Провинциальный роман - Наталия Шумак

— По боку!

— На фиг.

Арина, как обычно, спряталась подальше, в углу. Она стеснялась своих старых кроссовок и заштопанного купальника. Лосины, новые, перламутровые ей подарила Алена. Но, в общем, и целом, одни лосины погоды не сделают.

— Лапки вверх. Улыбаться я одна буду?!! Ку-ку. Лена, покажи мне, как ты умеешь улыбаться. Маша, не горбись! Пузики подбираем. От винта. Процесс пошел. Молодцы!

Бодрый Аленин бас подстегивал нерадивых и задумавшихся. Старательно копируя любимого инструктора, дамы разогревались.

— Арина! Уймись! Перейди на шаг! Не вздумай прыгать. Накажу.

— Как?

— В угол положу.

— Одну? Это не гуманно.

Дамы запищали и завизжали. Алена сделала свирепую морду и рявкнула.

— Продолжают все кроме Лены, Лены и Арины. Они шагают!

В боку закололо. Сердце припустилось вскачь. Просто удивительно, сколько может весить собственная нога в конце занятия. Ее невозможно оторвать от коврика. Тонна. Не меньше. Ух. И еще — ух. Занятие длилось чуть больше часа. Заморенные и счастливые дамы старательно выполнили небольшой комплекс упражнений для растяжки мышц.

— Достаточно.

С воплями и стонами восторга, взмыленные «аэробистки» распростерлись на полу. Алена поменяла кассету. Зал заполнился нежной инструментальной музыкой.

— Между прочим, не хухры-мухры. Английский королевский симфонический оркестр.

— Боже.

— Кайфуйте, королевы!

Плоские Аленины шутки неизменно находили горячий отклик. Все заулыбались.

— Приступим.

В дверь не постучали, тихо поскреблись. Выглянув, Алена просияла. Подхватила олимпийку. Скомандовала.

— Лежим. Глазоньки закрыты. Арина проведет «релакс».

И упорхнула. Слушаться, так слушаться. Арина выключила свет. Стандартные фразы расслабления оживали и плавно опускались в темноту на разгоряченные тела, голос плыл, обволакивая, укутывая, давая отдых. Никто ее не видел, и Арина дала волю чувствам, ощущая себя Волшебной Сиреной, чей голос, как известно, мог заворожить любого. Звуки журчали и вибрировали, музыка подражала бегущей воде.

— Она уносит наши проблемы и беспокойства…

Голос стремился вслед за мелодией, неторопливо и сладко вплетаясь в рисунок. Арина чувствовала непривычную власть над людьми. И это не тяготило, наоборот, было приятно. Но всему на свете есть конец.

— На счет «один» я полностью приду в себя…

Кажется, у нее все получилось неплохо. Так?

— «Пять»! Мое тело теплое и расслабленное. Мое тело постепенно заполняется силой. Она вливается в каждую клеточку моего тела. Я точно свечусь изнутри. «Четыре»! Я ощущаю уверенность и спокойствие. Теплая, светлая сила пронизывает мое тело. Я спокойна. Я счастлива. «Три»! Я осознаю, что нахожусь в зале, мое потрудившееся, послушное тело отдыхает и восстанавливается. Мне хорошо, как никогда. Волшебно. Радостно. Спокойно. «Два»! Я полна энергии. Я замечательно поработала над собой. «Один»…

Арина щелкнула выключателем.

— Я медленно, лениво, открываю глаза. Потягиваюсь и улыбаюсь. Занятие окончено.

— Хорошо то как, девочки!

Выдохнула одна из дам. Все засмеялись.

— Спасибо.

— Спасибо.

— Как ты воркуешь замечательно.

Арина, смущенно улыбаясь, подобрала свое полотенце. Свет расставил все по местам. Эта девушка с тусклыми волосами и привычкой сутулиться не могла быть сводящей с ума волшебницей. Никак. Сказка растаяла, но вязкий студень будней еще не вполне окутал жертву. И «нечто» необъяснимо притягательное продолжало витать в воздухе над родионовской макушкой. Дамы, вернее некоторые из них, с вялым любопытством смотрели на подругу инструктора, несколько минут назад совершенно всех заворожившую. Арина вытерла потную физиономию и шею. С собой на занятия полагалось приносить по крошечному полотенчику, как раз для этой цели. И направилась в тренерскую. По праву ближайшей, вернее единственной, подруги королевы аэробики она раздевалась там, вместе с ней. Иначе ей пришлось бы сгореть от стыда перед дамами за свое доисторическое белье и штопаные колготки.

За дверями на скамейке, расставив ноги и хлопая себя по мощным бедрам, громко хохотала Алена. Двое незнакомых мужчин ей что-то говорили. Вернее говорил один, внесла поправку Арина, идя им навстречу по отвратительно освещенному коридору.

— Уморил, Сашка!

Взвизгнула Алена.

— Я на тебя Василию пожалуюсь. Точно. Он тебе обормоту покажет кузькину мать.

— Я от твоего монстра со скальпелем — убегу заранее. Фиг догонит. Кто у нас на сборах всех быстрее носился?

— Ты, родной. Ты, конечно.

Значит, друг из спортивной юности, отметила Арина. Второй незнакомец стоял в трех шагах и… пытался рассмотреть ее. Дудки! Единственная лампочка боролась с темнотой в непосредственной близости от глаз. Так что девушка оставалась для него силуэтом на фоне зашторенного окна. Арина же могла полюбоваться чужаком. Длинное черное пальто скрывало фигуру. Черные перчатки он держал в руке. Хотя чем тут любоваться? Лицо как лицо. Чрезвычайно самоуверенное, это да. Словом ничего особенного. Ничего особенного? Арина могла поклясться, что женщин к нему тянет точно магнитом. Он напоминал насторожившегося хищника. Большого, сильного и опасного.

— Притормози!

Скомандовала Алена повелительным инструкторским басом. Повернулась к высокому незнакомцу.

— Вот она, твоя колдунья.

— Я сказал — Лорелея.

Спокойно поправил он и добавил задумчиво, теперь уже обращаясь именно к Арине.

— У вас фантастический голос. Заслушался. Проникся. Чуть не улегся здесь на полу. Чтобы соответствовать. Вы так необыкновенно на меня подействовали.

Арина, неизвестно почему разозлилась.

— Насколько я помню, Лорелея губила мужчин. Это не мое хобби! До свидания.

Обогнув незнакомца как столб, она гордо удалилась в тренерскую. Вслед донеслось тихое и обещающее:

— До свидания, Лорелея.

* * *

— Вот, чудачка. Чего взбеленилась? А?

Выговаривала ей Алена по дороге домой. Она водила свою колымагу аккуратно, но без страха.

— Сашку, сто лет не видела, представляешь? Этот паразит мотался по заграницам. Вернулся недавно, успел жениться, остепенился, подлец. Он у нас слыл первым парнем на деревне. Пол сборной по негодяю сохло. А друг его… Да тоже из бывших, наверное. Да и не суть важно, впрочем. Хороший мужик. Сашка с подлецом дружить не стал бы. Не той он масти. Чего ты взбрыкнула, дорогуша? А? Пошутила бы, посмеялась. Видала, на каком они монстре подкатили?