Рождество наступает все раньше - Валери Блок

В такси Барри нежно и осторожно держал ее больную ногу, которая стремительно теряла чувствительность снаружи и наливалась тяжестью и болью изнутри.

– Мы познакомились в падающем самолете! – сказал он водителю.

Ей хотелось на него шикнуть. Ей хотелось еще раз его поцеловать. В качестве эксперимента она положила голову ему на грудь. Оказалось уютно. Она закрыла глаза.

Автомобиль рванул вперед, потом резко – назад.

– Эй! – крикнул Барри через перегородку. – Мы уже сталкивались сегодня нос к носу со смертью. Не надо так дергать машину.

– Хорошо сказано, – поддержала она. Теперь им снова стало уютно вместе.

– Погоди минутку, – воскликнул Барри. – У меня нет с собой бумажника!

Такси застыло как вкопанное, соседние машины раздраженно засигналили. Водитель сердито уставился на них в зеркало заднего вида.

– У меня есть! У меня есть! – закричала Джастин, размахивая бумажником.

Барри посмотрел на нее так, будто она достала из рукава живого кролика. Они сели прямо и отодвинулись друг от друга. Она думала, успеют ли они проехать хотя бы Трайборо до того, как ей захочется взять свое приглашение обратно. Все это очень мило, когда мчишься к земле с высоты в шесть тысяч метров. А ползти черепашьим шагом к Куинсу в вонючем такси – это совсем другое. Но от нее не требуется принимать никаких решений, пока они не доберутся до ее дома. Она ему ничего не должна. И разговаривать она не хочет.

– Мы вместе побывали на грани между жизнью и смертью, и это приключение нас как-то связало друг с другом, а теперь приходит осознание, что по сути мы – чужие друг другу люди, – вдруг серьезно сказал он. – Это нормально. Я бы предложил пережить еще одно приключение – под душем, но ты не из таких.

– Откуда тебе знать?

– Ты из тех, кто протянет мужчине салфетку в падающем самолете. Что-то мне подсказывает, что тебе нужен собственный душ. – Он широко улыбнулся. – О! У меня дома – как раз два душа.

– Нет, – сказала она. – Домой.

Он был явно разочарован, но не настаивал. Слева угрюмо маячило кладбище, вид был мрачный.

– Мистер Халил Абдул! – крикнул он водителю. – Мы чуть не погибли! И теперь мы знаем, что такое жизнь!

Водитель включил радио. На полную мощность. Воздух затрясся от ужасного шума.

Она и не вспомнила о водителе, после того как села в такси. Обычно она все время настороже – не будет ли он ее клеить, не попытается ли обсчитать или завезти не туда, не будет ли мчаться, как сумасшедший. Снова удивляясь самой себе, она поцеловала Барри в губы. Джастин безошибочно чувствовала, что тут они полностью совместимы, но сейчас ей не хотелось об этом думать. Она слишком устала. Он рассмеялся, как будто изумившись.

Когда они свернули на 7б-ю улицу, она дала ему денег, сказала, чтобы он попросил чек, и поцеловала в щеку. Щека была соленая.

– Ужин? – спросил он.

– Да.

Он взял ее карточку, но рассматривать не стал.

– Сегодня?

– Нет.

– Тогда я тебе позвоню, – сказал он и посмотрел на карточку. – Погоди! Нет! Мне нужен домашний телефон! – Джастин начала было рассказывать, как редко бывает дома, но он перебил. – Мне нужна ручка. Халил! – Водитель дал ему ручку. Барри Кантор записал на карточке ее номер и посмотрел на нее так нежно, ласково и восхищенно, что она чуть не забралась обратно в такси. Он притянул ее к себе и поцеловал в нос.

– Приятно познакомиться, – крикнул он ей вслед, громко и с сарказмом в голосе.

Джастин шла, осторожно ступая по льду в носках «УорлдУайд», голые щиколотки мерзли на ветру, она едва доковыляла до прихожей. Ей показалось, что все вокруг изменилось до неузнаваемости.