Любят только раз - Джоанна Линдсей

Николас взглянул в направлении, которое указывал ему Перси, и увидел знакомый розово-зеленый экипаж.

— Немыслимо! — пробормотал он. — Ей до смерти хотелось попасть на этот бал, но ведь он давно начался?

— По-моему, во всем Лондоне больше ни у кого нет такого щегольского экипажа, — осторожно заметил Перси. — А что, если мне и свою карету так разукрасить?

Николас бросил в его сторону бешеный взгляд, потом опять стал наблюдать за каретой.

— Кто живет на этой улице? — спросил он.

— А черт их знает, — буркнул Перси. — Хотя мне, кажется, известен хозяин особняка, у которого стоит экипаж. Дом принадлежит молодому Мэлори. Как же его зовут? Забыл. Ты его знаешь, не тот, что пропадает по несколько лет, а его брат. Меткий стрелок и дуэлянт, которого еще никому не удавалось… а, вспомнил! Энтони, лорд Энтони. Боже правый! Неужели она хочет заставить тебя ревновать к Энтони Мэлори? Тебе с ним не тягаться, Ник, у него репутация похлестче твоей.

Тот молча выехал из парка и пересек улицу. Если это действительно Селена, то она выбрала удачное место, чтобы попасться ему на глаза: Николас каждый вечер возвращался по этой улице из клуба. Но сегодня они с Перси выехали в конце Пиккадилли, и, если бы Перси не заметил яркую карету, они бы с ней разминулись. Николас сгорал от любопытства: вдруг ничего не подозревающая Селена ждет в закрытой карете, когда он проедет мимо? Может, ей не удалось заполучить кавалера на свой проклятый бал и она собирается опять приставать к нему со своими просьбами? Не может быть, чтобы она знала Энтони Мэлори. Он и его друзья — люди иного круга, все завзятые дуэлянты и повесы, которым наплевать на общественные устои. Николас и сам не мог похвастать незапятнанной репутацией, но даже ему было до них далеко.

А может, она познакомилась с Мэлори случайно? Хотя вряд ли она стала бы торчать здесь в такой знаменательный вечер: бал у Шепфордов значит для нее слишком много. Она целый месяц только о нем и твердила.

Но вдруг у нее сегодня назначено свидание с Мэлори? Николас придержал лошадь за несколько шагов до кареты, его нагнал явно встревоженный Перси.

— Я бы на твоем месте не связывался с Мэлори, старина, — чистосердечно предостерег он друга. — Ты не собираешься выкинуть какую-нибудь глупость?

— Я об этом думал, Перси, — усмехнулся Николас. — Если в доме находится именно леди Э., то скоро она должна выйти.

— Откуда ты знаешь?

— Разве ты забыл про бал? Она же на него опоздает, а это не входит в ее планы. Впрочем, может, она раздумала туда ехать? Женщине не следует игнорировать мужчину, если она не хочет его потерять. Этот урок она усвоила, так ведь? Конечно, так. Она больше не повторит своей ошибки.

— Монтьет! Дьявол тебя раздери, что ты задумал? — в тревоге воскликнул Перси.

Но внимание Николаса было приковано к двери особняка, которая потихоньку отворилась. Он ехидно улыбнулся. Разумеется, это была Селена Эддингтон. Хотя ее лицо скрывала бархатная полумаска, но он все равно узнал ее по иссиня-черным волосам. — Под слегка откинутыми полами длинного, отороченного мехом плаща, скрепленного застежками, виднелось прелестное розовое платье. Розовое? Однако Селена говорила, что розовый — это цвет невинности, которую она давно утратила, ничуть о том не жалея. Возможно, она хочет поразить герцогиню Шепфорд юной свежестью.

Женщина обернулась к мужчине, который вышел следом, и Николас узнал Энтони Мэлори. Они часто встречались в клубах, хотя и не были лично знакомы. Да, этого черноволосого красавца Селена вполне могла бы найти привлекательным. Что ж, остается пожелать ей удачи, ведь Мэлори еще более закоренелый холостяк, чем он. Такого нелегко привести к алтарю, неужели она не понимает?

Николас с удивлением смотрел, как женщина обняла и поцеловала Мэлори. Лорд Энтони явно не собирался сопровождать ее на бал. Его костюм совершенно не подходил для такого торжественного случая.

— Что ты собираешься делать? — спросил Перси. — Это леди Э.?

— Да, это она. Окажи-ка мне услугу. Перси, я сейчас поеду навстречу, а ты постарайся задержать экипаж. Пусть он разворачивается как можно дольше.

— Что ты задумал?

— Отвезти леди Э, ко мне домой, что же еще? — усмехнулся Николас. — Обогну квартал, сверну на Мейфэр и поеду на Парк-Лейн. Жди меня там.

— Будь ты проклят. Ник! — в отчаянии воскликнул Перси. — Здесь же Мэлори!

— Вижу. Но ведь он не станет бежать за мной через весь Лондон? Да и оружия у него нет, он же только из постели, разве не видно? Предоставим ему наслаждаться зрелищем.

— Остановись, Ник!

Но тот, отуманенный винными парами, только пришпорил лошадь и понесся навстречу экипажу. Поравнявшись с каретой, он вдруг подхватил Селену и кинул ее на седло.

"Ловко сработано», — поздравил он себя. Даже в трезвом состоянии у него вряд ли бы получилось лучше. Он слышал негодующие крики, но и не подумал остановиться. Женщина тоже начала кричать и вырываться, поэтому он заткнул ей рот шелковым платком, а руки связал галстуком.

Она извивалась как сумасшедшая, и Николас стал опасаться, что она упадет с лошади. Тогда он приподнял ее, усадил перед собой в седло, накинул ей на голову плащ и, довольно усмехнувшись, поскакал в сторону Парк-Лейн.

— Кажется, нас не собираются преследовать, моя дорогая. Наверное, твой кучер Тувей узнал меня и понял, что ты в надежных руках. — Николас засмеялся, слыша яростные крики, доносившиеся из-под плаща. — О да, знаю, ты очень сердишься на меня. Селена. Но успокойся, ты сможешь дать волю своему гневу, когда я выпущу тебя… утром.

Она опять начала вырываться, однако Николас уже подъезжал к своему особняку. Персиваль Элден был на месте. Он ждал в тени Гайд-парка, и, кроме него, больше никто не видел, как его друг вскинул на плечо брыкающийся сверток и понес в дом. Дворецкий тщетно старался выглядеть невозмутимым.

— Кажется, они даже не пытались тебя преследовать, — сообщил Перси.

— Значит, кучер меня узнал. Надеюсь, он объяснит Мэлори, что мы с леди — друзья.

— Как ты мог. Ник! Она тебе никогда не простит.

— Знаю. А теперь, будь любезен, поднимись наверх и зажги свечи, чтобы я не споткнулся с ношей. — Николас взглянул на дворецкого, который не сводил изумленных глаз с туфелек, виднеющихся из-под плаща. — Тиндэйл, передай камердинеру, чтобы он приготовил мой фрак, я отправляюсь на бал. Если кто-нибудь меня спросит, отвечай, что я час назад уехал к Шепфордам.

— Хорошо, милорд.

— Ты все-таки решил ехать? — спросил Перси, идя по лестнице вслед за Николасом.

— Конечно. Я буду танцевать и веселиться до утра. Николас остановился у двери в спальню и, убедившись, что в комнате нет ценных вещей, которые Селена могла бы разбить в ярости, велел Тиндэйлу принести ключ.

— Будь хорошей девочкой, моя дорогая, не шуми, а то перебудишь весь дом. — Он фамильярно похлопал ее пониже спины. — Если начнешь кричать или сделаешь еще какую-нибудь глупость, Тиндэйл вынужден будет применить силу. Думаю, ты не захочешь провести остаток ночи связанной.