Первый поцелуй - Эмили Роуз

На следующее утро обнаружилось, что у них кончилась еда для кошек. А Перкинс, избалованная, изнеженная персидская кошка, была чрезвычайно разборчива.

— Сегодня прелестное утро, — сказала Джоанна, — я прогуляюсь до магазина и все куплю. Кстати, мне хочется взглянуть на деревню. Пошли, ребята?

Но Мэнди и Стивен были слишком заняты превращением пустующего курятника в помещение для игр. Поэтому Джоанне пришлось отправиться одной. Она с любопытством осматривала все вокруг, возвращая приветствия местным жителям и размышляя о том, что одна из прелестей деревенской жизни — обычай желать встречному незнакомцу доброго утра.

Ветерок, гулявший по главной дороге, облеплял вокруг ног юбку ее розового летнего платья и развевал белокурые волосы. Она наслаждалась этим ветерком, подставляя лицо его чуть солоноватым прикосновениям, напоминающим о близости моря.

Джоанна размышляла о вчерашнем визите в «Яблоневый сад». Это было лучше, чем думать о своих разрушенных надеждах на счастье. С любовью было покончено, и ей следовало смириться с происшедшим. Она была здравомыслящей девушкой, но все еще не могла найти в себе силы ответить на письмо Дона. После нескольких неудачных попыток она отказалась от этой мысли и решила подождать.

Но не только у нее есть проблемы. Слова рыжеволосой девушки из «Яблоневого сада» все еще звучали у нее в ушах: «Если вы и ваша кузина нормальные люди, не советую вам общаться с нами. Это несчастливый дом».

Когда Джоанна возвращалась из дома Хадсонов, мисс Смит появилась у своей калитки и многозначительно намекнула, что из окна ее спальни открывается чудесный вид на подъездную дорожку к «Яблоневому саду».

Девушка принялась рассказывать ей о том, как они обнаружили нож Джейка, и удивилась, поняв, что оправдывается. Совершенно не обязательно объяснять мисс Смит свои поступки… но внутренний голос говорил, что лучше все-таки это сделать. Похоже, они уже вовлечены в какие-то сложные взаимоотношения с соседями и вряд ли смогут совершить что-либо незаметно.

Видавший виды «бентли», который вчера был припаркован у «Яблоневого сада», обогнал девушку. Молодой человек, сидящий за рулем, с интересом посмотрел на нее, затем машина замедлила ход и остановилась.

— Вас не подвезти? — вежливо поинтересовался он.

Джоанна отказалась, сказав, что идет в деревенский магазин.

— Возможно, я должен представиться, — проговорил молодой человек. — Я Ларри Хадсон из «Яблоневого сада».

— А я Джоанна Киркланд из коттеджа «Розмарин».

— Знаю. — Он подмигнул ей. — Никто не может пробыть в этой деревне и пяти минут, чтобы мы не узнали о нем все. А то, что не знаем, мы придумываем.

— Звучит пугающе.

— Так оно и есть!

У него были веселые глаза и дерзкая улыбка. Более изящный, чем старший брат, он скорее походил на Кристину, но глаза его были карими, а волосы — светлыми. Джоанне он показался самым приятным из семьи Хадсонов. Его дружеская непосредственность разительно отличалась и от агрессивности Джейка, и от властности его бабушки.

— Что ж, если вы не хотите, чтобы я подвез вас, отправлюсь своей дорогой… — И он помчался дальше в своем автомобиле.

Джоанна продолжила свой путь, ободренная приятной встречей.

Бакалейная лавка Браунов размещалась в старом коттедже с высокой соломенной крышей и маленькой витриной, где среди товаров, выставленных на продажу, мирно дремал черный кот. Когда Джоанна открыла дверь лавки, зазвонил колокольчик. После ослепительного дневного света глаза девушки на мгновение перестали видеть в темном помещении.

Миссис Браун и Мэри вдвоем вели дело, в то время как мистер Браун на маленьком огороде выращивал овощи для продажи. Это был тихий человек, обожающий играть на трубе. Он чувствовал себя вполне счастливым, копаясь в грядках. Семья жила над лавкой, и из комнаты Мэри открывался прелестный вид на поля и леса вплоть до серебряного устья реки.

Когда Джоанна вошла, в лавке никого не было, но почти сразу же из двери, ведущей в жилое помещение, появилась Мэри. Вид у нее был обеспокоенный.

— Извините, что заставила вас ждать, но мама сегодня не очень хорошо себя чувствует и лежит в кровати… Неужели я забыла что-то из вашего заказа?

Джоанна объяснила ситуацию, добавив, что получила удовольствие от прогулки.

В этот момент сверху донесся голос миссис Браун:

— Мэри! Ты не можешь подняться ко мне, дорогая?

Лицо дочери стало еще более встревоженным.

— Если бы отец смог хоть на некоторое время заменить меня в магазине, но он где-то в саду.

— Ничего, я не спешу.

Миссис Браун снова позвала дочь.

— Иду! — крикнула Мэри. — У мамы сильные боли, и я боюсь за нее. Она не позволяет мне послать за доктором, но если подобное будет продолжаться, я вызову его, ничего не говоря ей. Послушайте… если вы действительно не торопитесь… — Она мгновение поколебалась, потом попросила: — Не могли бы вы заменить меня, пока я поднимусь к маме?

— Разумеется.

— Я не стала бы просить, но у нас как-то стащили немного конфет и сигареты, когда я на минуту вышла из лавки, и мне бы не хотелось оставлять магазин без присмотра. Сейчас поблизости живут цыгане, и некоторые из них нечисты на руку.

Джоанна заняла место за прилавком и внимательно осмотрела лавку с ее пестрым набором товаров, наполненную ароматами сыра и бекона, овощей и кондитерских изделий и иными менее характерными запахами.

Миссис Род, следившая за порядком в коттедже, сообщила, что в деревне есть еще один магазин, более современный, который принадлежал семье Поллард. Но местные жители сохраняли верность старой лавке, хотя сами Брауны приехали сюда совсем недавно. Брауны содержали Рождественский клуб и не только откладывали товары для своих постоянных клиентов, но и позволяли платить за них в рассрочку.

Полларды были очень милой парой, но товары в их магазине стоили дороже, поэтому они обслуживали только наиболее состоятельных жителей.

Не зная о существовании второго магазина, Ева сделала первый заказ Браунам и теперь не решалась изменить свой выбор. В конце концов она решила, что все необходимое будет покупать у Браунов, а к Лоллардам ходить за деликатесами, и сохранит хорошие отношения и с теми и с другими.