенческих дней или память о войне. И все леди замирали бы от восторга, глядя на вас. Согласитесь, делали бы что-нибудь вроде этого?

«Слишком плохо, — подумала Бриджет, — что такой страшный развратник кажется столь привлекательным». Она вдохнула поглубже и снова начала:

— Посмотрите…

— Смотрю, — ласково сказал он, — и, похоже, не могу оторвать глаз. Вы не представляете, как вы очаровательны. Вы не знаете. А какой носик! Маленький, точеный, ровненький, как игральная кость! Просто прелестный, даже когда вы сердитесь и морщите его вот так, как сейчас. Если бы я не видел вблизи ваши брови, то подумал бы, что их выписал великий мастер. В вас нет ничего искусственного. А какие глаза! Серые, светящиеся. Кстати, вы знаете, что вам идет сердиться? Ваши уста… Я уже восхвалял их, но почему бы не повторить? Такие изумительные губки, полные, соблазнительные. Да, есть шрам, но он ничего не портит. У вас красивая шея, гладкая, изящная. А какая фигура! И эта пленительная гр…

— Прекратите! — Бриджет закрыла ладонями уши. Синклер наклонил голову набок.

— Я только хотел еще раз сказать о ваших замечательных глазах, — с невинным видом продолжал он, хотя в его собственных вспыхнули веселые искорки. — Однако я забыл о волосах. Если бы вы сняли шляпку… Не снимете? Я так и думал. Тогда мне действительно придется перейти к фигуре.

— Ну уж нет!

— Не в буквальном смысле, конечно, — сказал он с чуть заметной улыбкой. — Я не это имел в виду.