Безумства страсти - Эйлин Колдер

– Ну и ну, – выдохнул он. – Неудивительно, что братец не слишком обрадовался моему возвращению домой. Явно хотел оставить живую куклу Барби для себя.

– Не приставай к ней, Денис, ты меня слышишь? – раздался голос Кристиана, и он появился из-за полок, мысленно проклиная себя за то, что в свое время не разглядел под мешковатой одеждой Эйвери роскошное тело.

Регулярная еда и сон сделали ее фигуру еще привлекательнее. Но не увольнять же ее за это! Девушка оказалась умной и работящей, общительной и дружелюбной. Кристиан старался держаться от нее подальше, поскольку понимал, что со сближением приходит постепенное доверие друг к другу и взаимопонимание, а это может привести к самым нежелательным последствиям.

Он был достаточно честен с собой, чтобы признавать: Эйвери его привлекает. Но при этом Кристиан понимал, что их разделяет непреодолимая пропасть.

Денис еще раз окинул девушку взглядом и с невинным видом посмотрел на брата.

– О чем ты?

– Эйви, оставь это, пожалуйста, – велел ей Кристиан, видя, что она собирается продолжить работу.

– Но…

– Я сказал, оставь!

Эйвери выпрямилась и одернула бледно-розовую униформу, которая стала тесна ей в груди, забрала тряпку и спросила:

– Поиграем в перерыв?

– Во что поиграем? – Глаза Дениса чуть не вылезли из орбит от удивления.

– Только не сегодня, – ответил Кристиан. – Послушай, не могла бы ты уйти? Прямо сейчас. Мне нужно поговорить с братом наедине.

Впоследствии он понял, что, велев Денису не приставать к хорошенькой уборщице, сделал только хуже. Ничто не влекло брата так сильно, как запретный плод.

Конечно, Кристиану и в голову не приходило, что Эйвери может быть девственницей, и все же в ней была какая-то чистота, незапятнанность. Именно поэтому ночами он не мог заснуть, думая о ней и одновременно стараясь прогнать неуместные мысли.

Эйвери видела, как сильно различаются братья. Кристиан был действительно старшим – серьезным и ответственным, взявшим на себя труд управлять семейным бизнесом. Денис же относился к прожигателям жизни. И в отличие от брата стремился узнать про девушку все и еще чуть-чуть, компенсируя расспросы ответной откровенностью. Именно от него Эйвери услышала про их детство, про красивую и легкомысленную мать, про серьезного, вечно занятого отца.

Откровенность порой переходила разумные границы. Однажды Денис рассказал ей про постоянные ссоры в семье, про то, как мать изменяла отцу, а тот так любил ее, что прощал и даже помыслить не мог о разводе. Были и другие вещи, которые не следовало бы рассказывать чужому человеку. Возможно именно поэтому Эйвери однажды, поддавшись порыву, поведала ему о своей матери.

Денис отнюдь не был потрясен, просто еще раз оглядел ее с ног до головы и заметил, что, если у матери была такая же красивая фигура, как у дочери, ее профессия не удивляет. Девушка тут же горько пожалела о своей несдержанности, но было поздно.

– Только не говори Крису, – попросила она.

– Почему? – поддразнил ее Денис.

– Ну пожалуйста!

– Хорошо, – легко согласился он. – Не хочешь шокировать моего брата? Ты, конечно, заметила, что нравишься ему.

– Ерунда! Он ценит меня как партнера по игре в карты.

– Вот уж не думаю, – фыркнул Денис. – Раньше он часто играл в бридж с приятелями, но никогда не смотрел на них так, как на тебя.

Эйвери и сама догадывалась, что Кристиан к ней неравнодушен. Порой даже удивлялась, почему он не обнимет ее и не поцелует. Но в глубине души знала ответ: они не ровня. Он хозяин магазина, а она уборщица. И не следует об этом забывать, поскольку Кристиан не забывает.

С каждым днем магазин становился все популярнее. Покупатели приезжали даже из других городов, особенно когда появилась возможность заказывать редкие книги.

Однажды их посетил репортер одной из центральных газет Миннеаполиса. В тот день все трудились как проклятые – магазин сиял чистотой, продавцы любезно улыбались, заказы доставлялись в срок…

В статье «Харлоу Букс» был назван лучшим книжным магазином штата. По этому случаю Кристиан решил устроить банкет для сотрудников, чтобы поблагодарить их за отличную работу, и снял зал в «Олд Тауне».

Для вечеринки Эйвери специально купила в магазине подержанной одежды темно-синее бархатное платье. Оно было, естественно, не новым, но смотрелась в нем девушка великолепно. Последним штрихом послужила нитка крупного жемчуга.

Она тщательно вымыла и расчесала волосы, и они рассыпались по плечам светлыми локонами. В ресторане она веселилась вовсю – пила шампанское, танцевала, зная, что хозяин магазина не сводит с нее глаз. А Эйвери была дочерью своей матери – двигалась просто божественно.

Кристиан никогда ни одну женщину не хотел так сильно, как ее. И когда подали кофе, он перестал бороться с собой и подсел к ней.

– Привет, Эйви.

– Привет.

– Тебе весело?

– Еще бы!

Он коснулся жемчуга на ее шее.

– Красивые. Кто их тебе подарил?

– Мама.

– У нее отличный вкус.

– Собственно говоря, она думала, что они ненастоящие, поэтому и отдала их мне. А оказалось, что это было ее единственное стоящее украшение.

– А где теперь твоя мама? Играет Шекспира в каком-нибудь провинциальном театре?

Эйвери поморщилась. Ей не хотелось говорить неправду, но выбора не было.

– Да нет, она бросила сцену и держит небольшую забегаловку на Восточном побережье.

– Где именно?

– Ты там не окажешься.

Кристиану представился совсем другой мир: пластиковые столики, покрытые грязными скатертями, бутерброды с жирным мясом и запах жареной картошки. Если бы только он не хотел ее так сильно…

– Ты выглядишь просто…

– Как? – кокетливо спросила Эйвери.

– Просто потрясающе, глаз не отвести, – честно признался Кристиан.

Эйвери понимала, что другого раза может и не быть, поэтому наклонилась и слегка коснулась его губ. Он едва не сжал ее в объятиях прямо там, но вовремя вспомнил, где они находятся и что их окружают сотрудники.

– Оставим это на потом, – прошептал Кристиан хрипло.

– Что – это? – продолжала кокетничать Эйвери, искоса поглядывая на него.

У Кристиана кружилась голова, и он с трудом держал себя в руках.

– Как насчет поцелуя? А там посмотрим…

– Ну ладно, – улыбнулась девушка.

– Вот и замечательно, – сказал он. – Еще немного подождем и пойдем.